Чтение онлайн

Сполоснув лицо и приняв аспирин, Шрам недовольно смотрит на вошедшего – бесцветного, но самоуверенного бывшего чиновника-финансиста. Управляющий умеет незаметно появляться и исчезать, неслышно прикрывая даже очень скрипучие двери.

Вымотанный последними событиями, чувствуя себя грязным не только физически, владелец ночного клуба тяжело вздыхает. Сидя за рабочим столом, он откидывается на спинку кресла.

– Разочаровываешь, – кратко бросается в сторону слегка облысевшего мужчины в деловом костюме и с папкой бумаг в руках.

– Они же Ваши друзья… всегда на особом счету, никаких проблем в прошлом, вот мы и подумали… – начинает лебезить финансист.

– Неужели подумали? – щурится Шрам. Запуская руку в густые черные волосы, он проводит пятерней и морщится от боли, запрокидывая голову.

– Признаю – виноват! – складывая блеклые губы в тонкую полоску, управляющий смолкает, прекрасно сознавая свой недочет. При первой же стычке гостей с персоналом, он получил от сильно пьяного и потому неадекватно-щедрого клиента большие отступные и сжульничал. Закрыв глаза на нарушения, пустил процесс на самотек. – Ущерба почти никакого. Все по мелочи, бывало похуже. Я обо всем позабочусь, скоро клиентов здесь не будет, что касаемо…

Желая быстрей покончить с этой темой, владелец ночного клуба делает нетерпеливый жест рукой.

– Кто вчера их обслуживал и охранял – вызвать, заставить выполнить работу до конца, привести клуб в исходное состояние и уволить. Всю смену. Даю два часа, – заявляет он уставшим голосом. Ему плевать как будут справляться озадаченные работники. Проверять нет нужды. Наутико гарантированно будет сверкать, блестеть и пахнуть как заново отстроенный.

– Слушаюсь! – бледнеет управляющий.

– Теперь по делу, – хмурится Шрам, подаваясь вперед, он отнимает у него папку, пытаясь сосредоточится.

Приученный докладывать быстро и сжато, по существу, управляющий рапортует о состоянии текущих дел, пока подписывается бухгалтерия. Его самого не уволят, но накажут непременно. Шрам никому не спускает. Чем дольше владелец ночного клуба молчит, тем более нервно-дребезжащим становится голос управляющего.

– Монах предупредил, возможно, задержится к открытию. Его подменит Рамон, – говорит управляющий, заканчивая отчет с испариной на лбу.

– С каких пор Рамон в курсе знаний Монаха? – Шрам недовольно тянется за айфоном, набирает номер.

– Диего, в чем дело?

– Никаких проблем, босс. К открытию успеваю.

– Случилось чего?

– Надо в аэропорт смотаться. Встречаю подругу. Лучшую и единственную!

– Хм! Власть поменялась, и природа взяла свое? – интересуется Шрам, зная о странной редкой особенности парня не пользоваться женщинами по их прямому назначению.

– Неа! Это просто подруга. Хороший человек, – смеется Диего.

– Вечером зайдешь, – требует Шрам и вновь смотрит на управляющего. – Наши гости оплатили счет?

– Еще нет… – мнется тот.

– Возьми под личный контроль. Такую же сумму внесешь сам в качестве штрафа. Наличными в кассу. Чек мне на стол. Свободен.

Сереющее лицо управляющего вытягивается пропорционально длинной мысленной распечатке чека. Весьма, весьма не утешительные затраты.

Преподав ему урок, Шрам уходит в душ, где долго стоит под теплыми струями воды, размышляя над докладом. Оказалось, еще один клуб в Байоне закрывается. Знакомый коммерсант, недавний конкурент, а попросту старый хрыч Алонсо устал от агрессивной политики ночного бизнеса, объявив себя банкротом.

Несколькими месяцами ранее экономический кризис, пресыщенность публики и соседство с крупным, быстро развивающимся портовым Виго привели к закрытию сразу двух увеселительных заведений города. Вдобавок к малым прибылям их владельцы имели проблемы с властями и не умели договариваться со спонсорами популярных личностей, приглашаемых на периодические выступления.

По прогнозам заведение Шрама вскоре могло остаться единственным в Байоне местом для любителей электроники, разбитных студентов, богатеньких, не знающих куда себя деть бизнесменов, бандитов и пресытившихся семейной жизнью женатиков – в общем, для всех тех, кому ночная жизнь все еще была не безразлична.

Растягиваясь на диване, заложив руки за голову, Шрам зевает, закрывая глаза. Коммерческие дела идут в гору, совсем не радуя, хотя деньги и богатство сами по себе не свалились ему с неба на голову. Шрам завоевал их упорством, хитростью и умением не останавливаться ни перед чем.

Проспав несколько часов, пообедав, а заодно и поужинав, владелец ночного клуба вдруг понял, что ему вздумалось напиться. День рождения как-никак! На яхте давно обрастает пылью замечательный напиток, привезенный Маером из Лондона несколько месяцев назад.

Решено поехать за бутылкой, заодно проветрится, подышать свежим воздухом и вообще сбежать от поздравлений, которых он терпеть не может. Надоедливые звонки и подарки с визитками дарителей, заносимые в кабинет, раздражают.

Шрам ненавидит свой день рождения. Накануне запретил поздравлять себя. Он никого не хочет видеть, ибо знает – на каждом шагу его окружает чья-то боязнь, зависть, корысть, заискивания и прочие непривлекательные проявления человеческой натуры, щедро приправленные лживой любезностью. Никто не испытывает к нему искренних добрых чувств. Да и поздравлять его особо не с чем, хотя за последний год владелец ночного клуба достиг ошеломляющих успехов в глазах общества. Собирая в хвост длинные черные волосы, Шрам выключает айфон и уезжает в порт.

Неделю назад отмечали свадьбу Маера. Сегодня его собственная жизнь переваливает за тридцать четыре, заставляя невольно подводить итоги. Выбирая место, куда припарковаться лучше, владелец ночного клуба глушит двигатель и с минуту сидит без движения.

Паршивое настроение ширится. Самое лучшее с ним уже случилось и кануло безвозвратно. Дальше пошла неприметная тропа. Продвигаясь все глубже в погоне за местью, теперь он очутился на краю бездны. Ни желания, ни возможности отойти от края не осталось…

От этой правды берет жуть. Шрам мрачнеет. Все приелось, опостылело, элементарно надоело. Главная цель ради которой он живет пока недостижима, а более мелкие не имеют того всепоглощающего смысла. Вдобавок то, что раньше машинально помогало расслабиться и забыться, стремительно утрачивает свои свойства.

«Все-таки день рождения – подлый праздник!» – думает он, открывая дверцу навстречу резкому аромату бурых водорослей и талого снега.

Покинув авто, Шрам неспешно направляется к причалу. Большие и маленькие красивые суда издалека привлекают его взор. По «положняку» ему положена яхта. Ну, вот она и стоит у причала. Пользоваться ей некогда. Да и не хочется.