Я – это ты, ты – это я
Шрифт:
– Так она вроде не негритянкой была… Но эту версию, увы, уже ведь не проверишь, – разочарованно выпустила очередной клуб дыма Воробей.
– Это да, – пробормотала Быстрова, – но взять на вооружение этот странный факт мы ведь можем. Нам это никто не запретит!
Поболтав еще часок о том, о сем, подруги остановились на том, что Олеся останется ночевать, потому что Яне просто необходима на данном этапе помощница в расследовании этого странного убийства.
Олеся отзвонилась «сыночке» и «отпросилась» у него, чтобы переночевать у Быстровой.
На улице уже давным-давно было темно, сыпал редкий снежок и светила огромная белая луна.
В это же самое время за добрую сотню километров от Яниного дома, в огромном белом особняке, окруженном лесами и полями, за глухо задвинутыми темными шторами происходило нечто необычное.
В большой зале с высокими потолками собралось пять человек. Все они были одеты в непроницаемые белые балахоны до пят (что-то наподобие «ку-клукс-клановской одежды), были видны только прорези для глаз, а вся остальная материя – сплошная белая масса… Поэтому определить пол и возраст людей было невозможно.
В помещении отсутствовала какая-либо мебель, зато на мраморном полу, в самом центре комнаты, стояло нечто, вроде гипсового постамента, на котором одиноко высилось огромное чучело белой совы. Сова была словно живая. Глаза ее горели огненно-рыжим огнем и, казалось, что эта хищная птица вот-вот взлетит и вцепится в стоящих вокруг нее пятерых людей в белых балахонах и никого не пощадит.
На одной из стен висел огромный постер – на черно-синем фоне одиноко летела огромная белая сова, в зубах которой застыл лемминг 2 .
2
Лемминг – небольшой грызун, обычно встречающийся в Арктике или вблизи нее в тундровых биомах.
В каждом углу залы одиноко высились подсвечники с двумя горящими черными свечами. Поэтому, несмотря на выключенное электричество, комната довольно-таки неплохо освещалась, правда, свет был бликующий, не яркий. Все присутствующие молча встали не колени вокруг пьедестала с белой совой.
Внезапно в залу медленно вошел еще один человек. В просторном шелковом белом балахоне с капюшоном, который был накинут на лицо. Судя по изящной неторопливой походке, это была женщина. Она подошла к постаменту с белой совой и царственным жестом оперлась рукой о него.
Тогда один из пятерых, судя по уверенным движениям, главный из всей стаи, поднялся с колен и, резко вскинув руки кверху, выкрикнул:
– О, белая Госпожа наша! Ты Владычица наших помыслов и желаний! Помоги нам устранить космический мусор, вставший на нашем истинном пути! Дай сил выдержать борьбу с нечистотами и грызунами человеческими! Помоги в свершении Правосудия! Мы должны следовать за тобой по пути, выбранному для нас Провидением и неотвратимостью Судьбы! Никсау 3 !
3
Никсау – транскрипция перевода с русского на латынь выражения «снежная сова»
Бубон скандиакус 4 !
И остальные пятеро глухо повторили за ним: Никсау! Никсау! Никсау!
После чего главный дал остальным знак встать с колен и, взяв за руку одного из «белых балахонов», четко проговорил:
– Сегодня, соратники, мы принимаем нового члена в наш орден «Шести углов» вместо выбывшего Гексаэдрина, который геройски погиб от полицейской пули на задании.
Все одобрительно загудели.
– Итак, позвольте представить вам Гексаэдрину! Поприветствуем! – и главный магистр захлопал в ладоши.
4
Бубон скандиакус – транскрипция перевода с русского на латынь выражения «белая сова»
Раздались дружные аплодисменты. Пламя свечей задвигалось, на стенах заскакали темные тени.
Представленная членам ордена Гексаэдрина тоже стала аплодировать. Правая рука ее, обнажившись до локтя, была бледна, а на запястье темным овалом виднелось огромное родимое пятно, отдаленно напоминающее яйцо….
Белая фигура, стоявшая у пьедестала столь же царственной походкой, что и при входе в залу, медленно удалилась.
Остальные пятеро задули свечи и в полной темноте вышли из залы…
В опустевшей зале осталась только большая белая сова. Она смотрела на мир своими огромными огненными глазами и, казалось, сердилась на кого-то…
Глава 7. «Слабая надежда забрезжила и… погасла»
– Может быть, второй кальянчик забацаем? – азартно спросила Воробей, разлиновывая очередную страницу в блокноте для игры в «кости», – ведь еще не поздно.
– Только сама делай, я в принципе не против, но мне лень, – ответила задумчиво Быстрова.
У нее из головы никак не выходил рассказ соседки Анны про московских «ку-клукс-клановцев».
– А вдруг эти ку-клукс-клановцы и совершили ритуальное убийство в нижней квартире? – в очередной раз пробормотала Яна.
– Слушай, Быстрова, – заворчала Олеся, – позвони своему Соловьеву и расскажи, потому что я устала слушать одно и то же про этих «клановцев».
– И ЧТО Я ЕМУ СКАЖУ? Привет, моя соседка-пенсионерка видела «ку-клукс-клановцев» в простынях?! Так что ли? Да он меня пошлет так далеко, что и не выберусь…
– Он же тебя не далее, как сегодня крепко обнимал и говорил, что ты ему очень дорога, – съязвила Олеся. – Так чего ему посылать-то тебя? Не логично, по меньшей мере, будет. Давай, давай, набери его. Только поставь на громкую связь. Я тоже хочу послушать.
После нескольких трусливых отговорок, Яна вдруг решительно схватила айфон и набрала номер Соловьева.
На этот раз трубку взяли не сразу.
Наконец, когда Яна уже решила нажать «отбой», в трубке послышался хрипловатый баритон:
– Быстрова, ты теперь не спишь вообще? Что опять случилось?
– Привет, Олег, прости, что разбудила, но мне завтра нужно с тобой встретиться.
– Опять новые идеи посетили?
– Ну, в общем да…
– Ну, что с тобой делать, подруга? Ладно, давай завтра часиков в семь вечера в том же кафе, что у твоего дома… А теперь я, пожалуй, посплю, у меня завтра с утра совещание. Надо быть в форме.
– Спасибо, Олег, – елейным голоском пролепетала Яна, – до завтра…
– Вот, разбудила человека, все ты своим «позвони, позвони», – зашипела она на Воробей, которая невозмутимо раскуривала кальян.