Чтение онлайн

_______________

* Надо учесть, что партизаны все время меняли места своих

лагерей и баз. (Прим. автора.)

– Товарищ командир, - обратился ко мне командир группы разведчиков Иванова, - скажите, у вас есть такой - Лонго?

– Откуда вы знаете его?

– Теперь знаем! Это целая история. Его надо немедленно изолировать.

– Почему?

– Едем по лесу на связь с вами, - начал рассказывать командир, - и видим: недалеко от деревни Рубеж, почти у самой дороги, горит костер. Мы остановились. У костра сидят двое молодых парней в гражданском. Так как мы были в немецкой форме, я не опасаясь подошел к ним. И вдруг один из парней говорит: "Мы ждем вас с утра. Лонго должен вот-вот явиться". Я сразу сообразил, в чем дело, и спрашиваю: "Почему его так долго нет?" - "Не знаю, господин офицер... Ждем его здесь. Он должен показать вам, где находится штаб отряда, и снова вернуться сюда".
– "Хорошо! Ждите!" Я оставил двух разведчиков (они были тоже в немецкой форме) охранять парней, а с остальными - к вам.

Я бросился к землянке боеприпасов, разведчики за мной. Лонго уже садился на лошадь.

Почуяв недоброе, он оглянулся и, увидев бежавших к нему сбоку двух наших бойцов, стегнул коня. Но партизаны успели подскочить и схватить коня под уздцы. Лонго с перекошенной физиономией наклонился и несколько раз выстрелил в одного из задержавших коня. Тот упал. В это время второй партизан выбил у Лонго пистолет и наставил на него свой. Лонго поднял руки.

Его увели в землянку. Злобно косясь на всех, осунувшийся, потемневший, шел он среди только что веривших ему людей.

Он жил среди них, ел их хлеб и готовил им гибель!

Как выяснилось, Лонго был связан с немецкой разведкой еще с первой мировой войны. Настоящий, матерый шпион.

Вскоре я выехал к Припяти на Мерлинские хутора для встречи с Красик. Люба подтвердила мне точную дату наступления гитлеровцев на партизанскую зону. Кроме того, Люба сказала, что работать ей стало труднее. Не получая от нее нужных сведений о партизанах, гитлеровцы стали относиться к ней с подозрением, а для засылки к нам готовят новых агентов.

В назначенный срок гитлеровцы начали наступление. Два батальона эсэсовцев, вооруженные автоматами и минометами, переправились через Припять и заняли деревню Починок.

Когда стало об этом известно, был выстроен весь личный состав бригады. Калинин отдал боевой приказ: выбить фашистов из Починка. На помощь Калинину пришел Туровский партизанский отряд, которым командовал В. И. Просолов.

К деревне партизаны подошли ночью. С осторожностью, перебежками приблизились к огородам, затаились. Взвилась красная ракета - сигнал атаки. Начался бой. Калинин и комиссар Дубов находились на опушке леса, следили за боем, отдавали необходимые распоряжения.

Партизаны с громким "ура" бросились в атаку. С запада в деревню ворвались конники. Эсэсовцы не ожидали такого мощного удара и в панике поспешно отступили к реке.

По-видимому, гитлеровцы, разрабатывая операцию "Винтер", все же недоучли силы и масштаб партизанского движения в Полесье. Бой в Починках отрезвил гитлеровское командование, оно поняло, что борьба с партизанами потребует от них значительно больших усилий и времени, чем они предполагали.

Операция "Винтер" провалилась.

После этой победы мы, разведчики, чувствовали себя счастливыми. Мы внесли немалый вклад в эту победу.

...Вскоре пошли в наступление войска 1-го Белорусского фронта.

Я получил срочное задание из Центра: разведгруппе продвигаться к Бресту...

Перед отъездом я сидел с Любой Красик в хате и договаривался, как ей действовать дальше. Люба была чем-то взволнована и не так собранна, как всегда.

Вдруг она спросила меня:

– Скажите, пожалуйста, как зовут командира бригады Калинина?

– Сергей, - удивленно ответил я.

– Сергей Петрович?

– Да, Сергей Петрович...

Люба вскрикнула и, побледнев, стала медленно сползать со скамьи.

Я подхватил ее, усадил, дал воды. Ее бледное лицо исказилось, из глаз потекли слезы.

– Извините меня, - с трудом проговорила Люба, - Сергей - мой муж. Я Мария Воронок...

Новое задание

Через неделю мы уже были в расположении партизанской бригады "Советская Белоруссия", которой командовал Павел Петрович Томилов. До войны он был кадровым командиром, попал в первые дни в окружение, организовал в лесах южнее города Пинска партизанский отряд.

Вскоре отряд вырос в бригаду.

Бригада была боевая, маневренная. Когда гитлеровцы пытались уничтожить партизан, Томилов по запутанным тропинкам и лесным дорогам за одну ночь проезжал с бригадой по двадцати населенным пунктам, затем снова возвращался в свой лагерь. Это была своеобразная тактика. На гитлеровцев она действовала всегда одинаково - наводила панический ужас. Если за одну ночь партизан видели жители сразу двадцати сел, сколько же их было - целая армия?

Летом 1943 года разведчики бригады доложили Томилову, что в селе Оздамичи разместился гарнизон из восьмидесяти эсэсовцев и шестидесяти полицейских. Они обосновались в центре села, вырыли окопы, огородились колючей проволокой и, видимо, считали себя в полной безопасности.

Томилов, разработав план операции, решил уничтожить этот гарнизон.

Ночью партизаны с трех сторон незаметно подошли к селу и открыли внезапный огонь. В первые же минуты боя были взяты в плен более двадцати эсэсовцев и шесть полицейских. Остальные засели в центре села в каменных зданиях и начали отчаянно отстреливаться. Бой длился около полутора часов. Томилов дважды посылал ударную группу на подавление огневых точек, но безуспешно. Тогда он приказал дать три-четыре выстрела из ротного миномета. Из минометов партизаны стреляли в исключительных случаях, так как у них было всего двадцать мин.

Раздался первый выстрел, и мина со свистом понеслась к центру села. Взрыв. Еще один выстрел... И тут гитлеровцы не выдержали и стали поспешно отступать в сторону деревни Ольшаны.

В шести километрах от Оздамич находилась в засаде партизанская застава под командованием комиссара бригады Ивана Андреевича Смотрова. Застава, как и было предусмотрено планом операции, должна была отрезать пути отхода гитлеровцев из Оздамич в сторону Давид-Городка.

На рассвете партизаны заметили, что по грунтовой дороге по направлению к ним движутся немцы и полицейские. Подпустив врагов совсем близко, партизаны открыли огонь. Часть фашистов была уничтожена, остальные бросились в лес. Но тут Смотрову доложили, что на опушке леса показалась новая группа гитлеровцев. Комиссар поднял с левого фланга шестерых партизан и по кустам стал заходить противнику в тыл. Вдруг послышался голос:

– Товарищ, помогите!

Комиссар думал, что помощи просит кто-то из партизан, и бросился на зов. В кювете он увидел лежащего в красноармейской форме человека. Лицо его было в синяках, на губах запеклась кровь, в глазах застыло отчаяние, гимнастерка на груди была в темных пятнах крови.

– Ты кто? Партизан?

– Нет. Я пленный. Немцы хотели меня увезти с собой. Я сидел в Оздамичах в подвале. Они меня истязали. А сейчас, когда вы напали, убежали. Помогите мне, товарищи!..

Смотров быстро снял с ремня флягу с водой, дал ее бойцу и скомандовал: