Чтение онлайн

Когда мы вернулись домой после ужина, я развел огонь в камине, пока Мэгги отправила детей принимать ванную. Я думал о том, что хочу сказать, но всё, что я могу сделать, — это начать с самого начала.

Она терпеливо ждет, проводя пальцами по костяшкам моих пальцев.

— Я мало что о ней помню. У неё были длинные, темные, почти черные волосы. Я сидел на краешке унитаза в нашем трейлере, пока она накладывала макияж, и говорил ей, что без него она мне нравится больше. Все воспоминания, которые у меня остались, — это отрывки, отдельные моменты времени. Ничего…связного.

Я перевожу дыхание. Ненавижу говорить об этом и пытаться придать смысл тому, чего я никогда не пойму, по крайней мере, полностью.

— Она была больна…сильно. Не могла вставать с постели. Иногда она выходила из себя, и я плакала, пока она кричала. Иногда у нас была еда, а иногда нет. Пожилая дама по соседству приютила меня, пока моей маме не становилось лучше. Тогда я не понимал, но мужчины постоянно приходили и уходили. Она обычно запирала меня в моей комнате на ночь. Я не знаю, было ли это сделано для того, чтобы удержать меня внутри или их снаружи, но мне было страшно оказаться запертым там, когда я просыпался.

Мэгги переплетает свои пальцы с моими, сжимая их.

— Однажды мы зашли в круглосуточный магазин в нескольких кварталах от стоянки трейлеров, и она вышла оттуда без меня. Не знаю, как долго я стоял там, ожидая, что она вернется и заберет меня, но в конце концов вызвали полицию. Это письмо — всё, что у меня есть.

— Шейн, — её голос такой мягкий, но в нем нет жалости, просто…понимание.

— Я думаю, власти пытались найти её, но безуспешно. Когда меня призвали в НФЛ и у меня, наконец, появилось немного денег, я нанял кого — то, чтобы разыскать её и моего отца. Всё, что я знаю, это то, что она умерла от передозировки через несколько лет после того, как ушла от меня. Мой детектив больше не смог найти ничего о её семье или прошлом. Грег, ну, ты же знаешь, что он кусок дерьма. Дилер, и сам принимает.

Мне больше нечего сказать, и Мэгги тоже молчит. Я благодарен, что она не пытается ничего объяснить это или улучшить ситуацию.

— Я плакала, когда читала письмо, — её нежные слова проникают сквозь мое силовое поле. — Такое горе невозможно подделать. Я не сомневаюсь, что у неё было разбито сердце, она была в отчаянии и, возможно, поступала как считала правильным. Возможно, это было ради тебя, или неё, или обоих, — она делает паузу. — Та часть, где говорится о самопожертвовании ради кого — то ещё…ты поэтому женился на мне?

Я стараюсь отвечать как можно честнее.

— Может быть. По крайней мере частично. Я годами не думал об этом письме, пока ты не рассказала мне о своей ситуации. С того дня, как я прочел его, я хотел, чтобы все эти слова в том письме были правдой. Я хотел верить, что она ушла от меня из — за любви. Что она верила, что это единственный способ спасти меня. Годами я не мог понять, как то, через что я проходил, может быть лучше, чем быть с ней. Может быть, это эгоистично, но я хотел это проверить. Попытаться понять такую жертву. Когда я думал о браке с тобой, я знал, что пожертвую многим, но я также знал, что смогу это сделать. На самом деле не было причин отказываться. Когда я увидел вас всех на вечеринке команды, я понял, что должен сделать. Мысль о том, что дети могут не здесь, не с тобой…

Мэгги кладет руку мне на сердце.

— Ты знал, каково это, когда у тебя отнимают всё, что ты знаешь.

— Я бы никогда не пожелал такого ни одному ребенку, особенно когда увидел, какая связь вас всех связывает. Любовь между вами и зависимость.

Она приподнимается, упираясь подбородком мне в грудь.

— Правильно это или нет, заслуживают доверия эти слова или нет, я так рада, что твоя мама дала тебе шанс. Она, конечно, поступила неправильно, но я предполагаю, что не так уж много правильного было в её жизни. Но посмотри на себя, — она дергает меня за рубашку и улыбается. — Посмотри на свою жизнь. Всего, чего ты достиг, и каким человеком ты стал.

Слезы в её глазах вызывают у меня комок в горле.

— Может быть, всё сложилось бы точно так же, если бы она не бросила тебя, но… — она качает головой. — Я не верю, что мы проходим через столько боли и страданий просто так. Она дала тебе шанс. Она спасла тебя от жизни, в которой тонула сама. Я полагаю, она унесла бы тебя на дно вместе с ней. Жертва реальна. Она могла бы заставить того пятилетнего маленького мальчика держать её за руку и смотреть, как она тонет, и он бы не опустил её.

Слезы текут по щекам Мэгги, и я вытираю их, прежде чем она снова кладет голову мне на грудь. Что я знаю наверняка, так это то, что я бы не оказался здесь. Меня бы не было здесь с Мэгги, детьми и такой жизнью, о которой я и не подозревал, что хочу.

Я целую её в лоб, пока потрескивает огонь, обдумывая всё это. Я хочу верить, что моя мама бросила меня, потому что она сильно любила меня или, по крайней мере, настолько, чтобы хотеть для меня большего. Зная, что я всё бы отдал за этих детей, я, возможно, наконец — то смогу крепко держаться за слова, с которыми она меня бросила.

Глава 52

МЭГГИ

— Значит, на следующие две ночи дети будут с тобой, а потом Гвен приедет, чтобы ты мог вовремя добраться до аэропорта, — я лихорадочно роюсь в сумке, пытаясь найти гигиеническую помаду. Где она?!

— Мэгги, я понял, — Шейн хватает меня за руку и держит её в своей. — Постарайся расслабиться. Всё будет хорошо.

Я смотрю на него, такого спокойного и расслабленного, когда он выезжает на дорогу, ведущую к аэропорту. Мне хочется в это верить, но мои нервы на пределе. Я никогда не оставляла детей, и это шоу кажется ужасной идеей. Больше всего на свете я не хочу покидать Шейна, когда у нас такие неопределенные отношения, и я не знаю, что будет дальше. Я приоткрываю окно, надеясь, что свежий воздух поможет мне.

— Я не знаю, смогу ли я это сделать, — мои пальцы впиваются в край сиденья, когда вес тысячи слонов давит мне на грудь. Он на секунду отрывает взгляд от дороги, встречаясь с моим.

— Да, ты можешь, — его голос спокоен и обнадеживает, но этого недостаточно, чтобы заставить меня поверить в это. — Если это хотя бы близко к тому, что я видел в студии, и к тому, что ты показала мне на своем телефоне, это будет невероятно. Мэгги, ты невероятна.

— Откуда ты знаешь? — спрашиваю я, пытаясь заставить свой голос и всё остальное во мне оставаться сильным. — У меня болит лодыжка, и следующие несколько дней будут напряженными.

— Мэгги, дыши, — он поднимает мою руку и оставляет поцелуй на тыльной стороне запястья, где, я уверена, бьется мой пульс. — Ты знаешь, что делаешь.

Я вдыхаю через нос и закрываю глаза, понимая, что хочу, чтобы Шейн всё это время держал меня за руку, напоминая мне, что я справлюсь. Я не хочу, чтобы он высадил меня и уехал.

На прошлой неделе между нами что — то изменилось, и я наконец — то чувствую, что мы движемся в новом направлении. Предложение от штата Огайо может всё перевернуть с ног на голову.