Чтение онлайн

— Кстати, мы только что с ним говорили. Если к вечеру все показатели будут в норме, мы поедем домой. Незачем в больнице торчать, домашняя обстановка намного лучше и уютнее.

— Ладно, — согласилась я, проходя мимо отца. Больницы я не люблю, да и кто их любит?

— Я уже позвонил Дилану. Вечером он отвезет нас домой.

— Что? Зачем? — резко обернулась недоумевая. — Мы можем вызвать такси.

— Зачем нам такси? Там накурено и тесно, — фыркнул папа.

— Тогда возьми машину напрокат.

— Дилан нас отвезет. Он как раз живет недалеко, полчаса езды, — пропустил мои слова мимо ушей.

— Я рассталась с Диланом, — напомнила я, чтобы он не думал снова заниматься сводничеством.

— Это не помешает ему отвезти нас.

— Он довольно навязчивый.

— Дочка, хватит капризничать, — отмахнулся отец в конце концов. — Сходи в туалет и давай завтракать. Не мори мою внучку голодом.

Я закатила глаза, понимая, что до него не достучаться — бесполезно. Тяжело вздохнула и отправилась в уборную. Когда позавтракала, в палату пришла медсестра с букетом роз.

— Мисс Тиссон, для вас принесли цветы.

— Цветы? — встрепенулась мама, сидящая в кресле у телевизора. Родители решили не оставлять меня здесь одну до вечера. Мама нашла себе развлечение в виде сериала, а папа отошел позвонить по делам.

— Спасибо, — растерянно пролепетала я, беря в руки букет белых роз. Красивые и пахнут приятно.

— Дилан прислал? — подумала мама. — Какой молодец! Все же присмотрись к нему, Тифф. Ты же говорила, он очень заботливый и милый, как раз для тебя, — завела она старую пластинку.

Родители в Дилане души не чаяли, в отличие от меня. Да, парень он неплохой, но я к нему совсем ничего не чувствовала. А когда в нем открылась новая сторона — навязчивость — это еще больше меня от него отвернуло. Хотя отец назвал бы это упорностью.

Заметив маленькую открытку в цветах, я аккуратно ее достала. «Мне правда жаль, детка».

— Картер, — выдохнула почти шепотом. Второй букет за все время наших отношений. Бывший муж не дарил цветы просто так, только если провинился, как сейчас.

— Что? — не расслышала мама.

— Цветы от Картера.

Ее взгляд сразу поник, а улыбка сошла с лица.

— Он извинился? — поинтересовалась, на что я утвердительно кивнула. — Барт не хотел его впускать. Но мне показалось, е нужно было сказать тебе что-то важное. Он выглядел очень взволнованным.

— Он испугался не меньше вашего, — припомнила я, каким бледным он был вчера.

— Что у вас произошло, Тиффани?

— Мы просто не слушали друг друга, вот и поругались. Он все еще таил обиду, что я от него ушла, слишком зациклился на прошлом. К тому же приревновал к Дилану.

— И все же он должен был понимать, в каком ты положении. Тебе нельзя волноваться, стресс пагубно сказывается на ребенке.

— Знаю. Поэтому я сказала, что нам лучше пока не видеться.

— Это правильно, — кивнула мама соглашаясь. — Хоть он и отец ребенка, но слишком беспечный. Лучше мы с Бартом за тобой присмотрим.

— А как папа вел себя, когда ты была беременна?

— Он меня на руках носил и задаривал подарками. И никогда со мной не ругался.

— Вы и сейчас не особо-то ругаетесь, — заметила я. Отец на маму почти не кричал, всегда уважительно и трепетно к ней относился.

— Мне повезло найти хорошего мужчину. И я бы очень хотела, чтобы и у тебя был такой.

Я обхватила живот, с досадой вздохнув. Картер никогда меня на руках не носил и, наверное, не будет. И никогда не говорил слов любви. Когда-то у нас была идиллия, когда мы готовились к суду. Но это было так давно, что кажется неправдой.

Вечером меня выписали, и мы с родителями отправились домой. Как и хотел отец, приехал за нами Дилан. Принес мне молочный коктейль и пирожные.

— Спасибо, — поблагодарила, беря пластиковый стаканчик из его рук.

— Не за что, — подмигнул Дилан с улыбкой на губах. — Как себя чувствуешь?

— Нормально.

— Барт сказал, это бывший муж тебя довел. Я же говорил, он придурок. Нисколько о тебе не беспокоится.

— Давай не будем об этом, — сухо произнесла, не желая снова слушать про Картера.

После той стычки на благотворительной акции Дилан его возненавидел. Когда Картер ушел, он еще полчаса материл его и грозился подать в суд. Из-за чего они подрались, он умолчал, сказав лишь, что мой бывший муж совсем неадекватный.

— Вы пока спускайтесь, а я помогу Тиффани, — обратился Дилан к моим родителям.

— Не нужна мне помощь, — возразила, но мои слова остались без внимания. Отец с матерью вышли из палаты, оставляя нас одних.

— Пойдем, крошка, — протянул руку, чтобы я взялась за него, словно какая-то беспомощная. Это меня разозлило.

— Я тебе не крошка!

— Снова перепады настроения? — усмехнулся Дилан, не воспринимая меня всерьез, либо просто притворялся.

— Ты слишком навязчивый, — прямо сказала я. — Между нами ничего нет, поэтому не веди себя, будто мы вместе.

— А когда я так себя вел? Я просто решил тебе помочь, вот и все.

— Ты часто звонишь и пишешь. Я думала, мы поняли друг друга на благотворительном вечере.

— Просто хотел узнать, как у тебя дела. Кто-то же должен за тобой присматривать. И кстати, если бы это был я, то ты не загремела бы в больницу.

— Ну, теперь за мной будут присматривать родители, так что твоя забота излишня. Не надо звонить каждый день.

— Хорошо, как скажешь, — пожал плечами с непроницаемым лицом, а затем направился к двери. — Пойдем, а то твои родители уже заждались.

Мы не виделись две недели, и я безумно скучал. Умирал как хотел ее увидеть. Отдал бы многое за то, чтобы обнять ее, прижать к себе и зарыться носом в шелковистые волосы. Но Тиффани все еще держалась на расстоянии, и я не мог ее винить за это. Я сам накосячил.

За эти две недели я остыл и многое переосмыслил. Взглянул на свое поведение под другим углом. Чувствовал стыд и презрение к самому себе, а еще желание все исправить. Но пока не торопился, боялся попасть в еще большую немилость со стороны бывшей жены.