Чтение онлайн

Внушительных размеров яма, уходящая ступенями вниз на страшную глубину, напоминала рудный карьер. На её уступах шло активное шевеление, а на самом краю террасы, едва не срываясь вниз, стоял… стояла…

Сложно было определить гендерную принадлежность этого существа. Настолько грязным, худым и измождённым оно было: босые, сбитые в кровь ноги, свалявшиеся в серую паклю волосы, тощее, прикрытое подобием одежды тело.

Это непонятное создание с мертвецки равнодушным выражением лица механически совершало однообразные пассы руками, никак не реагируя на наше появление. Его монотонным движениям подчинялась работа на склонах карьера.

Ввалившиеся щёки и глаза, стеклянный взгляд, полное отсутствие эмоций — всё было настолько жутким, что я поспешила отвернуться.

— Нет уж, смотри, — дроу облапил пятернёй мой затылок и подтащил к этой пугающей особи. Я чудом не ткнулась носом в вонючие тряпки. От запаха нечистот затошнило.

Отпрянула, борясь с дурнотой, и увидела, что костлявую шею обхватывает широкий металлический обруч с витиеватыми письменами.

Ошейник сидел настолько плотно, что кожа бедолаги стёрлась под ним до крови, и в воспалённых незаживающих ранках копошатся белёсые паразиты.

Меня всё же вывернуло.

— Зачем ты мне показал это? — я клацала зубами о край глиняной чашки с водой, сидя на жёсткой кровати, и безуспешно пыталась сделать хоть один глоток.

Меня колотило. Не спасала ни добротная одежда из тонкой кожи, ни накинутое на плечи тощее, но тёплое одеяло.

— Чтобы ты знала: есть способы сломить любое сопротивление. Тот, кого ты видела, стихийный маг, каких немного. Отважный воин, достойный почётной смерти, — в прищуренных глазах мелькнуло уважение. — Он тоже считал, что уйти к истоку лучше, чем служить врагу. Но жрицы рассудили по-другому. Он жив, пока полезен. Послушный раб-марионетка, лишённый разума и воли. Он спит, ест, ходит, справляет естественные нужды только по приказу поводыря. Его даже убивать не нужно. Достаточно забыть разбудить, и он тихо умрёт во сне. Но тебе-то уж точно никто не позволит сдохнуть, забудь. Ты слишком ценный трофей, на который возлагаются большие надежды. Поэтому, либо принимаешь своё предназначение, либо подставляешь шею под трохх [28] . Подумай об этом.

Здоровяк поднялся, долил в чашку мерзкой жижи, которую я расплескала, и вышел за дверь.

Так и не выпив воды, завалилась на кровать, закуталась плотнее в одеяло.

Ни злости, ни отчаяния, ни паники.

Ни слёз.

Думалось, на удивление, спокойно и ясно.

То, что я попала в другой мир, было очевидно сразу. Никогда не страдала слишком реальными галлюцинациями и всегда отличала сон от яви. Я в долбаном волшебном зазеркалье, так страстно восхваляемом бывшим мужем.

Дошхор.

Именно так он называл сие волшебно-распрекрасное место.

Кстати, вспоминалось о неверном благоверном без привычной бури в душе.

Не известно, как я попала именно к дроу, ведь Алексей грозил забрать с собой, а вокруг него была довольна большая компания эльфов, светлых эльфов.

Что произошло со мной там, на земле? Какой странный кульбит выдала моя прежняя жизнь?

Чёрт! Совершенно не помню, как здесь очутилась. Не могла, ну не могла я добровольно согласиться на перемещение! Решительно этого не хотела!

И, тем не менее…

Вокруг меня каменные стены, тёмные, но по-своему красивые, с вкраплениями слабо поблёскивающего минерала, отражающего тусклый свет синего мха. Густые, светящиеся комочки обильно покрывали довольно высокий потолок, кое-где оккупировали верхнюю часть стен.

Совсем не сыро и довольно светло, хоть я прекрасно помню склизкие поверхности и темень той каморки, где очнулась. А здесь простая, но не лишённая изящества мебель: небольшой стол и пара стульев, жёсткая кровать с деревянным изголовьем, пустой шкаф и какой-то короб рядом с ним. На полу — ковёр из неизвестного мне материала. Он, хоть и тонкий, прекрасно защищает от холода, что непременно чувствовался бы босыми ногами.

После экстремального купания и познавательной прогулки мой надсмотрщик выдал мне облегающий топ и узкие брюки. Одежда закрывала тело от шеи до щиколоток, была лёгкой, мягкой и удобной.

Я ощупала сложное плетение, которое нянь соорудил из моей растрёпанной гривы. Удобно.

Он очень бережно обращался с волосами. Насколько я помню, в культуре светлых и тёмных эльфов причёскам уделяется особое значение.

Потеребила кончик длинной косы, украшенный металлической цепочкой с хитрой защёлкой и двумя увесистыми шариками.

Жаль, нет зеркала. Не могу себя рассмотреть. Хотя, какая мне разница. Дроу и без того постоянно зовёт меня уродцем. И, положа руку на сердце, мне на это плевать. Полно проблем намного серьёзнее.

Покосилась на закрытую дверь.

Меня даже не запирают, я проверяла, и охраны, помимо приходяще-уходящего здоровяка, не заметила. Значит, бежать невозможно. В беспечность дроу совсем не верилось.

Да и куда я побегу? К кому?

Вокруг совершенно незнакомый, не исключено, что враждебный, мир. Я нормально владею местным языком, но больше ничего не знаю. Выуживаю из похожей на решето памяти обрывки информации, что почерпнула в земном фэнтези. А сведения эти не всегда верны.

Насколько помню, внешность тёмных эльфов описывалась иначе. Кожа должна быть темнее, чем есть. Дроу никто не представлял высоченными атлетами. Я со своим средним для земной женщины ростом, действительно, пигалица!

Кроме махрового матриархата об устройстве их жизни мне тоже ничего не ведомо.

Здесь относительный комфорт, еда, одежда. Похоже, меня и вправду повысили в звании.

Или в призвании?

Да, пытаются навязать глубоко противную мне роль. По сути, я в неволе, но рискую потерять себя полностью, отказавшись играть по диктуемым правилам. Ведь мне наглядно продемонстрировали, что может быть хуже смерти.

Измождённый призрак в ветхом балахоне, казалось, отпечатался на подкорке.

Ходячий труп, заживо съедаемый червями, потерявший разум, волю и собственную душу.

И всё же я выкарабкаюсь!

Смогу!

Если обещанная мне волшебная сила хоть что-то значит в этом двинутом мире.

Опять! О, боже! Опять!!!

Тело выгнуло, и, не сдержавшись, я закричала.

Грохнула о стену резко распахнутая дверь. Болезненно чувствительной кожи коснулось живое тепло, и я забилась в жёстком захвате.

— Тш-ш-ш, не калечь себя, — увещевающий голос ожёг висок, — я помогу. Ну же, — быстро исчезала мешающая одежда, — расслабляйся.

Кожа к коже. Крепкие объятия, и спасительное тепло медленно побежало по венам, притупляя запредельную боль, смывая, растворяя её в себе.

— Вот так… да… молодец… — хрипловатый шёпот сквозь зубы и низкий, утробный стон.

Благословенная тьма навалилась на плечи, запеленала, погребла под собой, мягкими лапами утащила в беспамятство…