Я тебя расколдую
Шрифт:
– Что у тебя случилось?
По непонятной причине еще не всегда поддающийся ему клюв произнес эти слова без малейшего напряга. Даже голос казался вполне узнаваемым. Вот только ведьмочка его участия не приняла. Вместо этого зло вытерла руками соленые капли, словно их и не было, и ответила:
– У меня случился ты. Ты что здесь забыл?
Вот негодная девчонка! Видно же, что растеряна, напугана, а все туда же – хорохорится, грубит. Неугомонная! Понимает ведь, что он и так в ярости, а злит его еще больше. Тем более, у него есть причина для негодования. Да что там причина? Уже целый список!
– Вот это я как раз и хотел у тебя спросить, – Рейстлин попытался окинуть ее сердитым взглядом, но, честно говоря, плохо представлял, как это вообще выглядит со стороны. Да и в зеркало смотреться тоже не было ни малейшего желания. Пока еще он старается сдерживаться, но если увидит этот позор своими глазами, прибьет же эту взбалмошную ведьму. Точнее заклюет.
– Я-то причем? – возмутилась малышка. – Я телепортацией живых существ не владею.
Тьма, дай ему спокойствия. Ладно, реветь прекратила. Он в душе не представлял, как ее утешать. Тем более в таком, попугайном виде. Откровенно говоря, грозный чернокнижник Рейстлин Кинстер всегда терялся при виде женских слез. Такая вот маленькая мужская слабость, о которой всяким ведьмам точно знать не стоило.
– Зато заклятье твое. Что ты там намешала?
В ответ лишь новый непонимающий взгляд зеленых глаз. Ну да, конечно. Она сама же не представляет. И что теперь делать? Как он вообще тут оказался?
– Ясно, пойдем другим путем, – со вздохом проговорил Рейстлн. – Не время ссориться, надо разобраться. Давай рассуждать логически. Что произошло перед тем, как я здесь оказался? Ты думала обо мне?
А сам подумал о том, что подпрыгивающий на подушке и рассуждающий о логике попугай – это, наверное, крайне смешно выглядит со стороны. Вот только весело ему не было. Возможно, потому что дело касалось его самого.
– Да больно ты нужен о тебе думать! – буркнула Кассандра, прислоняясь к спинке постели и подтягивая колени к груди. При этом она стала похожа скорее на испуганного воробья, чем на ведьму. Так, не надо о птичьем, нужно сохранять здравый рассудок.
– Было бы странно, если бы ты не обдумывала сложившуюся ситуацию, – мягко (насколько он вообще был способен) возразил ей Рейстлин. Ведьмочка отчего-то покраснела, словно что-то вспомнив, и маг машинально отметил, что ей идет румянец. Она вообще была до жути хорошенькой, когда не строила из себя ледяную принцессу. Так, стоп, о чем он вообще думает? Мало того, что эта бывшая девушка его брата, которая наградила того рогами, так теперь и он сам благодаря ей с клювом ходит! Ведьма, чтоб ее! У Ника от ржача истерика будет.
Касси помолчала, а потом соизволила из себя выдавить:
– Думала. Но я вовсе не хотела, чтобы ты тут оказался. Думаю, наораться друг на друга мы уже успели.
– Так. Если ты говоришь правду, значит, может быть еще один вариант, – продолжал декламировать Рейстлин, сам изумляясь собственной занудности. Но при этом он понимал, что такая манера поведения – единственный способ самому не сорваться и не довести Кассандру до слез. Не так-то просто ощущать себя попугаем. Еще сложнее быть попугаем, которому придется утешать плачущую девчонку. Тьма, к такому жизнь его не готовила.
– Какой? – с ведьмочки слетел весь налет вредности, и Рейстлин невольно подумал, что девчонка действительно напугана. Впрочем, ее можно понять. Но, как говорится, если есть вход, значит, есть и выход. Он еще станет человеком. А пока им нужно действовать сообща.
– Давай мы проведем с тобой эксперимент, – вместо ответа предложил маг. – Попроси запрячь карету и отвезти меня домой. Ты остаешься здесь.
– Зачем? Ты можешь объяснить? – подалась вперед девчонка и даже протянула руки вперед, чтобы схватить его, но остановилась, видимо, вспомнив, что он далеко не птица.
– Если все подтвердится, объясню. Если нет, не вижу смысла волновать тебя раньше времени, – сухо ответил Рейстлин и скомандовал. – Действуй.
Кассандра поджала пухлые губки и недовольно на него посмотрела, а спустя минуту слезла с постели и вызвала слугу.
Карету вызвали быстро. Никто даже не удивился просьбе молодой хозяйки отвезти попугая в дом Кинстеров, и вскоре Рейстлин покидал уже порядком надоевший дом. Он поглядывал в окно и прикидывал расстояние. Когда оно дошло примерно до той же точки, что и при первой поездке, полыхнула очередная вспышка, и маг вновь оказался напротив сидящей на постели Кассандры.
– Что?! – вскочила при его появлении она. – Но я вовсе о тебе не думала/
– Видимо, оно и не нужно, – едко отметил Рейстлин, пытаясь осмыслить произошедшее. Тьма! Ладно, образ попугая. С этим еще как-то можно заниматься делами. Но вот это уже совсем некстати! Как ему с таким грузом искать шпиона в собственном подразделении? – Поздравляю, Касси. Ты магически привязала меня к себе.
Глава 16
В этот раз его слова не вызвали ни возмущения, ни отторжения, ни иронии. Нет, я просто сидела на кровати и пыталась осмыслить услышанное. Что значит: «Ты магически привязала меня к себе»? То есть чисто логически, умом, я это понимала. Но осмыслить и принять? Нет, на это я была не способна.
– В каком смысле? – переспросила я и облизала пересохшие губы. Я ведь неправильно все поняла, правда? Ну не может ведь оно такое быть?
– Я могу находиться от тебя не дальше определенного расстояния, – сухо пояснил чернокнижник. – В противном случае меня телепортирует на максимально близкое расстояние.
Значит, может. Я устало сжала собственные виски, пытаясь осмыслить, что же натворила моя магия. И как теперь из всего этого выкручиваться? И дело даже не в том, что мы органически не способны с Рейстлином находиться в одном помещении и не ругаться. Но у меня учеба. А у него служба на довольно высокой должности, обязанности, репутация, в конце концов. А он мало того, что попугай, так еще и привязан ко мне. Взрослый, самостоятельный мужчина, который привык контролировать всея и всех. Это будет ужасно.
– Что притихла, ведьмочка? Осознаешь последствия? – все тем же тоном поинтересовался Рейстлин.
Не осознаю, уже осознала. Не нужно быть гением, чтобы понять, что на фоне всего этого рога – полнейшая ерунда, которая не доставляла особого неудобства ни Ларсу, ни мне. А тут…
– Прости, – тихо выдавила из себя, боясь поднять глаза на мужчину. Ой, то есть на попугая. Меньше всего мне хотелось бы видеть его осуждение, его ярость. В данном случае вполне справедливые. Ведьмы не извиняются? Да, есть такое. Но ведьмы и не наказывают невиновных. А что сделал чернокнижник? Прочитал мне нотацию? Так это и дедушка мой регулярно делает. Вот только деда я в попугая не превращаю.
И Рейстлин имеет теперь полное право высказывать мне недовольство. Долго ли я смогу это слушать? Не знаю. Терпение не бесконечное. Но сейчас он имеет на это право, определенно. Так что прикуси язык, Касси.
Вот только маг меня изрядно удивил. Он не стал пускаться в очередную долгую и нудную нотацию. Просто тяжко вздохнул, так, что у меня опять к глазам подступили слезы, и ответил:
– Разберемся.
Таким уверенным тоном, что ему хотелось поверить. Вот только предыдущий опыт с рогами доказывал, что разобраться будет сложно. Едва ли незначительные наросты окажутся сложнее трансформации живого существа с локальным якорем на другое живое существо.