Чтение онлайн

Под любопытные взгляды одногруппников, сгробастала со стола букет и уверенной походкой пошла к урне. Перед тем как опрокинуть ароматный веник вниз бутонами в ведро, хмуро посмотрела на Рому. Пусть знает, насколько сильно меня обидел и что так легко прощенья не добиться.

При виде моих действий Костров нахмурился, а женская часть группы разочарованно протянула «ах». Мужчина повернулся к нам спиной и начал быстро что-то быстро строчить на доске, и тут у него зазвонил телефон. Рома посмотрел на экран и поморщился.

— Откройте методички на сто первой странице и решите любые десять упражнений.

После этого он удалился к себе в каморку.

Я открыла методичку и посмотрела на циферки и непонятные мне каракули. Как все это решать я не представляла, но по этому поводу не беспокоилась. Можно у мальчишек списать. Да и Ромка лебедя все равно не поставит. Только я собиралась подсесть к Ваньке, как рядом активизировалась Бобриха.

— Ну и кто же тебе подарил такие цветочки?

— Тот, кто никогда не подарит тебе, — заявила я, все еще злая на Ромку.

— Ты-то откуда знаешь?

— Девушки подобные тебе никогда ничего не добиваются. Я, кажется, говорила тебе об этом. Кстати, дорогая, с тебя работа по математике.

— С чего бы это? — испугалась Светка.

— А с того, что цветочки прислал Рома. У тебя совершенно нет шансов на победу, поэтому можешь начинать щелкать задачки.

— Ты все врешь! — громко заявила девушка. На нас даже одногруппники косо смотреть начали, понимая, что наш разговор ни во что хорошее не выльется.

— Не вру! — гордо заявила я, вовремя успев углядеть упавшую на пол открытку. — Ромин почерк узнаешь?

— Из тысячи! — с жаром воскликнула Светка.

Я подняла открытку и отдала ее Бобрихе. Пока та долго и с любопытством разглядывала одно единственное слово, я победно улыбалась. Девушка несколько раз поднимала на меня глаза, а потом опускала обратно. Не знаю сколько времени это продолжалось, но Светка сдалась и, бросив открытку на стол и взяв мою тетрадку, уныло поплелась на свое место.

— Охренеть можно! — заорала мне на ухо Лиска. — Она в него влюбилась!

— В кого? — не поняла я.

— В Ромашку! Боброва любит твоего Ромашку! А цветы, правда, от него? Он извинялся. За что?

Восторгов подруги я не разделяла. И чего она так радуется? Вот если бы Светка влюбилась в Большакова, я бы посмеялась от души.

— С чего ты взяла, что она Ромку любит? — задала интересующий меня вопрос Лисичкиной, проигнорировав ее.

— Разве ты не заметила, как она расстроилась? Я уверена, что это не из-за лишних задачек. Боброва любит нашего препода! Ха, подруга, у тебя появилась соперница.

— Она мне не соперница. Даже рядом не стоит, — немного стервозно заметила я.

Дальше пара проходила в тишине и покое. Светка решала мои примеры, Лариска дулась из-за моего нежелания рассказывать о вчерашнем дне, а Ромка так и не вышел из своей каморки. Меня уже разбирало любопытство, что он там делает? Кто ему звонил? Женское чутье подсказывало, что это та же особа, что и сегодня утром. Опять нервы моему Ромашке треплет. Настырная дамочка, однако.

На исходе первой пары наш преподаватель решил-таки предстать перед нашими взорами. Видок его оставлял желать лучшего: волосы всклокочены, а глаза лихорадочно блестят. Если бы я не была уверена, что в каморке Рома был один, то предположила, что он занимался непотребством с какой-нибудь девицей. Хотя после таких занятий со мной он так не выглядит. Вчера он был довольным до ужаса.

— Кто все написал, может сдать работу и быть свободен, — распорядился мужчина за десять минут до звонка с пары.

— Так рано еще на перерыв! — заголосила Светка, чем вызвала недовольство со стороны одногруппником.

— Если написали работу, то сдавайте и идите отдыхать.

Повторять еще раз не стоило, и все кто написал и даже те, кто не написал, бросились сдавать работы и отправились на заслуженный отдых. К преподавательскому столу, тревожившему память, я подошла одна из последних. Листочек с готовыми решениями я получила минут десять назад и удачно переписала, предупредив Бобриху:

— Твое счастье, если все правильно. Ты же знаешь, что со мной лучше не связываться.

— Не волнуйся, все правильно. Хотя я сомневаюсь, что это теперь важно, ведь ты можешь сдать пустой лист и получить отлично.

— Нет, так не интересно! Я выиграла спор и теперь мечтаю насладиться выигрышем сполна.

А ведь Светка права и мне не обязательно что-то писать, Ромка все равно двойку не поставит. Даже за чистый лист. С такими мыслями я подошла к столу и положила лист к его собратьям. Когда я собралась присоединиться к всеобщему отдыху, Ромашка схватил меня за запястье.

— Прасковья, останьтесь на минуточку, — громко сказал мужчина официальным тоном, в котором не было даже намека на нежность. У моих одногруппников не должно возникнуть лишних вопросов. К тому же наши сцепленные руки скрывала сумка.

Один за другим ребята быстро покидали аудиторию, оставляя нас наедине. То и этого Ромке оказалось мало.

— Паша, прекрати вырываться! Нам серьезно надо поговорить.

Костров затащил меня в каморку и, закрыв дверь, спрятал ключ в карман светло-серых брюк. Отпустив мою руку, которую я сразу потерла, Рома нервным жестом поправил расстегнутый воротник белоснежной рубашки.

— Прости. — Рома кивнул на покрасневшее запястье. — Я всегда забываю, что с тобой надо быть нежнее.

— Ты много еще чего забываешь, — ворчливо отозвалась я.

— Прости меня, — тихо прошептал Роман. От его шепота у меня мурашки по коже пробежали.

— За что именно? За то, что указал, где мое место? Или за то, что решил купить меня букетиком?

Рома покачал головой. Уж не знаю, о чем он там думал, но весь его вид говорил, что у него очень масштабный проект.

— Я не хотел обижать тебя, правда. Просто ты очень не вовремя начала приставать с расспросами.

— А когда будет «то» время? Когда мне можно подходить к тебе с вопросами?

— Прости, что сорвался на тебе. Я не хотел тебя обидеть и терять я тебя не хочу. Мне хорошо с тобой, Паш. Очень хорошо.

Эти слова прошли теплом по моему телу. Я даже не сразу заметила, как Ромка притянул меня к себе за талию и приблизил свои губы к моим. Только когда я почувствовала тепло на губах, оттолкнула мужчину.