За гранью контроля
Шрифт:
Я не была уверена, что поступаю правильно, переезжая к нему. Я вообще не понимала, как мы умудрились буквально за несколько дней перейти от «мы расстались» до «я освободил для тебя половину гардеробной». Этот момент ускользнул от меня. Макар как ураган действовал стремительно, не давая мне опомниться.
Я взяла только самое необходимое. Перевозить к Макару все вещи я не спешила. Сначала нам с Гришей надо присмотреться и привыкнуть к новой квартире, а там посмотрим.
– Еще что-то осталось?
– Только эта сумка, – указала я глазами на диван и покрепче перехватила коробку, стараясь не тревожить Гришу. Для него сегодня тоже важный день. Он не знает другой жизни, кроме своего подоконника, поэтому неизвестно как отреагирует на переезд. Да и как отреагирую на переезд я, тоже не было известно. Я живу одна с восемнадцати лет. Никогда мне не приходилось делить пространство с мужчиной. Не очень представляю, что меня ждет, но надеюсь на лучшее.
– Давай уберу коробку в багажник, – сказал Макар, закинув последнюю сумку в свою машину.
– Нет! – Отвернула я от него коробку. – Гришу нельзя в багажник.
Покачав головой, Макар улыбнулся.
– Хорошо. Разместим Григория с комфортом на заднем сидении.
К двум часам ночи переезд был закончен. Гриша обживал новый подоконник, всем своим видом демонстрируя полнейшее равнодушие к происходящему, а я сидела в кресле, поджав под себя ноги, и размышляла о том, какие резкие повороты происходят в моей жизни. Практически американские горки. За размышлениями я не заметила, как уснула в кресле. Проснулась только, когда Макар перенес меня на кровать и укрыл одеялом.
– Ты такой милый, – улыбнулся я, поворачиваясь на бок.
– Спи давай, – усмехнулся он и лег рядом, прижимая меня к себе.
Глава тринадцатая
– Пообедаем вместе? – Макар сдвинул солнечные очки с глаз и улыбнулся, оценивая мой внешний вид. – Ты выглядишь сегодня как горячая фантазия о секретарше или училке.
Я по привычке закатила глаза и вышла из машины. Нагнувшись, демонстрируя всей офисной парковке свой обтянутый юбкой-карандаш зад, я заглянула в салон:
– У тебя такие скучные фантазии, а поначалу все выглядело так многообещающе. Насчет обеда не знаю, много работы, – и, не дожидаясь ответной реплики, поспешила к входу в здание.
Когда я достигла лифтов, в недрах сумки раздалась еле уловимая вибрация.
«Девочка, после моих скучных фантазий ты ходить не сможешь».
Улыбнувшись, я убрала телефон обратно, запрещая воображению рисовать картинки нашего секса. Все-таки впереди целый рабочий день и мне нужна ясная голова.
– Ты обзавелась личным водителем? – Раздался голос Дениса у самого уха, заставляя меня вздрогнуть.
– Ты не мог бы ко мне не подкрадываться?
– И все же? – Вошел он следом за мной в лифт и нажал кнопку нужного этажа. – Что это за бугай?
– Не твое дело.
– А твоей отец в курсе, что тебя подвозят всякие подозрительные личности?
Ответом ему послужил мой отвали-взгляд. Гордо продефилировав по коридору, я заперлась в своем кабинете, сразу с головой уходя в работу. Отвлек меня только отец, вошедший в мой кабинет как всегда без стука. Еще бы, это ведь его компания и стучаться ему по статусу не положено.
– Что у нас с «Трансстроем»?
– Этим занимается Денис, – я отложила документы, которые изучала. – Какие-то проблемы?
– Нет, просто решил узнать, на какой стадии мы находимся.
– Со своей стороны готовы подписать договор. Ждем ответа их юристов.
Папа кивнул и сел, сразу переходя к следующему вопросу.
– Что думаешь про Волкова?
– Очередной напыщенный руководитель, который мнит себя центром вселенной. И не с такими справлялись.
Папа улыбнулся и одобрительно кивнул.
– В переговорах с ним ты была хороша. Он мало с кем соглашается сотрудничать.
– Я ведь твоя дочь. Ты научил меня вгрызаться в каждого, отстаивая наши интересы.
– Будь с ним осторожна, он скользкий тип.
– Никуда не денется. Не оставлю ему ни шанса.
– И правда, вся в меня, – усмехнулся папа. – Как мама? – Неожиданно перевел он тему.
– Хорошо. Собираюсь навестить ее в следующем месяце. Дашь мне пару недель отпуска?
Все разговоры о маме всегда ограничивались папиным коротким вопросом и таким же моим ответом. К слову, мама вела себя точно так же в разговорах со мной, когда спрашивала о папе. Что бы ни произошло между ними, они смогли сохранить взаимное уважение, ведь у них есть общая я, а потому они никогда не будут чужими друг другу людьми.
– Хорошо, – кивнул он. – Передавай ей привет.
Как только за папой закрылась дверь, я решила позвонить маме. Мы редко с ней видимся. Несколько лет назад мама снова вышла замуж и переехала к мужу в Петербург. Порой мне сильно ее не хватает, но я за нее рада. Она счастлива, разве может быть что-то важнее этого.
– Кира, – раздался бодрый голос мамы, – как ты, девочка моя?
– Хорошо, мам. Работаю. Как ты?
– Саша, поди, опять завалил тебя работой. У тебя хотя бы поесть время остается? Сутками сидишь в своем кабинете, головы не поднимая.
– Я не жалуюсь, мам. Ты ведь знаешь, меня здесь все устраивает.
– Знаю, – вздохнула мама. – Твой отец тоже никогда ни на что не жаловался. Ты вся в него.
– Не вся. У меня твои глаза, – улыбнулась я.
– Даже обидно порой, что ты взяла от меня так мало. Как будто я просто рядом постояла, – в голосе мамы слышалась улыбка.
– Так как ты?
– Я хорошо, Кира. Не переживай. Работаю. Записалась на курсы английского. Лучше поздно, чем никогда. Собираемся с Олегом делать ремонт. Расскажи мне лучше о себе. Встречаешься с кем-нибудь? Уже пора подумать о семье.
Беззвучно простонав, я прикрыла глаза. Почти каждый наш разговор, так или иначе, всегда затрагивал мою неустроенную, по мнению мамы, личную жизнь. Для нее мои двадцать восемь лет были уже солидным возрастом, в котором полагается быть замужем, родить ребенка и желательно быть беременной вторым. Отстаивать свои границы с мамой мне становилось все труднее.
Я не собиралась рассказывать о Макаре, потому что рассказывать особо было нечего. Наша с ним связь пока была не очень стабильна. Я вообще не уверена, что мы не расстанемся снова уже через неделю.