Чтение онлайн

— Я нуждалась в тебе, — прошептала я. — Возможно, я была взрослой, но я нуждалась в своей матери.

— К сожалению, я не могла позаботиться о тебе. Я даже о себе не могла позаботиться. Поэтому, когда ты сказала, что уезжаешь, я не пыталась тебя остановить. Я была ядом, Кэрри, и тебе нужно было уехать настолько далеко от меня, насколько возможно.

Нам обеим нужна была пауза, поэтому мама встала, чтобы долить нам чаю, а я ждала, пока она сядет за стол, чтобы задать вопрос, крутящийся на языке вот уже несколько часов.

— Что изменилось?

— Меня арестовывали дважды за вождение в нетрезвом виде. Это, наряду с пребыванием в камере, и подтолкнуло меня начать реабилитацию.

«Камера?»

Я бы знала об этом, если бы не была слишком упрямой и звонила ей.

— Это помогло? Я имею в виду реабилитацию?

Мама кивнула.

— Я в процессе выздоровления. Дважды в неделю посещаю собрания «Анонимных алкоголиков» в местной церкви. Там я и встретила Брайанта. Он не алкоголик, но его отец был. В межсезонье Брайант проводит мотивационные беседы. Он дружит с пастором церкви, поэтому его пригласили на одно из наших собраний. Мы стали друзьями, и…

— Остальное уже история? — спросила я, улыбаясь.

— Да, — мама усмехнулась. — Он подходит мне. Он делает меня счастливой, Кэрри.

— Я рада, что ты счастлива, мама. Действительно рада.

— Спасибо, но я все еще должна извиниться. Боже, я задолжала тебе столько извинений. Мне жаль, что я не была лучшей матерью. Жаль, что я позволила своей пагубной привычке поглотить меня...

Она протянула мне платок. Я даже не поняла, что плачу.

— Так много раз я хотела позвонить тебе, но не желала нарушать твою жизнь, поэтому просто молилась. Каждый вечер я молилась, чтобы ты была в безопасности и счастлива. И когда ты позвонила, это походило, что мои молитвы услышаны. Не думаю, что когда-нибудь была более счастлива, чем тогда, когда услышала в трубке твой голос.

Она вытерла слезы и улыбнулась.

— А теперь я хочу услышать все о твоей жизни в Нэшвилле.

Я рассказала ей о своей работе в закусочной, об учебе, и она внимательно слушала, поглощая каждую крупицу информацию.

— Бедный парень, — прошептала мама, когда я рассказала ей о ночи, когда познакомилась с Джошем.

— Сейчас он проходит терапию, и его врач предложил нам не торопиться. Джошу нужно время, чтобы исцелиться.

— Он красивый. — Мама ухмыльнулась и пошевелила бровями. — Говоришь, терапевт предложил не торопиться? Ну, удачи с этим.

Мы рассмеялись, и от этого звука рана на моем сердце начала исцеляться. Не полностью, конечно, но это было хорошим началом.

Глава 11

Мы с мамой провели следующий день в неловком танце, где она задавала вопрос о моей жизни, я спрашивала о ее, а затем старалась не злиться, услышав ее правдивый ответ. К примеру, она рассказала, что частенько проводила время в доме Брайанта в Нэшвилле. Сначала я разозлилась — мама никогда не пыталась связаться со мной, а потом напомнила себе, что я и сама ей не звонила. И благодаря таким вот эмоциональным горкам я чувствовала себя одновременно и виноватой, и обиженной.

Ничего нового — все как и прежде.

Джош советовал набраться терпения — нам с мамой нужно время, чтобы снова узнать друг друга, но это было так сложно. Особенно, когда я слышала и видела постоянные напоминания о том, что мама построила свою новую жизнь, исключив меня.

Прощение — сложная штука. Я не знала, как именно оно работает, но почему-то меня не покидало чувство, что я все делаю неправильно.

Мы наблюдали по телевизору за игрой «Нэшвилл Предаторз» в Торонто, в нашей старой/обновленной гостиной. Было странно видеть маму, сидящую здесь с мужчиной, который не приходился мне отцом, но я не могла отрицать, что Брайант замечательный. Он был добрым и мягким, если только один из его игроков не получал травму или не делал какую-нибудь глупость на льду. Тогда он принимался орать на телевизор и сыпать проклятьями, а мы стойко сдерживали смех.

— Почему ты не на игре? — спросила я во время перерыва в трансляции.

— Врачи команды чередуют выездные игры, — объяснил Брайант. — Так мы проводим меньше времени вдали от семей. На прошлой неделе я был в Детройте.

— Это должно быть трудно для вас, молодоженов, — заметил Джош.

— Так и есть. — Кивнула мама. — Но будет проще, как только я переберусь жить в Нэшвилл.

Кровь отлила от моего лица.

— Ты переезжаешь?

Она снова кивнула.

— Мы специально отремонтировали дом, чтобы побыстрее продать. Покупатели уже есть, и я переезжаю через пару недель.

Мой желудок взбунтовался. Ощущая мое беспокойство, Джоша крепче сжал мою руку.

«Она продает дом и переезжает в Нэшвилл…»

— Это прекрасно, особенно сейчас, когда мы... снова воссоединились. Я знаю, что Нэшвилл — огромный мегаполис, но будет так приятно жить в одном городе с тобой, Кэрри. Мы действительно сможем узнать друг друга снова.

— И, Кэрри, — тихо добавил Брайант, — я знаю, что сложно принять сразу так много перемен, но мы с твоей мамой будем очень рады, если ты захочешь жить с нами. Аренда жилья в Нэшвилле не дешевая. Если ты будешь жить с нами, то сможешь бросить работу в закусочной и сосредоточиться на учебе.

— Ты гордая и упрямая, — добавила мама. — Но, хотя бы обдумай это, ладно?

«Нет, даже думать об этом не стану. Мне нравится моя жизнь, моя дерьмовая квартира и забота в закусочной. И больше всего мне нравится, что всего этого я добилась сама!»

Но я не могла сказать это вслух, поэтому я просто кивнула. Мама и Брайант улыбнулись и снова обратили внимание на игру.

После позднего обеда мы с Джошем загрузили наши сумки в машину. Все обнялись номерами телефонов и пообещали поддерживать связь. Мы с мамой обнялись, и она сказала, что позвонит мне на неделе.

Джош предложил сесть за руль, чтобы отвезти нас обратно в город, и я с благодарностью согласилась.

Я приезжала в Инглвуд, чтобы попробовать отпустить чувство вины и горечи, и двигаться вперед со своей жизнью.

«Миссия выполнена. Вроде бы».

Мы ехали полчаса, прежде чем Джош, наконец, нарушил молчание.

— Ты такая тихая.

— Знаю. Прости.

— Не извиняйся, — сказал он, улыбаясь и сжимая мою ладонь свободной рукой. — Просто поговори со мной. Не такого ты ожидала, когда ехала домой?

Я рассмеялась.

— Это преуменьшение.

Джош поднял мою руку и запечатлел поцелуй на тыльной стороне ладони.

— Ну, не все было плохо, верно?

Мы улыбнулись друг другу, когда вспомнили домик на дереве.

— Верно. На самом деле, плохого-то и не было. Просто слишком много всего, чтобы сразу принять.

Джош кивнул.

— Месяцы разочарования в твоей матери не исчезнут за ночь. Тебе нужно время. Может быть, когда она переедет в город, у тебя будет это время. Вы попытаетесь узнать друг друга снова. Построите отношения, которые хотите. Я считаю, что между матерью и дочерью существует какая-то особая связь. Или должна существовать…