Чтение онлайн

– Если эти дела мешают тебе жить, – медленно произнесла Цыганка, – мы больше не будем о них говорить. Будь что будет. Но мне очень страшно.

– А что может случиться? – бросил Гю, пожав плечами.

– Я иду к Иветт, – сказал Орлов. – Она узнала, что вчера вечером из Парижа приехал Бло с молодым инспектором. В ее доме бывают очень приличные люди, – улыбнулся он.

– Бло здесь, – повторила Цыганка.

– У него будет безумно много работы, – сказал Гю, думая о теле Фардиано, изрешеченном пулями из «кольта».

– Он работает быстро, – бросил Орлов перед уходом. – Ну, пока.

Оставшись одна, Цыганка поняла, что Гю не расположен разговаривать. Он вынул из кармана блокнот и стал разбирать мелкий почерк, покрывавший страницы. Она резко вышла, схватила по пути пальто и сбежала по лестнице.

Орлов приехал на машине. Его «бентли», зажатый между двумя автомобилями, никак не мог выехать. Цыганка постучала в стекло, и Орлов сразу открыл дверцу. Женщина упала на сиденье рядом с ним.

– Стани, то, что вы рассказали, просто ужасно, – сказала она. – Неужели это никогда не кончится?

– Ну, что за мысли! – ответил он, взяв ее за руку.

Темные круги под глазами придавали ее взгляду еще большую глубину.

– Что он мог делать целое утро? – спросила она.

– Он выходил не просто так. Я все узнаю. (Он думал, что Гю кого-то убил.) Давайте, я свожу вас в одно место, – предложил он, трогая с места. – Сейчас поддень. Иветт, наверное, уже готова. Я вас познакомлю. Она потрясающая женщина.

Кажется, в жизни Орлова не было другой женщины, кроме этой Иветт, о которой он говорил в самых восторженных выражениях. Цыганка рассказала ему об Альбане.

– Я его знаю, – ответил он. – Мы позовем его только в случае катастрофической ситуации. Постараемся его поберечь.

– Вы знаете всех, – сказала она.

– Много езжу. Но после всего этого буду больше жить в Париже.

Она ощутила, что у нее горит лоб у корней волос.

Иветт оценила Цыганку с первого взгляда; она была первой женщиной, которую Стани привел к ней за долгое время.

– Ее зовут Симона, – сказал он. – А это Иветт.

– Счастлива познакомиться, – сказала Цыганка.

– Вы уже мне друг, – заверила старая дама.

Она посмотрела на Стани, и он понял, что у нее есть новости.

– Можешь говорить, – сказал он.

– У легавых большой шухер. Фардиано нашли убитым в его собственной машине.

Цыганка оперлась о Стани.

– Вот оно что, – прошептала она, думая, что Стани уже не сможет замириться с бандой.

Он усадил Цыганку в кресло, Иветт принесла выпивку. Орлов уже представлял себе реакцию Джо.

– Выпейте, – обратился он к Цыганке, – и не волнуйтесь.

Он начинал злиться на Гю за то, что тот устраивает все большие неприятности тем, кто пытается ему помочь. Цыганка почувствовала себя лучше.

– Я дура, – произнесла она.

– Мы уходим, – сказал Орлов Иветт. – Если меня будут спрашивать, договорись о встрече на пятнадцать часов, здесь.

Не зная причину горя Цыганки, Иветт не нашла для нес слов утешения.

– Приходите, когда захотите, – сказала она ей.

Цыганка поблагодарила, и они вернулись в машину.

– Что вы собираетесь делать? – спросила она Орлова по дороге. (Она начала бояться за него, как за Гю.)

– Узнать, что на уме у Гю. Потом подумаю – полезная привычка. А вам запрещается плакать. Сегодня вторник. Завтра надо все закончить. В городе Бло. Он знает, что Фардиано убил Гю. Сеть сжимается. Здесь Джо Риччи; Бло это тоже знает. Мне известна его манера работать; надо его опередить. Нерв всего – Гю. Он должен уехать.

Они нашли его сидящим в кресле в полной прострации.

– Фардиано убили, – сказал Орлов.

– Я должен заплакать? – спросил Гю.

– Теперь невозможно доказать, что он тебя оболгал.

– Как сказать… – произнес Гю, вытягивая нога.

Орлов подумал, что только присутствие Цыганки удерживает его от того, чтобы как следует врезать Гю.

– Перед смертью он все написал, – сказал Гю, подняв на Орлова глаза.

– Под угрозой. Ценность таких признаний невелика. Пишешь, что диктуют.

– Я ему ничего не диктовал, – заявил Гю. – Только попросил. Надо было видеть, как он старался.

– Ну и что? – спросил Орлов.

– Я все обдумал. Договорись о встрече с Джо и бандой, чтобы показать им доказательства. У меня есть его бумаги, письма, чтобы сличить почерк.

Наступило молчание.

– Это не могло продолжаться, пойми. Если бы я знал, что ты задумал, то подождал бы. Но ведь всего знать невозможно, так?

– Я попытаюсь, – пообещал Орлов. – Из чего ты его?

– Из «кольта», – ответил Гю.

– Того самого, с которым брал фургон?

Он утвердительно кивнул, подумав: «И из которого шлепнул тех двоих в Вокрессоне». С каждым днем он увязал все глубже.

Цыганка заметила, что он снял повязку. Над виском остался только небольшой красный след.

– Пообедаете с нами? – предложила она Орлову. (Он согласился, потому что видел: она на пределе.)

Гю был мрачен. В конце обеда он заговорил об Альбане, о том, что собирается перед отъездом оставить ему денег. Орлов взялся реализовать часть слитков, чтобы Гю мог уехать быстро и не испытывая материальных затруднений.

Разговор зашел о прошлом, они вспомнили Поля.

– Я узнал о его смерти, когда был в Пуасси, – сказал Гю. – Это стало для меня сильным ударом.

– Я был на похоронах, – сказал Орлов.

Цыганка посмотрела на него и задумалась о том, кого же она по-настоящему любила в жизни.

Поль погиб в железнодорожной катастрофе. Он ехал вместе со другом, который был старше его и которому он уступил нижнюю полку. Поезд сошел с рельсов, Полю переломало бедренные кости стальными брусьями вагона, а лежавший на нижней полке остался целым и невредимым.

– А я еще не хотел ложиться внизу, – рассказывал он позже. – Но он прочел мне целую нотацию о том, что я уже не мальчик, что ночью мне будет трудно лазить туда и обратно. Вот так.