Чтение онлайн

— Помочь? — поинтересовался ради приличия, наблюдая сверху, как эта круглобокая букмейкерша скатилась с Пономаренко на колени и попыталась встать.

Спустя пару минут, под звуки кряхтения и бубнеж тихо матерящегося Пономаренко Крюковой все же удалось принять вертикальное положение.

— Вы? — Она резко вскинула голову и впилась в меня злым взглядом.

— Не ушиблись, Наталья Петровна? — Быстро стёр улыбку с лица, но в голосе все же скрыть ее не удалось.

— Нет, — выплюнула она и начала медленно подниматься по лестнице.

— Отлично. Раз вам моя помощь не нужна, помогите вы мне. — Добавил в голос стальные ноты. — Объясните, пожалуйста, что здесь происходит?

Пономаренко бледной тенью маячил за Крюковой, а та застыла напротив меня с притворным удивлением на лице.

— Что тут может происходить? Возвращаемся с Владимиром с обеда.

— Пешком? На восемнадцатый этаж? — Настала моя очередь наиграно удивиться.

— Ну что вы. В мои годa уже не до марафонских забегов. Нас с Володей вытолкнули из лифта на шестнадцатом, вот мы и решили не ждать, а подняться пешком.

— Занятная история. А у вас, Пономаренко, такая же версия? — Перевел взгляд на парня.

— Я... — Тот слегка побледнел. — Ну, мы тут поговорили… Нам нужно было…

Он никак не мог придумать правдоподобную историю, но ясно, что и бредовую поддерживать не хотел. А у меня не было желания играть в школьного учителя, поэтому сразу расставил все точки над и.

— Ита-ак, — тянул паузу, во время которой Крюкова нервно сжимала и разжимала пальцы, сплетенные в замок под грудью, — Наталья Петровна, я закрою глаза на этот беспредел, но только при одном условии.

— Каком условии? Вы вообще о чем, Владислав Андреевич? — Эта матёрая продажница прищурилась. С такой сцепиться, будь мы на равных, себе дороже.

— Я, Наталья Петровна, о тотализаторе, который вы, судя по всему, устроили. У вас есть разрешение от меня или Олега Павловича, я уж не говорю про государственные органы, на осуществление подобной деятельности?

— Вы сгущаете краски! Какой тотализатор? Так, поспорили между собой да сделали пару ставок, вот и все!

— А вы знаете, что подобная деятельность наказывается штрафом, либо обязательными работами на продолжительный срок, либо ограничением свободы до двух лет?

Надо было отдать должное Крюковой, кроме небольшой бледности и скрюченных пальцев под грудью, больше ничто не выдавало ее волнения.

— Но, даже если я закрою глаза на букву закона, и на то, что вы решили заработать за счёт своих же сослуживцев, вы понимаете, что дестабилизируете работу коллектива?

— Я никого не дестабилизирую! — От возмущения ее щеки окрасились в ярко-красный цвет. И, прищурившись, она напала на меня в ответ. — Вы на себя посмотрите! Этот конкурс ваша затея!

Та-ак. Я прекрасно помнил, что Крюкова старейший сотрудник нашей компании, что в продажах ей нет равных, но… Всему есть предел! Под моим яростным взглядом запал Натальи Петровны быстро сошел на нет, но она все равно продолжила жалить.

— Скажете, не так?

— Сейчас, Наталья Петровна, от увольнения вас спасают исключительно предыдущие заслуги перед компанией. Но учтите, если вы еще раз позволите себе нечто подобное, вылетите отсюда без выходного пособия, ясно?

Бросил взгляд на Пономаренко, который застыв, боялся, по-моему, даже вздохнуть.

— Не в обиду вам, Владислав Андреевич, но не вы один принимаете в этой компании решения. Я пойду к… — Она подняла на меня взгляд, а мне показалось, что ее зрачок вытянулся, а изо рта готов высунуться раздвоенный язык.

— Достаточно! Единственное место, куда вы сейчас пойдете, это ваше рабочее, Наталья Петровна. Что же касается тотализатора, устроенного вами… — Видел, как она недовольно поджала губы. — Завтра, после окончания голосования, вы опубликуете в чате все сделанные на каждую участницу ставки, коэффициенты, условия или что-там у вас есть, а заодно и процент комиссии, который решили взять себе за организацию тотализатора. Будем легализовывать вашу деятельность. А после окончания конкурса вы, Наталья Петровна, будете депремированы. О сумме вам сообщит Зверев. Но уже сейчас могу сказать, что она будет напрямую зависеть от суммы собранного вами банка. Сами понимаете, в ваших же интересах прекратить принимать ставки. Все понятно?

— Все понятно, — зло процедила Крюкова. — Но я считаю, что вы переваливаете с больной головы на здоровую…

— Я был лучшего мнения о вашей сообразительности, Наталья Петровна, — уже не сдерживаясь, прорычал я. — Можете отдать собранные деньги Пономаренко и идите к Коршунову, писать заявление об уходе.

— Владислав Андреевич, — ее наконец-то пробрало, губы затряслись, щека задергалась, — я прошу прощения, если сказала лишнее. Мне все понятно. Чуть позже в чате все напишу.

— Я рад, что мы наконец-то поняли друг друга.

Бросив последний взгляд на застывшего Пономаренко, дернул на себя дверь и ушел, оставив эту змею изливать свой яд на парня.

У себя в кабинете устало опустился в кресло. Что за неделя! Чувствовал, что конкурс и предстоящий корпоратив добьют меня окончательно.

Поработав еще пару часов, перед уходом заглянул в чат проверить, удалены ли фото Кэт. Не найдя ни одного, выключил компьютер и ушёл, выбрав в качестве средства для снятия нервного напряжения на этот вечер тренажерку.

Ни на следующий день, ни еще через день страсти не утихали. Причем моя фотка даже перекрыла основную тему — корпоратив по случаю десятилетнего юбилея компании, который должен был состояться уже в эту субботу.

Для этой цели был снят огромный банкетный зал, вмещающий более сотни гостей, приглашена какая-то крутая то ли звезда эстрады, то ли рок-звезда. Пятница была объявлена коротким рабочим днем, чтобы все сотрудники смогли успеть подготовиться к мероприятию.

Помимо сотрудников были приглашены клиенты, партнеры из Германии, крупные поставщики. Праздник обещал быть грандиозным.

Медленно, но верно к среде фокус внимания чата сместился на это мероприятие. Все гадали, какая звезда приглашена, будет ли Кох, третий учредитель компании на празднике, и какую сумму составят премиальные выплаты победителям, так как помимо победительницы идиотского конкурса Ветрова должны быть поощрены лучшие сотрудники во всех отделениях.

В среду я с самого утра была на месте, проверяла и сверяла данные, которые мы собрали с девочками за два года для выявления передовиков производства. На четверг у меня была назначена встреча со Смолиным, до которой еще нужно было сделать кучу дел.

Работа шла полным ходом, когда на пороге нашего кабинета возникла Дашина подруга. После проводов Градова Дашка перестала с нами общаться, найдя себе единомышленницу среди любимок из другого отделения.

— Началось! — с восторгом воскликнула влетевшая девица. — Голосование началось!