Чтение онлайн

Тем самым словно срывая чеку с гранаты Люца: он выпустил ладошку Фимы, чтобы нанести удар по наглой роже покусившегося на его сокровище. Жёлтоглазый в долгу не остался и вернул удар.

– Да прекратите вы оба! – Асмод попробовал их урезонить, - Аббадон, я же сразу тебе предупредил, что тебе лишь нужно было поучаствовать в том спектакле, что я разыграл для Серафимы.

– Зачем, дед? – подала голос Фима.

– Как это зачем? Чтобы ты правильного жениха выбрала. А то всё сопляки вокруг: то тот ваш волчонок Корней. Здесь Назар рядом крутится. Может и ещё кто есть, да я пока не знаю. А так вот раз – и сразу с нашему Люцу в объятья кинулась! Всё, как я и хотел.

– Ах так?! – разозлилась Фима, - значит я для тебе марионетка? И дальше что? Теперь будешь ждать продолжения рода? Подожди, слышала тут от Назара, что у василисков с рождением девочек проблемы, да?

– Ну есть такое, - нагло выдал Асмод и ухмыльнулся, - всё-равно же будет так, как хочу я. Тем более, что вы с Люцом истинные друг для друга.

Фима перевела взгляд на своего истинного, который в это самое время уже принял боевую ипостась Демона и на равных награждал ударами жёлтоглазого. Но и сам не оставался целым. Поймала его извиняющийся взгляд: мол извини, малыш, не успел рассказать!

Махнула на этих двух Демонов рукой и снова всё своё внимание направила деду:

– А знаешь, я согласна. Но при одном условии: ты, дедуля, тоже женишься. Найдётся и для тебя истинная. Но только такая, что и побегаешь ты за ней, и сединами обрастёшь. А то всё молодчиком скачешь, да в дела молодёжи лезешь. Проклинаю тебя на любовь и семью!

Фима смолкла, а слова, достигнув адресата, попали ему прямо в сердце, запечатлев на нём печать проклятья.

– И сколько мне ждать придётся своего «счастья»? – кривовато улыбаясь спросил Асмод.

Он ведь прекрасно понял, что пожелание внучки сбудется. Осталось лишь узнать когда.

– А сколько Люц меня ждал? Вот и тебе столько придётся. Так и быть, но за твою вредность добавлю «перчика»: твоя невеста будет чистокровной волчицей-оборотнем.

А дальше произошло непредвиденное: жёлтоглазый демон внезапно оказался рядом с Фимой, схватил её за руку и буксиром потащил в Храм.

Люц рванул за ними следом, а Асмод так и застыл на пороге – он хорошо знал, что ему там делать нечего. Во всяком случае, не сейчас.

– Да стой же ты, идиот! – Люц попробовал образумить зарвавшегося соперника.

Чтобы уже в следующее мгновение лицезреть страшную и завораживающую картину: удар молнии и жёлтоглазый Демон в той же своей страшной ипостаси прямо на глазах стал превращаться в статую.

Люц только успел вырвать ладонь Фимы и стиснуть в своих объятьях.

А она не выдержала и расплакалась, ещё теснее прижимаясь к мужской груди, ставшей такой родной и близкой.

– Перестань слёзы лить, девочка! Не положено. В моём Доме только смех и счастье. А для тех, кто не согласен ещё есть место, - раздался нежный женский голосок. Он словно трель колокольчика раздался в тишине.

Люц и Фима с удивлением повернулись на голос и заметили необычной красоты женщину: высокая, статная фигурка, облачённая в чёрное платье длиною в пол, а поверх алый плащ. На голове – слепящая до боли в глазах диадема. И сияние, от которого хотелось закрыть глаза, чтобы не ослепнуть. А волосы её были такого же цвета, что и у Фимы: всех цветов радуги.

– Пресветлая Богиня! – восхищённо произнёс Люц и прямо на глазах поспешил принять человеческий облик.

А Фима во все глаза смотрела на Божество, не веря, что такое происходит с ней здесь и сейчас.

Богиня рассмеялась:

– Да будет вам! Идёмте уже на Алтарь. Знали бы вы, как давно я вас здесь жду. Даже уже сомневаться стала. И лишь когда Райан привёл сюда свою Василису, уверилась, что и вы скоро пожалуете.

И вот оно – то самое, ради чего эти двое ступили в Храм: рука в руке, и оба на светлом Алтаре. Они даже не обратили внимания на чрезмерное количество парных фигур тут и там застрявших каменными изваяниями с масками раскаяния на лицах.

Люц и Фима ступили на Алтарь, чтобы уже в следующее мгновение почувствовать, как по их ногам прямо от камня стало разливаться странное, но очень приятное тепло, которое очень быстро разлилось по всему телу, сконцентрировавшись в области сердца. А потом на запястьях у обоих появился узор, сомкнувшийся брачными браслетами.

– Поздравляю вас, дети мои! Будьте счастливы!

Люц подхватил свою жену на руки и стремглав метнулся к выходу их Храма. Его просто какая-то невероятная сила сейчас гнала прочь. И одной из причин была просто безудержная страсть вперемешку с нежностью к своей теперь уже законной жене.

В спину им снова раздался смех:

– Идите! Теперь буду ждать здесь Назара! Должен же кто-то помочь мне навести порядок в моём доме?!

***

Едва покинули Храм, как двери святилища в тот же миг захлопнулись.

А молодые супруги увидели перед собой родственников Фимы: отец с матерью, бабушки и дед. Было ещё около двух десятков людей и магических существ. И все они сейчас с нетерпением разглядывали Люца и Фиму на его руках, особо уделяя внимание брачным браслетам.

Эти двое даже малость растерялись от такого обилия родни прямо у стен Храма. Ведь мысленно уже успели обменяться единым на двоих желанием как можно скорее оказаться на брачном ложе. А тут нате!

– А где Аббадон? – нарушил всеобщее молчание Асмод.

– А он решил составить компанию остальным статуям,- пожал плечами Люц.

– Но как?! – Асмод в прямом смысле слома взвыл и запустив в волосы обе руки, от отчаяния выдрал хороший клок своей шевелюры.

– А вот как-то так, дед! – поддела Фима.

– Но кто же теперь будет его отдел возглавлять?! – не унимался Асмод.

– А вот это теперь уже твои проблемы, дорогой родственничек, - «успокоил» Люц, - а скажи-ка: чего это семейство Дориан сейчас здесь собрались всем своим составом?

– Так вас поздравить с браком. Ну и перехватить до вашего отбытия в твой дворец.

– Что, Райан подозревает, что я его «подвиг» повторю?! – не удержался и съязвил Люц.

А потом поймал взгляд отца жены и улыбнулся в ответ. А потом тихо шепнул Асмоду на ухо:

– Если ты нас сейчас прикроешь, то обещаю помочь тебе с отделом Абби. Только дай мне время.

– Три дня хватит? – лукаво выдал Асмод и подмигнул внучке, а та зарделась как спелый помидор.

– Неделю.

– Ого! – дед присвистнул, - наш Огонёк хоть после этой неделе передвигаться сможет?