Чтение онлайн

Странно, он вроде бы выпил не так уж много, почему же у него так кружится голова и тянет в сон… Хихиканье внезапно оборвалось, и последнее, что увидел Гарри, погружаясь в беспамятство - как изменилось глуповатое выражение на лице его гостьи, став брезгливым, но в то же время донельзя довольным.

…

Очнулся Гарри в хорошо обставленной гостиной, интерьер которой показался ему смутно знакомым. Но размышлять об этом долго ему не пришлось, поскольку следующим, далеко не самым приятным открытием для него стало то, что сидит он привязанным к стулу. Веревки казались вполне обычными, но когда он попытался освободиться с помощью беспалочковой магии, в которой весьма поднаторел в последнее время, оказалось, что он вообще не чувствует в себе никаких способностей. То есть совершенно, как будто он был каким-то обычным магглом или сквибом, а не одним из сильнейших волшебников за всю историю магии. Паника накрыла Прингстона, и он начал судорожно дергаться, пытаясь хоть так немного ослабить веревки, но его заставил остановиться насмешливый смешок за спиной. Когда он оглянулся и увидел вошедшего, то сразу понял, где он оказался и почему.

– О, Блэк, как вижу твои привычки ничуть не изменились, ты всегда любил посмеяться над беспомощными людьми, - с презрительной улыбкой произнес Гарри.

– Кто бы говорил, Прингстон - ты ведь в этом отношении гораздо лучше меня, тебе нравится всего лишь слушать, как беспомощные люди кричат, когда ты их пытаешь, - не остался в долгу Сириус, обходя Гарри и вставая перед его лицом.

– Зачем же пытать? Не знаю, какие слухи обо мне ходят, но я всегда считал, что пользоваться Веритасерумом гораздо проще и эффективнее, - любезно ответил пленник с выражением скучающей вежливости на лице. Первый приступ паники уже прошел, и на смену животному инстинкту освободиться любой ценой пришло ледяное самообладание человека, которому нечего терять. Раз Ордену все-таки удалось его захватить - по его же собственной глупости - то теперь его точно не отпустят, остается лишь вопрос, казнят ли его сразу или все-таки попытаются вначале вытащить из него информацию. Хотя если он еще жив, и ему подсыпали в стакан снотворное, а не яд, то, очевидно, им все же нужны ответы на вопросы, а не его смерть. Значит, нужно потянуть время, надеясь на то, что или ему самому представится возможность сбежать, или его все-таки хватятся в Министерстве и доложат Темному Лорду, который сможет вытащить его через метку откуда угодно. Но вот только почему он не чувствует своей магии…

– Что, Прингстон, чего-то не хватает?
– протянул внимательно наблюдавший за его лицом Сириус.
– Скажи, страшно тебе? Хочется узнать, не стал ли ты сквибом навечно? Ведь в таком случае мы можем со спокойной душой вернуть тебя твоему хозяину в коробочке с бантиком - он сам сделает за нас всю грязную работу. Лучше уж ты станешь мертвым героем, погибшим от рук мятежников, чем общественность узнает о том, что правая рука Лорда-Судеб-бла-бла-бла потерял свою магию, не так ли?

Самое неприятное было в том, что Блэк говорил правду. Темному Лорду не нужны бесполезные люди, но нужна хорошая пресса, а зверская смерть всем известного Главы Аврората от рук мятежников очень и очень не понравится добропорядочным гражданам, чей покой он так усердно охранял. Из всех приспешников Темного Лорда, пришедших вместе с ним к власти, к Гарри относились терпимее всего, поскольку он никогда не был сторонником лишних жертв, пыток и тотального террора. Нет, на самом деле ему было совершенно наплевать, сколькие погибнут и каким способом, но им руководило рациональное понимание того, что править миром без людей довольно проблематично - это раз, а два - если довести магов до предельного отчаяния, то никакой страх перед Темным Лордом их уже не остановит. Так что Гарри старался быть по возможности более гуманным, встречался с людьми, выслушивал их просьбы, заворачивал самые радикальные законопроекты слишком уж усердных или глупых чиновников, и в общем и целом эта нехитрая политика принесла ему если не любовь, то по крайней мере, не настолько жгучую ненависть.

– Блэк, мне кажется, тебе сказали держаться отсюда подальше, - знакомый голос заставил Гарри вздрогнуть. Он не видел Снейпа вот уже два года, с той самой ночи на поляне. После окончания школы слизеринец бесследно исчез, как, впрочем, и чета Поттеров, и с тех пор о том, что они еще живы, Гарри удавалось узнавать только из обрывочного бормотания корчащихся под Круциатусом членов Ордена Феникса. Чтобы он ни говорил о Веритасеруме Блэку, в подвалах Министерства заправлял не он, и там были более популярны другие методы.

Но всегда, натыкаясь на очередной след, ведущий к поимке бывшего друга или своих родителей, Прингстон тщательно следил, чтобы он быстро обрывался. Их благополучие имело для него когда-то очень большое значение, хотя теперь он и не понимал, почему, но план, который он составил перед тем, как вернуться в прошлое, не изменился, а от своих собственных намерений Гарри отказываться не привык.

– Привет, Северус, рад тебя видеть, - произнес Гарри, с любопытством разглядывая вошедшего. Теперь Снейп стал еще больше похож на свое альтер эго из будущего - тот же драматический полет мантии, то же холодное высокомерие, то же выражение скучающей брезгливости на лице при виде Гарри.

Губы Прингстона медленно растянулись в довольной улыбке. Похоже, это будет достаточно забавно - воссоединение старых друзей, превратившихся в смертельных врагов. Интересно, настолько ли Снейп к нему равнодушен, насколько хочет показать, и как скоро Гарри удастся сдернуть с него эту маску холодного отчуждения.

Но Снейп не обратил совершенно никакого внимания на приветственные слова Гарри. Он стремительно подошел к пленнику, точным движением проверил пульс на шее, посветил слабеньким Люмосом в глаза, пару раз провел палочкой над его головой и произнес какое-то незнакомое заклинание. Внимательно изучил появившееся на конце палочки золотистое свечение и недовольно нахмурился.

– Что? Что-то не так, Снейп? Может, лучше его снова усыпить?
– с заметным беспокойством спросил Блэк, тревожно наблюдая за манипуляциями своего бывшего школьного врага.

– Нет, пока не надо. Но его магическая энергия несколько мощнее, чем я предполагал, и он преодолевает действие зелья быстрее, чем планировалось.

– О, значит, это все-таки зелье? Как замечательно, Сев, никогда даже не слышал о чем-либо подобном, а это значит, ты действительно добился выдающихся успехов в Зельеваренье! Я так рад за тебя!
– в искренности слов Гарри не усомнился бы даже Темный Лорд, и Снейп невольно вздрогнул и не смог удержаться от того, чтобы не остановиться и не вглядеться повнимательнее в лицо своего бывшего любовника, пытаясь найти там хоть какие-то следы того юноши, которого он когда-то любил. И вроде все было правильным - и выражение лица Гарри, полное одновременно и радости от неожиданной встречи после долгих лет, пусть и при таких обстоятельствах, и некоторой печали от осознания всего, что теперь их разделяло, и даже сеточка морщинок вокруг глаз, обычно появляющаяся, когда человек искренне улыбается… но… сами его глаза - в них не было и тени эмоций, только ледяная пустота, словно их обладатель смотрел скучное кино с давно выученным наизусть сюжетом. У ЕГО Гарри никогда не было таких глаз, у него они светились отзвуками тех чувств, которые бурлили в душе гриффиндорца, и по ним всегда можно было понять, что он испытывает на самом деле, даже если внешне старается сохранять невозмутимость. И Снейп отвернулся, потому что существо, сидевшее на стуле, не имело к его другу и любовнику абсолютно никакого отношения, и сегодня он собирался наконец-то выяснить, почему это произошло.

– Действия зелья хватит на то, что мы запланировали, а увеличивать дозу - значит поставить под угрозу весь наш план.

– Где все остальные? Почему они задерживаются? Как будто это не их больше всего волновала судьба этого ублюдка, - раздраженно бормотал Блэк, нетерпеливо меряя шагами гостиную.

Снейп только равнодушно пожал плечами.

– Ты, конечно, так и поступил бы - бросился сюда сломя голову, забыв обо всем на свете, и в очередной раз наглядно продемонстрировал бы свой идиотизм и безответственность. Поставить под угрозу свои жизни и жизни других членов Ордена из-за минутной неосторожности - это очень в твоем духе. Хотя позволь, кажется, именно поэтому ты сейчас здесь, а не на задании Ордена.

Блэк зарычал и бросился было на Снейпа, но его остановил окрик от двери, полный искреннего негодования:

– Сириус, Северус, прекратите сейчас же, у меня иногда складывается впечатление, что вы никогда не повзрослеете!

Лили вошла в комнату летящим шагом, по ней трудно было сказать, что она уже на шестом месяце беременности - такая же стремительная и легкая, какой и была в школе, а широкие складки мантии полностью скрывали округлившийся животик. За ней следом появился и Джеймс, вот он-то как раз сильно изменился за эти два года - стал выглядеть взрослее, серьезнее и одновременно спокойнее: настоящий наследник древнего рода и защитник семьи.

– Я вижу, почти вся наша старая компания сегодня в сборе, собираетесь устроить вечер воспоминаний? Могли бы просто прислать приглашение, я бы с удовольствием пришел, - на его слова опять никто не обратил внимание, и это уже начинало раздражать Прингстона.

Лили осторожно опустилась на диван у камина, Джеймс устроился рядом с ней, но оба они при этом старательно старались не смотреть в центр комнаты, где находился пленник.

– Так что вы затеваете? Не похоже, чтобы вы собирались последовать тактике Темного Лорда и выпытать из меня ответы старым добрым Круцио, обстановочка несколько не соответствует: никаких темных подвалов и давящих на нервы ужасных приспособлений, хотя у Блэков наверняка нашлась бы парочка. Да и беременные женщины обычно на таких представлениях не присутствуют, но это, конечно, дело вкуса. Да, Лили, извини, совсем забыл о своих манерах, непростительная бестактность с моей стороны... Позвольте поздравить вашу чету с грядущим пополнением, уже знаете, кто будет? Почему-то мне кажется, что мальчик, а я в таких вопросах редко ошибаюсь - можно сказать, особый талант.

– Откуда ты знаешь?
– тихо прошептала Лили, побледнев, а Джеймс медленно поднялся на ноги, теперь уже не сводя не обещающего ничего хорошего взгляда с любезно улыбающегося им Прингстона. Гарри, казалось, совершенно забыл о своем положении пленника и теперь выглядел скорее обходительным хозяином светского раута, ведущим милую беседу со своими гостями. Даже связывающие его веревки нисколько не портили создавшееся впечатление.

– Ну, Лили, я думал, вы поняли еще в школе, что у меня есть свои способы получать нужную мне информацию. Неужели вы действительно полагаете, что все это время вам самим удавалось настолько хорошо заметать следы? Считаете, я не смог бы при желании выследить вас, учитывая, сколько членов Ордена попали нам в руки за это время? Да я могу по часам расписать, чем вы занимались все эти годы, в каких операциях участвовали, где скрывались - да что уж там, даже что вы ели на обед.