Чтение онлайн

Внутри завода он чувствовал себя богом и царем, и нередколюбил приглашать Синего «потолковать о делах». С тем же успехом можно было толковать с гадюкой. Правда, плести языком так, как это умел делать Калагано, он не умел, хотя и старался подражать своим высокопоставленным боссам. Иногда встречи выливались лишь в похвальбу себе, но именно он оглашал сроки, контракты и менял алгоритм перемещения станции.

После вылета и прыжка на несколько суток наступало затишье. Космолетчики отсыпались, перепроверяли системы, потихоньку ремонтировались.

В пункте прибытия все происходило иначе.

Во-первых, стыковаться приходилось не к одинокой судоверфи, а к одной из модернизированных военных баз Сиама.

Во-вторых, Сиам принадлежал к расе шеррисов, вёл бесконечные бои с гуманоидами за права негуманоидных рас и собрал под свои знамёна всех, кого объединяла ненависть к людям. Чектуранцы, вынужденные швартоваться в самом центре этого осиного гнезда, каждый раз чувствовали себя как мыши, заявившиеся на пир к кошкам. Ирония заключалась в том, что с точки зрения людей, шеррисы и напоминали собой огромных разумных кошек. Противопоставить военному флоту Сиама «Чектуран» мог лишь пару щитов, пару пушек, некоторую резвость и – пять шансов из ста – прыжок в наскоро сгенерированную червоточину. И это – при условии всех закрытых шлюзов и полностью задраенных палуб. Так что вздумай ксеносы избавиться от ненавистных людишек – от судна бы даже пыли не осталось.

Поэтому здесь разгрузка шла экстренно и в два этапа. Сначала открывали и одновременно разгружали все отсеки с вооружением. Затем внутри судна выстраивался коридор, и «Чектуран» впускал на борт два десятка паукообразных ксеносов-пилотов, одновременно генерируя червоточину для прыжка. Как только пилоты занимали места на военных кораблях и стартовали в открытый космос, ролкер на предельных скоростях задраивал шлюзы и валил из опасной зоны до того, как «кошечкам» захочется попробовать десятипалубный шарик на зуб. Пока что ксеносы агрессии в отношении судна не проявляли, но искушать судьбу все равно не хотелось. Договоренность у Сиама была с эделгийскими босами, а не с дальнобойщиками. Одним ролкером больше, одним меньше – никто и не заметит. Лишь бы доставка осуществлялась бесперебойно.

После этого «Чектуран» возвращался к верфи за новой партией товара – и все повторялось снова. Так что Флетчер был прав – скучать им не приходилось.

***

Внутри жилой зоны для Джекканти все оставалось неизменным. Новости о погрузках-разгрузках он узнавал через сообщения искина, отдельные реплики и разговоры космолетчиков. Внутри экипажа давно уже сложился своеобразный «эзопов язык» в котором фигурировали «домики», «начинка», «косорылые», «жопа мира» и прочие малопонятные подробности.

Джекканти по-прежнему выполнял обязанности стюарда, помогал на камбузе, работал в прачечной. К нему быстро привыкли и охотно пользовались подручным. Там, где хитрый Вандай обычно включал «твоя-моя не понимай», Джекканти с удовольствием выполнял разные мелкие поручения – по первой просьбе относил грязное белье в ящик, доставлял в каюты воду, чипсы и чистые полотенца.

Чектуранцы нередко по шесть-восемь человек садились в кают-компании за виртуальный карточный стол и играли на деньги. Джекканти в силу возраста и абсолютного безденежья участия в играх не принимал, но охотно включался в качестве зрителя и комментатора.

В другое время смотрел с космолетчиками фильмы, играл в шахматы с Мэнни, возился с Джокондой, слушал невероятные приключения Маккера. С Росси и Коза-Нострой играл в «прятки», гонял «Искатель» или брал импровизированные уроки самообороны. С кем-то он виделся чаще, с кем-то едва перебрасывался парой слов за несколько суток – космолетчики бодрствовали тогда, когда он спал.

И как-то незаметно для всех стал неизменной и удобной частью чектурановского быта.

Однажды Оксана разбудила Джекканти в неурочное время – пришел вызов от боцмана. Джекканти удивился, но поспешил Чезману на помощь.

Джекканти нашел боцмана в одной из «каптерок». Он сидел на одном из ящиков в довольно странной позе – широко раздвинув ноги и чуть наклонившись вперед. Руки бессильно лежали на коленях.

– Линзу обронил, – пояснил он мальчишке причину вызова, – а найти не могу, не вижу без нее ни хрена…

– Понял, – мальчишка с готовностью упал на четыре точки и, подсвечивая себе фонариком с наручного комма, шустро зашарил по полу руками в поисках потери.

Боцман все это время сидел совершенно неподвижно, только на лице изредка проступала гримаса, как от сильной зубной боли.

– Вот, нашел! – Джекканти поднялся и с победоносным видом протянул боцману тонкий прозрачный лепесток. Чезман, по-прежнему не меняя позы, вынул из нагрудного кармана футляр и прыгающими пальцами, не с первого раза, отщелкнул маленькую крышку.

– Чезман, тебе плохо? – мальчишка только сейчас обратил внимание на странную неподвижную позу боцмана. – Давай я помогу…

Мальчишка ловко упрятал лепесток в нужную ячейку, закрыл футляр и вернул боцману.

– Спина, – Чезман невесело усмехнулся. – В моем возрасте это закономерно.

– Я сейчас позову Эстелло…

Джекканти тронул экран передатчика, но боцман решительно накрыл его руку своей.

– Нет.

– Почему? Он же врач!

Чезман помотал головой:

– Он обязан фиксировать все обращения команды в журнале, а мне не стоит слишком часто бегать к нему за помощью. Если станет понятно, что Чезман сдал…

– Ну и что? Гриман – вообще инвалид и никого это не волнует!

– Дитя! – Чезман рассмеялся, глядя на Джека ласково. – Ежи Гриман – штурман-навигатор, он закончил военную академию, а я… просто старый кусок мяса.

Он невесело поцокал языком, сжал ладонь Джека и невесело усмехнулся:

– В нашем деле важно вовремя сесть на грунт. А я вот не успел. Этот борт, – боцман обвел глазами каптерку, – все, что у меня есть. Если потеряю его… Уходить мне некуда. Чача и так не хотел меня брать. Если бы не маленький должок капитана, то – пиши пропало…

– Амега взял тебя потому, что ты когда-то спас ему жизнь? – тихо спросил мальчишка.

– Так многие думают, да, – боцман покачал головой. – Но, если честно, Амега все сделал сам. Он все и всегда делал сам. А я… Я всего лишь немного качнул чашу весов в его сторону. Иногда этого бывает достаточно.

Он грустно улыбнулся Джеку и похлопал его по руке.

– Твой отец хороший капитан, но даже он не станет держать на борту бесполезную развалину.

– Ты никакая не развалина, и Амега тебя очень уважает! Если бы не ты, то…

– Что? Думаешь, некому было бы расставить здесь пару ящиков? Или веришь, что какой-то кактус в кадке способен заменить систему вентиляции?

Джекканти промолчал, потому что до этой минуты действительно верил в феноменальную способность фацелии вырабатывать кислород.