Чтение онлайн

А они итак рискуют, а тут как за два месяца зарплата. Почему и нет? Поэтому моя группа бежала по тропинке мимо мин, мой дрон тут пролетел, снизился и с высоты километра сканером просветил, я в его базы восемнадцать номенклатур мин вбил, что используют нацисты и у нас есть образцы. Так что карта минного поля подаётся на рабочий стол нейросети. Отсканировал мины и внедрил в память, и теперь дрон видел их. Лепестки тоже. Поганая мина, а они тут были, но тропки себе укровояки расчистили, по одной и бежали. Пару раз я приседал, и пользуясь перестрелками, так, в ночи то тут то там пулемёт заработает, снимал наблюдателей из «Вала». В общем, я иду глубоко в тыл противнику. Всё это время Акзямов будет имитировать с моей рации, что я на месте. Надеюсь хотя бы дня три продержится. Впрочем, мне этих трёх дней хватит.

– Тихо, – остановил я группу, мы цепочкой бежали тяжелогружённые, и парни присели, поводя стволами в разные стороны. Сектора обороны я заранее расписал у каждого, и не было не прикрытых зон.

Нацисты тоже не лохи, их хорошо европейские офицеры обучали, на передовой в зоне моей роты, наблюдатели с тепловизорами были, я из «Баррет» уничтожил и их, и один прибор, поэтому проскользнули сторонкой, а «Валом» уже убирал обычных наблюдателей с приборами ночного виденья, к этим ближе сближался и такую шумную крупнокалиберную винтовку не использовал. Если проще, мы за час убежали в тылы к укровоякам километров на пять. По пути сняв семь наблюдателей, и трёх солдат, что просто шлялись, я так понял или дезертиры, или за спиртным в деревню пошли. Плюс ранее из «Баррет» четырех наблюдателей, и один прибор тепловизора. Второй я прибрал в хранилище. С аккумулятором к нему. Всё свободное место занял. Нам такая штука, а это довольно современный аппарат, уже разбирался в военном оборудовании, особенно заграничном, самим пригодиться. Все с ранцами, припасов хватало, бежали по тропинке. Сейчас же я обнаружил стоянку техники. Хорошо замаскирована, но сканер не обманешь. У него кстати свежий накопитель, это я тогда прощёлкал, заряд закончился и два автоматчика подкрались, даже ранили, потому как и защита на последних крохах была. В общем, совпало так. Горячка боя, впервые в таком участвовал, но вбитые базами рефлексы не подводили. Побыстрее бы боевые базы пехотинца в четвёртом ранге поднять, там и рукопашка выше, и тактика боя, у меня они на третьем пока.

А поднять могу, потому как за двенадцать дней с момента как запустил разгон, я изучил четвёртый ранг «Кибернетики» и в половину изучил «Программирование», дело шло, я поднимал свой профессиональный уровень, чего не могло не радовать. Так как я собирался укатить в тыл, и довольно далеко, хотя тут сплошные пояса обороны, что укровояки строили с четырнадцатого года, множество проверок и блокпостов. Меня это не останавливало. На машинах были эмблемы побитого мной батальона «Айдар», а этих отморозков старались не трогать, и без нужды не останавливать. Именно то что мне надо. Было два «Козака-2», бронемашины, и «БМП-2». То, что надо, подойдёт. Особо охранения не было, я бойцам расписал что делать каждому. У шести были трофейные приборы ночного виденья, и мы двинули к ним. Там и было солдат всего семь, и один офицер, экипажи, так что короткая схватка, пару раз раздались хлопки «ПБ», трофей с украинцев, но не мой, одного из бойцов, он подстраховывал, и всё. А так несколько взмахов ножей и те готовы. Отнесли тела подальше и спрятали. Среди трофеев новенький «Старлинк», себе забрал, убрав «Беррет», чтобы место освободить, в десантный отсек одной из машин. Бойцы тоже не обделены были, теперь все приборы ночного виденья имели. Хорошо нациков снабжают. К счастью, все мои бойцы хорошо технику знали, обучали, сформировал экипажи и для бронемашин, почти все ушли. Сам я на первой машине, «Козак», остальные следом. Как я и думал нас в наглую прущих с выключенными фарами, на блокпостах останавливать не спешили. Только по рации запросили кто, я отзывался, а давно прослушал дроном как тут опознаются, нужные позывные и коды знал, и спокойно дальше. А ехали прямиком на Барвенково. Именно с того района по нам ракетой запустили, что пиндосы нацистов снабжают. Да и не умели те такой техникой управлять, там пиндосы сидят за пультами.

Поначалу всё как и задумано происходило. Добрались до Барвенково с проблемами. Один патруль уничтожить наглухо пришлось, связь я глушилкой давил, моя разработка, на коленке сделал, так что сигнал тревоги не ушёл. Разбитую машину утащили за посадку, как и тела. Не скоро найдут, мы уже далеко будем. Мой дрон нашёл установку, и отслеживал. Та с места пуска переехала в укрытие, капонир в лесополосе, там стоит. Рядом ещё одна такая. Парой работают, но по нам одной ракетой отработали, хотя в залпе двенадцать ракет, и довольно точно. Сто процентов наведение со спутника, дроны в тот момент у нас не летали. Кстати, подниму навыки программиста, взломаю и уведу нафиг эти спутники. Изучил «Кибернетику» и уже начал понимать, что с четвёртым рангом мне такое вполне по силам. Потому и продолжал учиться. Мне это нужно. Родные отдыхают на Чёрном море молодцы, уже разок позвонил матушке. Довольна, пообщались. Отходит душой и телом. Даже предложил на море домик купить, можно приезжать на всё лето. Задумалась. Ну пусть думает. Впрочем, за эту ночь мы добрались до места. Обе установки были уничтожены. Но перед этим мы тихо, оставив технику в стороне, уничтожили пехотное охранение установок. Всего по одному отделению с бронемашиной на каждую установку. Так что сам сел за пульты, быстро разобрался, выгнав установки наружу по очереди, и отработал ракетами по украинским войскам. Нужные цели мой дрон показал. Бил по тыловым базам, и полигонам, где молодняк гоняли. То есть, по крупным скоплениям личного состава. Потом сожгли всё, транспортные и заряжающие машины, с боезапасом. Тела пиндосов я на телефон сфотографировал. Память. У каждого пулевое отверстие во лбу. Если спросят, скажу что они стрелялись, чтобы в плен не попал. Ха! Будут они ещё по мне лупить.

И на тех же трёх единицах, плюс ещё два однотипных польских бронетранспортёра с охраны установок, туда по водителю отправил, двинули прочь. Только не обратно. Тот патруль, что мы вырезали на пути сюда, двоих допросил, дал интересную информацию, и я желал её отработать. Женский лагерь для военнопленных, и не так и далеко. Там наши россиянки, и девушки с Донбасса. Есть военные и тех что заподозрили в связи с русскими. Почти четыре сотни, и все содержатся не так и далеко. Пока не эвакуировали в тыл, приказа не было. Эти трое из патруля, бывшая охрана лагеря, часто развлекались с сиделицами. Так то начальник лагеря на это не обращал внимания, а тут вызверился, застукав, видимо настроение плохое было и погнал пинками прочь. Отправил в охрану тыла. Три дня они уже как в роте охраны тыла, вряд ли там что изменилось. Мы от уничтожения пусковых установок ATACMS отъехали километров на пять, зарево ещё за спиной было, как я велел водителю «Козака»:

– Притормози, и остановись.

Тот без вопросов выполнил приказ, успев дважды на педаль тормоза нажать, дав сигнал идущим следом, что собираемся остановиться, а ночь темная, пусть мы с фарами ехали, столкновения могли быть, но встали благополучно на обочине. Покинув машину, с подножки я стал в бинокль, с опцией прибора ночного виденья, свежий трофей с пиндосов, изучать двоих парней, что осторожно крались у опушки леса. Метрах в четырёхстах от нас. При этом те опасливо в нашу сторону поглядывали. Тут поле открытое, вполне видели нас. Засёк я их с помощью магического сканера, потому как мой дрон сейчас изучал охрану лагеря для военнопленных, бывший завод. Заброшенные корпуса использовались для таких дел.

– Крутилина и Савенкова, ко мне! – скомандовал я.

Им тут же передали, не по рации, по группе у нас радиомолчание, так что вскоре бойцы подбежали. Спрыгнув на побитый асфальт, я в полном снаряжении был, почти сорок килограмм на мне, бронежилет с защитой паха, и указал паре своих бойцов в сторону опушки.

– Там опушка леса, по краю идёт пара наших лётчиков. Добежать, опознаться, постарайтесь осторожно, на нервах, могут стрельбу начать, потом сюда. Остальным можно оправиться.

Второе я сказал громче, а эта пара уже рванула в сторону опушки. Глупых вопросов чего они у опушки идут, а не по лесу, те не задавали, бойцы опытные и понимали, хочешь по лесу ночью гулять, приготовь запасной глаз. А то и два. Пока мы ожидали, мимо прошла колонна обеспечения, и довольно крупная. Усиленная танками. Мы их только взглядами проводили, это не наша цель. По счастью лётчики наконец поверили, что мы действительно свои, хотя делать нам тут нечего. Тем более линейное подразделение, а не разведка. Там старший лётчик и Савенков оставили оружие напарникам и сблизились, где мой боец предъявил военный билет. Тот его фонариком осветил, с телефона, и документы, убедившись, что действительно свои. Так что бегом до нас. Как раз колонна мимо прошла. Бойцы разбежались по машинам, а я пожал руки лётчикам, представляясь:

– Старший лейтенант Шевцов.

– Майор Акимов, – подал мне ладонь крепкий такой живчик.

– Старший лейтенант Шевцов.

– Лейтенант Вознесенский.

– Штурмовики что ли?

– Точно, – кивнул майор. – Что у вас с едой?

– Порядок. Забирайтесь в десантный отсек, дам пайки. Набрали трофеев. Французские вроде.

Это действительно так. С ракетчиков мы забрали всё стрелковое оружие со снаряжением. Оно в двух других бронемашинах, а в моей пайки. Это только два свежих трофея пустые. Поэтому проникнуть в десантный отсек, где видно ноги стрелка в пулемётной башне, можно только через боковую дверь, задние перекрыты коробками с припасами. Так что те забрались внутрь, неяркое совещание работало, и мы двинули дальше. Пока те коробку одну потрошили и доставали пайки, я только передал бутылку с минеральной водой, полторашку. Ну и слушал как те тут оказались. Про задание не рассказывали, что-то тайное, и секретное, тем более цель в глубине тыла противника. Задание те выполнили, как я понял, сшибли при возвращении. «Миг» их отработал. Сначала пушками, потом ракетой добил. До рассвета около часа осталось, что-то мы затянули, поэтому освобождать девчат будем следующей ночью, пока же дрон закончил собирать информацию по лагерю и его охране. Сканер там здорово помог, я изучал схему на рабочем столе нейросети, а пока дрон искал где нам встать, чтобы спокойно день простоять. И такое место было найдено. Всего в трёх километрах от заброшенного завода. Интересно, что за завод был? Рядом крупный карьер, вроде глину добывали, но завод точно не кирпичный.

– Это получается ты мстил за своих бойцов, как штатовцы по твоей роте ударили ракетой? – пытался понять логику моих действий, майор, когда я объяснил почему мы тут оказались и что успели сделать.

Если не шокирован, то заинтригован тот был точно. Сидел за моим креслом, наяривая паёк холодный и слушал мой рассказ, как я закончил, вот и спросил.

– Ну да. С чего я такое терпеть буду? – ответил я, и тут же сообщил водителю. – У нас поворот налево через триста метров, скидывай скорость.

Мы аккуратно повернули, не потеряв тех, кто следом шёл, да так и ехали с фарами, как хозяева. Трижды был запрос кто такие, но как уже говорил, все свежие коды подтверждения я знал, сообщал, поэтому катили без остановок. Там и до лесу, пропустив съезд в сторону заброшенного завода. Чуть позже съехали и углубились в лес, вскоре остановив машины на заброшенной лесной дороге. Тут уже не асфальтовая, грунтовая. Так что быстро стал командовать. Бойцы закончив обслуживать технику, а именно, заправлять, стали готовиться ко сну. А часового выставил. Хотя я дополнительно оборудование охраны лагеря запустил, из спаснабора, дальше достал «Старлинк» активировал один месячный абонемент из моих запасов, у меня не было пароля к той карте, что к оборудованию приписана, так что к чёрту её. Да и отследить по ней могли, поэтому своей воспользовался. Дальше используя ноут, один прибор что я не сдал, вышел на Волошина, на его телефон. Сейчас его дежурство было. Тот сообщил что стандартные запросы были, но мою пропажу ещё не обнаружили. Я же, скривившись, набрал контакт центра управления штаба дивизии, тот самый, куда ранее отправлял доклады в первые дни службы ротным. Ответили сразу по видеосвязи, дежурный офицер был. Тот мог видеть, что я сидел у борта какой-то бронемашины, видно большое шипастое колесо и часть брони, кстати, в пиксельной украинской раскраске. У нас по-другому машины красят. Сидел я в полной броне. Мне в принципе комфортно, так что освещённый не ярким фонарём, тот видел меня через камеру ноута.

Офицер знакомый, поэтому кинув ему приветливо, сказал:

– Привет, Игорь. Поднимай комдива, срочная информация появилась.

А куда деваться, это быстрый налёт, уничтожил установки и обратно, мог за ночь пройти, трое суток это я с запасом брал если что не так пойдёт. Например, установки перекинут на другую сторону фронта. А дальнейшая история с освобождением лагеря, это уже совсем другой цветовой коленкор. Если дальше буду действовать, я серьёзно подставлю командование. Кстати, через интернет телефона, отключив телефонную связь, тут вай-фай работал, позвонил комбату по мессенджеру, разбудив его. Быстро доложился, под его матерки. Он мой командир, должен был доложится. В общем, обещали по шее надавать за мой авантюризм, но фотографии и рапорт тому скинул на телефон, пусть изучает. Так что, если с ним свяжутся, тот в курсе будет. Тут и генерал подошёл, сонный и недовольный, но сел на стул под камеру. Судя по волосам, наспех умылся и подошёл.