Язык Корана
Шрифт:
Прошли века, и функция Корана стала привлекать внимание современных авторов с точки зрения того, в каком долгу находится перед ним прежде всего арабский язык (Бинт аш-Шати, 2004. С. 194; Мандур, 1360. С. 136; Субхи Салих, 1960. С. 293; Абд ат-Тавваб, 1367. С. 125). У Насра Хамида Абу Зейда [15] , если отбросить те выводы, к которым он пришел впоследствии, есть одно высказывание, над которым стоит задуматься. «Цивилизация Древнего Египта была цивилизацией загробной жизни, греческая цивилизация была цивилизацией разума, а арабо-мусульманская цивилизация – это цивилизация текста» (Абу Зейд, 2005. С. 46, 364). Эти слова принадлежат человеку, который не особо верил в самобытность «коранического языка» (там же, С. 46–51), однако в данном случае его цитата служит подтверждением свидетельства других людей о «превосходстве коранического языка» [16] (Хенди, 1989: хабар 2353) и его несомненном влиянии на человеческую культуру и цивилизацию.
15
Наср Хамид Абу Зейд (1943–2010) – современный египетский мыслитель, знаток Корана, один из наиболее знаменитых либеральных богословов арабского мира, автор проекта гуманистической коранической герменевтики. – Примеч. пер.
16
Превосходство Корана – это выражение, которое упоминается в самом Коране:
«…в подтверждение прежних Писаний, и для того, чтобы оно возвысилось над ними» (сура «аль-Ма’ида», аят 48).
«Превосходство Корана» (Фадль аль-Кур’ан) – это название одной из глав «Усуль аль-Кафи» Шейха аль-Кулайни, который приводит в ней многочисленные хадисы. В другом месте Достопочтенный Пророк (с) уподобляет превосходство Корана над другими словами превосходству самого Аллаха над своим творением:
«Превосходство Корана над другими словами подобно превосходству Аллаха над Его творениями, ибо Коран – от Аллаха».
Коран превратил литературный язык одного маленького народа, представители которого разговаривали между собой на различных диалектах, в единый, а затем и глобальный язык. Услуга, оказанная Кораном арабскому языку, не исчерпывается лишь объединением различных диалектов этого народа и превращением их языка в нормальный разговорный язык – коранический язык в первую очередь превратил их язык в язык науки, избавив его от расплывчатости и неупорядоченности и сделав доступным для изучения научным способом (Аль-Бакури, 1382. С. 1–16,26–33, 53–59; Аль-Джабири, 1991. С. 81). В продолжение темы революционной роли коранического языка следует отметить неоценимую услугу, оказанную арабскому языку членами Дома Пророка (с) (Аль-Хусайни, 1384. С. 37; Хакими, 1373. С. 142), который и сам, в свою очередь, был бесценным плодом от древа Корана и его ясного языка [17] .
17
«Мы посылали до тебя посланниками только мужей, которым внушали откровение. Если вы не знаете, то спросите обладателей Напоминания. Мы отправляли посланников с ясными знамениями и Писаниями. А тебе Мы ниспослали Напоминание для того, чтобы ты разъяснил людям то, что им ниспослано, и для того, чтобы они призадумались» (сура «ан-Нахль», аяты 43–44).
Этот аят обращен к Достопочтенному Пророку (с) и посвящен его положению в вопросе разъяснения смыслов Книги Аллаха. Это обращение также адресовано наместникам Пророка, то есть его Ахль аль-Бейт (мир им!).
Язык служит человеку основой для коммуникации, взаимопонимания, обмена мыслями и чувствами с себе подобными. Большинство неприятностей и конфликтов – от ссор между людьми до столкновений между целыми народами и обществами – обусловлено некорректными выражениями и различиями в их понимании. Если люди правильно поймут все языковые референты, большая часть разногласий исчезнет. Обратив внимание на соответствие языка природе человека, Ноам Хомский [18] выдвинул теорию универсальной грамматики [19] . Он говорит, что такие свойства, как наличие двух рук, двух ног, одного сердца, присущи всему человеческому роду. По мнению Хомского, эта универсальная грамматика может объединить все человечество (Ньюмайер, 1378. С. 72–73); Хошманеш, 13886. с. 190–195; Хошманеш, 1388а, с. 375–378) или по крайней мере приблизить его к великому идеалу или мечте о единодушии и мире, в котором будет меньше конфликтов. Идея о едином мире, в котором нет войн и конкуренции, захватов и грабежей, представляет собой давнее желание человечества, и язык представляет собой важное средство достижения или приближения этой цели. Многие войны происходят между людьми, которые не имели в прошлом опыта единодушия через единство языка, а во многих случаях единодушие устанавливается между людьми, которые весьма далеки друг от друга по цвету кожи или географическому расположению и знают друг о друге только из рассказов или благодаря каким-либо трудам (Ньюмайер, 1378. С. 80). Роль, которую играет в объединении и сближении представителей исламской уммы коранический язык, не нуждается в разъяснении.
18
Ноам Хомский (род. 1928) – американский лингвист, политический публицист и философ. – Примем, пер.
19
Универсальная грамматика – термин, которым в ряде лингвистических теорий обозначается предполагаемый набор правил или принципов, присущих каждому человеческому языку. – Примем, пер.
Слово «инсан» (ар. «человек») является производным от глагола «аниса» (привыкать, ознакомляться, дружить – примем. пер.) (аль-Фарахиди, 1410. Т. 7. С. 308; Ибн Манзур, 1414. Т. 6. С. 11), который идентичен поминовению (зикр), а его антонимами являются слова «неприязнь» (вахша) и «забвение» (нисйан). Забывчивость не является для человека нормой, а лишь исключением. От человека ожидается, что он будет помнящим, а если он что-либо забывает, это вызывает удивление и порицается:
«Прежде Мы заключили завет с Адамом, но он забыл, и Мы не нашли у него твердой воли» (сура «Та Ха», аят 115).
Эти слова как раз следуют после слов о ниспослании Корана, который призван всегда служить напоминанием (зикр) и приумножать знания человека:
«Таким образом Мы ниспослали его в виде Корана на арабском языке и подробно разъяснили в нем Свои угрозы, чтобы они устрашились или чтобы это стало для них назиданием. Превыше всего Аллах, Истинный Царь! Не торопись читать Коран, пока ниспослание откровения тебе не будет завершено, и говори: «Господи! Приумножь мои знания» (сура «Та Ха», аяты 115–114).
Эти аяты суры «Та Ха» следуют после аятов сур «Марьям» и «аль-Кахф», в которых забывчивости и пребывании в вечном забвении (насйан мансийан) противопоставляется поминание (зикр) и всегда говорится о напоминании, что образует достаточно связную и последовательную смысловую ткань:
«Если же ты забыл, то помяни своего Господа и скажи: «Быть может, Господь мой поведет меня более правильным путем»» (сура «аль-Кахф», аят 24).
«Он сказал: «Помнишь, как мы укрылись под скалой? Я забыл о рыбе, и только дьявол заставил меня не вспомнить о ней. Она же отправилась в путь по морю чудесным образом» (сура «аль-Кахф», аят 63).
«Он сказал: «Не наказывай меня за то, что я позабыл, и не возлагай на меня тяжелое бремя» (сура «аль-Кахф», аят 73).
«Они спрашивают тебя о Зуль Карнейне. Скажи: «Я прочту вам поучительный рассказ о нем» (сура «аль-Кахф», аят 83).
«Это является напоминанием о милости твоего Господа, оказанной Его рабу Закарии (Захарии)» (сура «Марьям», аят 2).
«Помяни в Писании Марьям (Марию). Вот она ушла от своей семьи на восток» (сура «Марьям», аят 16).
«Родовые схватки привели ее к стволу пальмы, и она сказала: «Лучше бы я умерла до этого и была навсегда забытой!» (сура «Марьям», аят 23).
«Помяни в Писании Ибрахима (Авраама)» (сура «Марьям», аят 41).
«Помяни в Писании Мусу (Моисея)» (сура «Марьям», аят 51).
«Помяни в Писании Исмаила» (сура «Марьям», аят 54).
«Помяни в Писании Идриса» (сура «Марьям», аят 56).
«Разве человек не помнит…?!» (сура «Марьям», аят 67).
Человек постоянно имеет дело с понятием «поминовение» или «напоминание». Поминовение (зикр) начинается со своих возвышенных ступеней и простирается до самых простых и обыденных уровней. Это поминовение может быть знанием или напоминанием, которое приходит из высшего мира и дарует человеку чувство самости, самосознание и ответственность за свою принадлежность к людям, будучи связанным с такими понятиями, как «завет», «связь» или «договор», о которых еще будет сказано.
Если смотреть на эту проблему с высокой метафизической перспективы, язык представляет собой важный показатель. Чтобы найти выражение в виде небесного писания, таинственное послание божественного откровения (вахй) проявляется или эксплицируется в языковой форме, а коранический «ясный язык» представляет собой наиболее яркий пример этой экспликации. В то же самое время Коран представляет собой Писание (китаб) и язык (писан), а также совершенное и бесподобное напоминание (зикр), а нам хорошо известно, какое место занимают зикр и язык в исламских обрядах.