Чтение онлайн

— Ты незваный гость на этом празднике.

— Правда? — делано изумился Колдун. — Не моё ли изгнание вы празднуете? Как же сильно вы боялись меня, если даже праздник придумали! Не находишь это несколько парадоксальным? Тот, в чью честь учреждён праздник, не зван на него. Или вы снова меня боитесь? — понизил он голос до интимного шепота, а после завершил речь громко, так, что его услышали все окружающие. — Не зря боитесь! Я вернулся, дорогие мои друзья!

Девушка содрогнулась, её лицо исказила испуганная улыбка:

— Ты безумец! Всегда им был! — эмоционально и с чувством выплюнула она.

— Ты когда-то придумала план, моя дорогая, — мягко сказал Колдун. — И воплотила его в жизнь. Видишь, какая хорошая у меня память? Я помню всё. И твою роль, и роль твоего брата, и ту плату, которую вы с меня взяли. Может ли безумец так ясно и точно всё помнить? Ответь, дорогая. Я жду.

— Может, — без тени улыбки ответила девушка и прекратила разговор, сказав холодно. — Вы гости на моём празднике. Развлекайтесь.

— Тебе просто нечего сказать мне, — тихо прошептал Колдун, довольно улыбаясь тому, что девушка исчезла. Потом повернулся ко мне и добавил. — Гадюшник зашевелился. Мы побудем ещё немного, потом уйдем.

Если бы я могла говорить, задала бы кучу вопросов. Сейчас же только кусала губы и чувствовала себя диковинной зверушкой, которую выставили напоказ на деревенской ярмарке. В меня только что пальцем не тыкали. А как сверлили взглядами и тихо перешёптывались! С меня снимали взорами мерку женщины, а мужчины откровенно пялились, словно мысленно раздевая. Мерзкое ощущение.

Колдун подал мне бокал, возникший в его руке из ниоткуда, с прозрачной как слеза жидкостью. Недоверчиво принюхалась — пахло улаймой, нежным вином.

— Пей, не отравлено, — тихо сказал Колдун, склонившись ко мне и снова опаляя дыханием мои щёки. — А от других напитки не принимай. И не обращай внимания на гостей. Большая часть из них иллюзии, которые развеются к утру. Хозяева праздника любят потешить своё самолюбие таким глупым образом. На Праздник Ухода уже давно как приходят единицы смертных. Память людская коротка. Никто почитай уже и не помнит, как всё началось и закончилось. Тем лучше для меня, — он усмехнулся. — И для тебя.

Что он всем этим хочет сказать? Что хочет доказать? И кому доказать? Столько вопросов и кругом голова от всего происходящего. Хочется сбежать и оказаться подальше от Колдуна и связанных с ним загадок. Но нет у меня такой возможности. Отсюда без его помощи я не уйду, не увидела в зале ни одной двери. А из Башни не выйду без его разрешения. Все пути к отступлению замыкаются на одном человеке, который явно не намерен меня освобождать от данного слова.

Вернулись в Башню довольно быстро, никто нас на Празднике не держал и не уговаривал остаться. Незваные гости — мы были, по-видимому, как бельмо на глазу у хозяев. Но спать меня не отправили, перенесли в зал, который мне не попадался ещё. Медленная тягучая музыка мягко окутала нас с Колдуном заставляя забыть о не тёплом приеме.

— Потанцуем, — не спросил, а поставил в известность мужчина.

Подчинилась его требованию и не пожалела. Двигался Колдун легко, подстраиваться под его движения было просто, будто мы всю жизнь вот так танцевали вместе. Скользить по натертому зеркальному полу одно удовольствие. Быстро из головы выветрились все посторонние мысли. Только упоение от танца и умелого партнера. Каким же далеким прошлым сейчас казалось время, когда нас, дочерей майстера Люидера эр Риоли обучали танцевать. Мне так и не удалось показать мастерство в них на приёмах-смотринах, которые устраивали соседи. Сейчас всё забытое легко всплыло в памяти и помогло не ударить в грязь лицом. Кружили по залу мы долго, забыв обо всём на свете. Лицо Колдуна казалось как никогда задумчивым, а улыбка, появлявшаяся время от времени на губах, тёплой. Но мужчина смотрел весь танец поверх моей головы и явно думал не о партнёрше, выполняя движения заученно и ровно.

Когда Колдун отпустил запыхавшуюся меня, голова немного кружилась, а мысли гуляли неизвестно где, совсем не там, где мне хотелось бы. Поцелуй в губы стал абсолютной неожиданностью для дезориентированной меня. В нём не было мягкости или романтичности — это был поцелуй-требование, поцелуй подчинения, подавления воли. Иначе его трудно было назвать. Протестуя, уперлась руками в грудь мужчины. Если думает, что раз нема, то не смогу дать отпор, то глубоко ошибается. Оттолкнула Колдуна и гордо вздёрнула подбородок, давая понять, что не позволю с собой так обращаться.

— Восхитительно, — безразличием отреагировал на мою демонстрацию воли мужчина. — В тебе есть способность к сопротивлению. Это будет забавно, — и испарился в неизвестном направлении.

И как мне отсюда выбираться? Это что, наказание за то, что не растаяла? Какой милый хозяин дома, ничем не лучше хозяев праздника, на котором мы сегодня были. Может быть они родственники? Как же прожить этот год, не поддаваясь ухаживаниям этого странного мужчины? С его могуществом, он легко может применить какое-нибудь волшебство, и опомниться не успею, как буду смотреть преданно в глаза этому человеку и ждать любого приказа, как награды.

Надо мной сжалились, проводница-бабочка запорхала у моего носа. Направилась вслед за ней, давая себе слово больше не быть безгласной свидетельницей всех выходок Колдуна. Табличку буду всё время носить с собой и мел тоже. У меня накопилось очень много вопросов к хозяину Башни. Вот и задам их за завтраком.

Уснула с трудом, столько мыслей и предчувствий бередили душу. Вспоминался Колдун, торжество на его лице, когда он перенёс нас в зал с прозрачными стенами. Чему он так радовался? Чему улыбался, когда мы танцевали в похожем зале в его Башне? Зачем ему понадобилась я для всего этого маскарада? Неужели не мог найти кого-нибудь более подходящего на роль временной любовницы? И где опять бродит Нахал? Неужели бросит свою хозяйку здесь одну? Его ведь ничто не держит, может входить и выходить когда пожелает.

Одна странность, над которой я пока не успела ни разу задуматься. Меня не тянуло уйти. Если ранее мне тяжело было оставаться на месте, всё время хотелось уйти туда, где во мне нуждаются, сейчас эту особенность как отрезало. Виноват Колдун? Вероятность этого очень велика.

Утром меня разбудила алая бабочка. Она садилась мне то на веко, то на нос, то на щёку, то на лоб, перебирала лапками и щекотала крыльями до тех пор, пока я не поднялась с постели. Не выспалась, и настроение было соответствующее. Проводница нетерпеливо трепетала крылышками, ожидая меня, и словно поторапливала своими метаниями по комнате — от двери ко мне и обратно. Хмуро умылась, стараясь не обращать внимания на мельтешение насекомого.

Праздничное платье ещё ночью убрала в шкаф, более не собираясь к нему прикасаться и сейчас, после умывания, оделась в более привычную и скромную одежду. Заплела косу, прихватила табличку и мел с собой и последовала за бабочкой. Колдун ждал меня за столом, нетерпеливо барабаня пальцами по столу. Кивнул мне, приветствуя, но не поднялся со стула.

Прошла на привычное уже место во главе стола и только приготовилась приступить к расспросам Колдуна, забыв о завтраке, как услышала:

— У нас сегодня будут гости. Все вопросы оставь на потом. Сейчас поедим, и я отведу тебя в библиотеку. Прочитаешь то, что я скажу. Это важно. Врагов нужно знать в лицо. Поторопись с едой.