Чтение онлайн

— И вы это видели? — Для того чтобы язвить в такой ситуации, нужно было быть безумцем. Ну или, по крайней мере, одержимым демоном. Мне почему-то казалось, что я являлся не только вторым. — Или у вашего страха настолько велики глаза, что вы путаете скверну с собственными соплями?

— Молчать! — Епископ Вольдемар взревел от ярости. — Как ты смеешь упрекать нас в глупости! Думаешь, мы не видели твои злодеяния? Множество наших братьев и сестер погибло в Гинне! Большая часть города сгинула в учиненном тобой пожаре! И светлый город Берон едва не постигла такая же участь, но бог вывел из города всех жителей и не допустил беды.

— В учиненном мной пожаре? — Несмотря на старания, на моем лице появилась зловещая улыбка. Я просто не смог сдержаться. Эфир тоже. — Но ведь правда в том, что пламя до небес вызвали именно вы. Благородный орден… Вы сожгли трактир вместе со всеми постояльцами лишь для того, чтобы попытаться убить меня, хотя не имели для этого ни одной причины! Вы пытались убить Лилию, чтобы заманить меня в ловушку…

— Ересь! — завопил епископ. — Не слушайте этого демона! Он пытается обмануть нас, ввести в заблуждение! Прислушайтесь к голосу господа, что звучит в ваших сердцах, не дайте этому чудовищу затуманить ваш разум.

— Затуманить разум? — Голос мой звучал спокойно и уверенно. — Разве я пытаюсь это сделать? Разве кто-нибудь из вас чувствует свой разум затуманенным?

Никто, естественно, мне не ответил. Но епископ ненадолго замолчал.

— Если хотите знать, то из Берона я ушел по собственной воле, не хотел допускать смертей. А ведь вы уже начали вводить туда войска… Какая жалость.

Никто не посмел мне возразить.

— И здесь я лишь потому, что хочу развеять слухи о гибели Лилии Руденберг. Я хочу вернуть дочь любящему отцу, — я посмотрел на графа. — Ведь она так беспокоилась о нем, что не смогла дождаться утра…

— Прекрати! — У епископа вновь прорезался голос. — Демон, если ты продолжишь упираться и богохульствовать, я прикажу, и рыцари убьют тебя, проткнув копьями!

— Убьют меня? — Чтобы разрешить неприятную ситуацию, слов было недостаточно, и я решил показать им демона, которого они так боятся и ненавидят. Но прежде шепнул Лилии: «Не пугайся, все в порядке».

Я увеличился в размерах. Раньше я этого не замечал, но теперь, когда мои руки, лежащие на плечах девушки, удлинились, а сам я ощутимо возвысился над окружавшими меня пикейщиками, все стало понятно. Черный туман, который я принимал за своего рода демонический доспех, таковым не являлся. Эфир изменял мое тело полностью, включая скелет. Сохранялось ли при этом внутри меня что-нибудь человеческое? Спросить об этом я попросту боялся.

Рыцари отшатнулись. Ненамного, близстоящих воинов сдерживали задние ряды, но они, насколько это возможно, попытались отдалиться от меня. На нескольких из них нашла оторопь.

— Вы уже пытались убить меня с помощью копий и мечей. Вам это не удалось…

— Нас поддерживает слово божье! — Он покосился на капеллана. — И мы применим магию, если потребуется.

— Так же, как применили магию в Гинне? Вы уничтожите добрую половину города, а потом попытаетесь оправдать собственную несусветную глупость действиями некоего… демона?

— Ты лжешь! — Аргументы епископа были на редкость разумны и состоятельны. — Это ты, демон, первым начал войну! Ты убивал наших братьев и сестер, чтобы утолить свою жажду крови!

— Первое, что сделал я, — спас деревню от нападения оборотня. Вы же в ответ попытались меня убить.

— Нет, ты лжешь! — бросал нелепые возражения епископ Вольдемар.

— Лгу? — продолжал осторожно наступление я. — А не лучше ли будет услышать мнение участника некоторых событий? Того, кто разделяет вашу веру, но при этом все же попытался понять и разобраться. Лилия?

Девушка вздрогнула. Она поняла, что я изменился, и боялась обернуться, даже повернуть голову. Мало было окружения из копий, за ее спиной стояло чудовище, и как бы она ни пыталась принять меня, не могла унять страх перед демоническим обличьем.

Но она нашла в себе силы, чтобы произнести несколько слов.

— Это правда, — сказала она, пусть и не очень уверенно, — Максим не сделал ничего плохого.

— Не слушайте ее голоса. — Епископ обратился к рыцарям. — А те, кто слышал, — не верьте! Ибо душа ее отдана дьяволу, а тело — лишь пустой сосуд!

— Это не так! — голос Лилии немного окреп. — Отец, почему ты позволяешь им так поступать с нами? Почему не возьмешь ситуацию в свои руки? Разве ты не узнаешь меня?

— Не верьте глазам и ушам своим, лорд! Это уже не ваша дочь. Осталась только ее оболочка, наполненная демоническим духом и скверной. Демон обманывает вас.

— Захлопни варежку! — неожиданно рявкнул я. Да так, что несколько рыцарей, и без того напряженных, подпрыгнули на месте, едва не выронив оружие, а сам епископ на некоторое время потерял дар речи. — Довольно этого бреда! Я пришел сюда не для того, чтобы спорить с сумасшедшими фанатиками. Пусть лорд сам ответит на поставленный вопрос, если он еще не рехнулся окончательно из-за всей вашей околесицы.

Повисло долгое и томительное молчание. Я прожигал епископа взглядом, от которого у него слова застревали в горле, а кроме него, ни у кого не хватало смелости или глупости, чтобы начать возражать высокому черному существу, состоящему из плотного, непроглядного и словно бы неосязаемого тумана, которого можно было назвать не иначе как демон.

— Зачем ты поступил так с моей дочерью? — Голос Августина Руденберга был слаб. — Почему ты так жесток ко мне и моей семье? Чем мы прогневали тебя, демон?

— Ты ошибаешься, лорд, — сказал я. — Твоя дочь не изменилась. Душа и тело по-прежнему принадлежат ей самой. Прекращай этот глупый фарс, возьми, наконец, себя в руки и прикажи рыцарям разойтись.

— Не слушайте, это же демон, — шепотом предупредил его епископ Вольдемар.

— Молчи, — цыкнул я.

— Отец, послушай, — начала Лилия. — И вы, епископ, тоже. Вид его устрашает, но Максим не демон. Он не единожды спасал мою жизнь. И не только мою. Он освободил деревню от угрозы огров, победил кровожадного оборотня и нет счета побежденным им разбойникам!

Кажется, она осмелела. Я надеялся, что ее поведение, эти геройские замашки, помогут графу убедиться в том, что его дочь не изменилась. Хотя стараниями епископа и, видимо, капеллана мозги ему промыли основательно.

— Не верьте им, — не унимался епископ. — Демоны могут читать наши мысли. Не позволяйте ему убедить себя в невиновности.

— Я же приказал тебе замолкнуть! — сорвался я. Нет, кажется, это Эфир сорвался. Или все-таки я. — Если твой мерзкий рот посмеет издать еще хоть слово — я отрублю тебе голову! И никакая охрана не позволит тебе этого избежать!