Вверх по спирали
Шрифт:
– Шизл, а я его, по-моему, и не подбирал! Или, может, ты сейчас скажешь, что я еще и в этом виноват? – отвечал Хиз с усмешкой, но уже спокойнее и без желания задеть Шизла. – Пока я только вижу, как этот щенок не мерзеет, а развивается час от часу. Чего, увы, не могу сказать о вас. Поэтому его я хвалю, а вас хаю. А если вас задевает, что я при нем это делаю, так вы опять же с него пример попытайтесь взять хотя бы немного. Он ведь, Шизл, и правда не говорил, что ты из жадности у него еду отбирал. Ты сам захотел истолковать его слова негативно, и именно потому, что в тебе преобладают лишь недовольство и негатив. А когда ты его обвинил в том, чего он не делал и даже не думал делать, он еще перед тобой и извинился смиренно. А на мое недавнее заявление, что он набитый дурак, Гиант вообще никак не отреагировал, не бросил ни одной негативной эмоции даже про себя, и уж тем более не кинулся на меня с кулаками…
– Именно потому, что он – набитый дурак, – буркнул со злобой Шизл, игнорируя перспективу расплаты за эти слова.
Но вопреки ожиданиям братьев, Хиз не стал язвить в адрес Шизла дальше. Он помолчал, побродил немного по роскошному ковру небывалой красоты, разглядывая причудливые узоры под ногами, и наконец сказал:
– Если уж так случилось, что ты подобрал этого мальчишку, попробуй хотя бы извлечь из этого пользу. А не вред, как сейчас, когда ты пытаешься излить на него свою бессмысленную злобу. Давайте лучше подумаем, как вы дальше будете выполнять свои обязанности. С Тотом все более-менее понятно. Ему в чем-то даже легче будет. А вот ты, Шизл, начнешь заниматься совершенно новым для тебя делом. Неужели у тебя нет вопросов по твоим процессам и вообще по работе? Лучше бы об этом сейчас подумать. А не о том, как очернить в моих глазах оборванца, которого ты же сам и притащил в нашу жизнь.
– Нет у меня вопросов, Хиз, – ответил Шизл после некоторого молчания. – Мне надо сначала свыкнуться с мыслью о том, какие дела мне предстоят, и все детально продумать. Тогда, вероятно, вопросы и появятся. Есть одна вещь, которая меня интересует. Но я как-то даже боюсь ее озвучивать. А то ты же снова до меня докопаешься, как обычно. Так что лучше и про нее потом поговорить. Тем более мне на сегодня изрядно поднадоело все это рванье страстей и отрицательные эмоции, на которые ты меня провоцируешь. И с явным удовольствием, на мой взгляд.
– Да, мне доставляет удовольствие подбрасывать ситуации, преодоление которых позволяет душе расти над собой. Но ты их чаще не преодолеваешь, что доставляет мне явное неудовольствие… Это какой такой вопрос ты не хочешь озвучивать? По поводу твоих полномочий, статуса и власти? Кто бы сомневался! Кто о чем, а лысый всегда о расческе думает, – съехидничал Хиз, покопавшись в мыслях Шизла.
– Ну да, именно об этом! Кто бы сомневался, что ты сейчас влезешь в мою голову! Мне же надо знать, какой у меня теперь статус, как мы взаимодействуем с Тотом, или, может, вообще я все свои вопросы теперь с тобой напрямую решаю, как брат всю жизнь делал? Я же так понимаю, мы ведь теперь с Тотом на равных позициях, раз уж ты полномочия между нами поделить решил?
– Ты губу-то закати, Шизл, вместе со своими амбициозными мечтами, – со смехом ответил Хиз (к огромному облегчению Тота, который весь напрягся от такой постановки вопроса). – С чего это ты решил, что вы с братом теперь на равных позициях? Во-первых, мне бы и в голову не пришло так возвысить тебя за кражу Черепов. А во-вторых, это просто противоречит моим же законам, которые я не могу изменить… Ну, или почти не могу, и уж точно не хочу это делать ради тебя. Как вы оба знаете, общий баланс созидательной и разрушительной энергии в Реальности таков, что созидательной светлой энергии всегда немного больше, чем темной разрушительной. За счет этого созидание в итоге всегда поглощает разрушение, добро поглощает зло, а свет тьму. Так с чего же ты, Шизл, решил, что ты теперь встал на один уровень с Тотом? Это же противоречит всем неизменным устоям и кодам Вселенных.
– Ну, ты же постоянно говоришь нам обоим, Хиз, что мы с ним оба – козлы и уроды! Вот я и подумал, что мы с Тотом равны! – с обидой и злостью ответил Шизл, разочарованный от несбывшихся ожиданий. – Ко мне-то какие претензии? Я ориентировался исключительно на твои слова.
– Ты как-то всегда слова, на которые надо ориентироваться, выбираешь исключительно в соответствии с твоими собственными интересами, – довольно усмехнулся Хиз. – Козел козлу рознь. Урод уроду тоже… Одинаковых козлов вообще не бывает, Шизл. Потому что каждый козлячит по-своему и с разными последствиями. И что дозволено одному козлу, то не дозволено другому…
Шизл хотел было ответить чем-нибудь едким, но не успел, потому что неожиданно в комнату вернулся Гиант с большим ломтем хлеба, отломанным от свежего каравая.
– Как-то ты нереально быстро наелся, – заметил Шизл более с искренним удивлением, нежели с желанием задеть Гианта, намекнув всем на его беспрецедентное обжорство. – Что это с тобой случилось? Не заболел часом?
– Не-а, – довольно ответил Гиант. – Уж больно интересно вас послушать, о чем вы толкуете. Поэтому я быстренько перекусил яблоком с хлебом и решил вернуться к вам. Вот, с собой взял еще хлеба. Здесь доем…
Конец ознакомительного фрагмента.