Чтение онлайн

Тогда откуда он меня знает? Может, Зойке показалось?

Людмила Борисовна возвращается, держа в руках увесистую папку. Небрежно бросает ее на стол и вкрадчиво произносит:

— Вы - директор организации, Софья. «Проект-стар» о чем-то вам говорит?

— Н-ет..Муж оформил на меня фирмуи.. И что с ней?

— Фирма заключила контракты с несколькими крупными заказчиками. Один из них принадлежит государству. То есть речь идет о госзаказе.

– И.
– дрожащим шепотом спрашиваю я. Не стесняюсь вытащить из сумки платок и теребить его.

— Деньги поступили на счет «Проект-стар». Ваш супруг Максим Андреевич Литовский?

Вы подписали доверенность на его имя... И этого не помните?

— Помню. Он вызвал нотариуса домой, сказал, что мое согласие нужно для банка.

Людмила Борисовна, я дура, понимаете? Не нужно удивляться и осуждать меня. Я замужем тринадцать лет и... Я ему верила. А он тринадцатого июля, в пятнадцать тридцать улетает с любовницей в Дубай. Что мне делать?

Всхлип получается неожиданно громким. Даже Борисовна вздрагивает и тягостно вздыхает...

— Отзовите доверенность, Соня. Он наворотил дел и.
– листает она бумаги. — Со счетов фирмы регулярно утекают небольшие суммы, выплаченные заказчиком. Без доверенности он не сможет решать за вас.. И подставлять вас. Остановите его.

— Я не помню имя нотариуса. Только фамилию.

— Антон Олегович Калашников, вот копия, — протягивает ее мне ледяная дама.

— И как я буду отвечать за пропавшие деньги?

— Через суд можно доказать, что вы ничего не знали о существовании фирмы. Можно попробовать... Но.. не будем думать о плохом. Возможно, что деньги используются по назначению.

— Если он воспользовался вашими услугами, значит. Не все там чисто, так?

— Моими услугами воспользовалась некая Алина Кочанова — менеджер и доверенное лицо

Максима Литовского. Мою работу оплачивала она.

— Вот как? Менеджер и доверенное лицо,повторяю, как во сне.

— Поезжайте к нотариусу, а потом подавайте на развод, пока не поздно.

8.

Герман.

«Милый, посмотри, какие трусики я купила? Скорее приезжай, увидишь все сам».

И Рита на фотке... В розовых трусах с рюшами в крупный белый горох. Надо завязывать с этим.. И

поскорее...

Угораздило же меня вляпаться... Ну, выпили, отмечая удачное завершение сделки, но утром я обнаружил ее в своей постели... Ничего не помню. Как это, вообще, могло со мной случиться?

«Пупсик мой любимый, я так хочу к тебе-е-е... Когда мы поедем в Красавино выбирать участок под новый объект?»

И это ей известно? Интересно, откуда? Я не планировал никуда с ней ехать. И встречаться тоже. Но не по телефону же это говорить?

Подумаешь, переспали разок.. Имею я право после развода на личную жизнь или нет?

Стираю со лба пот, гадая, как бы потактичнее послать Риту. Видит бог, я меньше времени над торжественной речью размышляю...

А тут...

«Извини, между нами все кончено. Это было роковой ошибкой».

Бляха-муха, что именно? То, как я «утолял жажду», используя тело девушки после долгого воздержания? Или наше последующее общение, когда я..

Стыдно вспоминать даже. У меня было достаточно времени, чтобы все обдумать и...

Отказаться. Но я не сделал этого, а теперь.

Поднимаю взгляд от экрана, завидев, как между рядами тихонько пробирается женщина.

Потерянная какая-то, расстроенная, на ней лица нет.. А вот глаза остались прежними —зеленые, с рыжими вкраплениями, в опушке густых, потрясающе длинных ресниц.

Ягодка. Точно она. Не ошибся я. Только почему фамилия девичья? Я успел вычитать в личном деле, что она замужем. И дочка имеется...

Воспоминания уносят меня в прошлое.

«Как зовут тебя? Говори со мной и медленно глотай. Это поможет облегчить симптомы контузии.

Давай же.»

В те времена мы с отцом поехали в гости к его старинному другу, живущему в горном ауле с ледяной рекой и скалистыми холмами, густо заросшими хвойными деревьями.

Ели шашлык, пили вино - мне тогда девятнадцать исполнилось. А потом случилось землятресение.. Отец погиб, бабушка Ягодки. Много людей.

И пожалуй, родился новый я — смелый, решительный, способный на поступки.

Собственноручно я вытащил из завалов десятки людей — стариков, женщин, детей. И Ягодку..

Милую, до смерти перепуганную девчонку, чьи глаза запомнил навсегда. Она приняла меня за спасателя и не желала отпускать.

Плакала, обнимала за плечи и умоляла отвезти к маме...

— Герман Викторович, вы замолчали, — дергает меня за рукав помощница.

— И я надеюсь, что наше сотрудничество будет плодотворным. Коллеги, если у вас есть какие-то вопросы, я с радостью на них отвечу.

У нее что-то случилось. Не понимаю, почему так думаю? Женщины бывают грустными и уставшими, но взгляд Софьи таит скрытую боль. Такую сильную, что я ее на расстоянии чувствую.

Девчонки с ресепшена поочередно поднимают руки. Хихикают, переглядываются и задают вопросы о стратегии развития сети отелей. А меня посещает смелая до неприличия мысль.

Почему бы не отправить в Красавино Ягодку? Мне там нужно быть позарез, а ей вроде как по работе...

— Друзья, я составил список сотрудников, которые отправятся в чудесное место на побережье

Черного моря — поселок Красавино. Менеджер познакомит вас со списком.

Устремляюсь по широкому, мраморному коридору в кабинет. Плюхаюсь в кресло и жму на кнопку переговорного устройства. Надо что-то решать с Ритой... Не хочу я ее обманывать...

И себя...

В двери стучат. Через секунду в проеме появляется очаровательная головка Софьи...

— Можно, Герман Викторович?

— Да, конечно, входите, — улыбаюсь я.

Неа... Ни черта она меня помнит. Сонька тогда совсем девчонкой была. Испуганная, с длиннющей, русой косой и зелеными глазами, которые я еще долго вспоминал.

— Я увидела свою фамилию в списке сотрудников. Герман Андреевич, я никак не могу тринадцатого июля ехать в Красавино. У меня...

— Вы здесь работаете, так? Руководство предупреждало, что командировки не исключены? —