Чтение онлайн

Трепет окружающих подействовал на меня заразительно. По затылку пробежали мурашки, хотя от груди, наоборот, стал расползаться подозрительный жар.

Странное предчувствие заставило меня обернуться медленно и осторожно. Как раз в тот момент, когда толпа вокруг значительно расступилась.

– Император Ши Сэйлан! – крикнул кто-то с восторгом. — Да здравствует молодой император Ши!

От внезапно налетевшего порыва пыльного ветра согнулись и попрятались в своих одеждах все вокруг, кроме одного человека. Только он остался стоять напротив меня абсолютно невозмутимо, лишь его роскошная жёлтая мантия развевалась вместе с длинными и блестящими чёрными волосами.

Промелькнула мысль, что мне тоже нужно куда-то спрятаться, однако ноги словно приросли к земле. И несмотря на то, что окружающие склонили головы, не смея смотреть на величественного мужчину, я открыто встретила и выдержала его взгляд.

Более того, я буквально не могла оторваться от его тёмных глаз и чётко очерченного аристократического лица…

Никаких сомнений в том, что это и был император Ши, у меня не возникло. Но вот что странно: я была уверена, что раньше никогда не видела этого молодого мужчину, но его как будто бы узнало моё тело. Всё оно мгновенно наэлектризовалось, когда его надменный взгляд прошёлся по мне снизу вверх, остановившись где-то в районе губ.

Наверное, Лу Юмин, чьё тело я невольно заняла, успела-таки познакомиться с ним поближе. Но как только я подумала о наложнице, прекрасное лицо императора исказил гнев.

– Тебе нравятся эти фигурки? – поинтересовался он вдруг, шагнув ближе, и кивком головы указав на прилавок.

Я быстро огляделась по сторонам, хотя и так было очевидно, что Его Величество обращается ко мне.

Но во рту у меня так сильно пересохло, что в ответ я смогла лишь кивнуть. Наверное, это было жутко невежливо со стороны наложницы, однако император только хмыкнул и громко, отчётливо произнёс, глядя прямо мне в глаза:

— Тогда пусть торговец упакует ихвсе.

– С-спасибо, – сглотнув ком в горле, выдавила я, поражённая необыкновенной щедростью. — Но…

Не дав мне договорить, Сэйлан вдруг крикнул одному из слуг своей свиты, склонившейся вокруг него на небольшом, но почтительном расстоянии:

– Возьмите фигурки и отнесите во дворец!

И, нависнув надо мной, понизил голос до зловещего шёпота:

– Такая ничтожная собачонка как ты не достойна прикасаться к дракону, к символу императорского могущества.

Помимо неприятных слов и грубого тона, у монарха был такой взгляд, словно он хотел раздавить меня как букашку, уничтожить, стереть навсегда с лица земли.

Я невольно задрожала. Что же такого натворила Юмин, заслужив столько ненависти и презрения? И справлюсь ли теперьяс этим бременем чужого прошлого?

Император стиснул зубы, но его челюсть дрожала, словно он невероятным усилием воли сдерживает ещё какие-то слова. Собравшись наконец уйти, он резко отвернулся.

Но едва успел сделать только три размашистых шага — так же внезапно вернулся обратно и впился яростным взглядом в моё лицо.

– Как ты посмела явиться сюда без вуали, наложница Лу? Как посмела нарушить мой указ?!

Он произнёс это тихо, так чтобы никто кроме меня не мог услышать. Но я не на шутку испугалась его тона и взгляда. Нас разделяло всего пара шагов, и мне казалось, что он вот-вот подастся чуть вперёд и стиснет пальцами моё горло.

– Отправляйся к себе и не смей больше показываться мне на глаза. В следующий раз я прикажу выбить из тебя всю дерзость плетью!

А вот эти слова уже точно достигли ушей всех окружающих. Когда Сэйлан наконец вернулся в общество своей свиты, на меня стали поглядывать со смесью жалости и недоумения: наверное, решили что я сумасшедшая или выскочка, которой совсем жить надоело.

Но несмотря на унижение, я высоко подняла голову и старалась бороться с нарастающей паникой. Я не Лу Юмин, ничего страшного тут со мной не случится. А смазливый император пусть подавится своими драконами! Тоже мне повелитель риса нашёлся.

Я проследила глазами как удаляется его прямая и широкая спина. Чем дальше, — тем больше выравнивалось моё дыхание, да и окружающие постепенно расслаблялись и выпрямляли плечи. Люди потихоньку возвращались к своим делам, всё меньше обращая на меня внимания.

Через пару минут рынок полностью вернулся в прежнее, непринуждённое и шумное состояние. И с меня тоже окончательно спало оцепенение.

Благоразумие тут же подсказало поискать своего провожатого — евнуха Мао — и вернуться к Но-Люнь. Как бы мне это всё не нравилось, ради своей же безопасности следовало играть по местным правилам. В том числе выполнить волю императора и надеть дурацкую вуаль, потому что вряд ли я переживу сколько-то ударов плетью или палками.

Пока из множества одинаковых как под копирку евнухов я пыталась высмотреть своего, в меня врезался какой-то чумазый мальчишка лет десяти. От столкновения он выронил из рук корзинку, и огромные спелые персики покатились у меня под ногами.

– Ой, простите, госпожа! Умоляю, не наказывайте меня! – пролепетал бедняга, рухнув передо мной на колени.

– Ну что ты! Всё в порядке.

Я улыбнулась и присела рядом, чтобы помочь собрать фрукты. Но когда последний персик был возвращён обратно в корзину, мальчик долго и смущённо благодарил меня, упорно не желая подниматься с земли.Мне пришлось уговаривать его, убеждая, что я на него не сержусь. А когда он наконец поверил и встал с колен, я увидела его ноги и ужаснулась.

Теперь я поняла, почему мальчик столкнулся со мной. Мне вообще показалось чудом, что он в принципе мог ходить.Дело в том, что его ноги ниже колен оказались сильно искалечены: искривлены и будто бы заживо изъедены коррозией. Было действительно очень больно на это смотреть.

– Что с тобой случилось, малыш? Тебя кто-то избил?

– Нет-нет, госпожа! – парнишка смущённо поспешил одёрнуть полы своей одежды, наверняка привычным движением скрывая изъян. – Мои ноги такие с самого рождения. Умоляю, простите, что ничтожный калека оскорбил ваш взор!

Я застыла в замешательстве. Я не знала, что сказать, как выразить этому бедному ребёнку сочувствие, не оскорбляя при этом жалостью мужчину, которым он однажды станет.

Глубоко вздохнув, я просто взяла его за руку и отвела в сторону, чтобы нас не толкали прохожие. А затем решила и вовсе проводить до дома. Моё сердце болезненно сжималось ещё по одной причине — почему-то мальчик напомнил мне Мишутку, моего младшего брата.

Только ему было бы уже пятнадцать, если б он не погиб вместе с родителями в той ужасной аварии на заснеженной трассе…