Чтение онлайн

Карим Вийар его раздражал, и чувства эти были взаимны. И их противостояние никогда не закончится.

Едва Штефан открыл дверь, застав Вийара сидящим в одном из кресел, тут же услышал в своей адрес:

– А продай ее мне, Штефан.

Наверное, не стоило уточнять, кого именно, но Князь, громко хлопнув дверью, поинтересовался:

– Кого? – насупившись, прошел вглубь кабинета, не глядя на нежданного гостя.

Мужчина повернулся к нему, следя за его продвижением, наклонив голову и задумчиво сощурившись.

– Ты знаешь, - проговорил он тихо.
– Ее. Кароллу.

Штефан помрачнел.

– Ее зовут Кара, - грубо исправил он и двинулся к своему столу. – И она не продается. Еще какие-нибудь пожелания, прежде чем мы перейдем к сути, и я узнаю, что ты тут делаешь?
– присев в кресло и вальяжно откинувшись на спинку, Штефан воззрился на гостя с раздражением.

– Может, мы сторгуемся? – не отступал Вийар, постукивая кончиками пальцев по подлокотникам кресла. – Сколько ты за нее хочешь? Я дам столько, сколько попросишь, - он хмыкнул, - в разумных пределах, конечно же.

– Она не продается, Карим! – резче и громче повторил Штефан, начиная ощущать в себе новый прилив злости. – Ты знаешь это. Ни она, никакая другая из тех, что принадлежат мне. Кэйвано не продают рабов.

Мужчина повел плечом.

– Может быть, стоит менять традиции? – вопросительно посмотрел он на него.

– Зачем она тебе? – ощетинился Кэйвано.

Губы Карима Вийара скривились.

– Мне понравилось, как она целуется, - проговорил он, выжидающе глядя на Князя и провоцируя его. – Такая мягкая, сладкая...

Руки Штефана сжались в кулаки, сдерживать себя становилось почти невозможно. И Вийар знал это!

– Она не продается!
– прошипел он сквозь зубы, прожигая Карима холодом серо-голубых глаз.
– Ясно?!

– Тебе она тоже понравилась? – усмехнулся гость, продолжая провоцировать Кэйвано. – Не удивительно...

– Забудь о ней, - резко бросил голубоглазый демон и зарычал: – Она моя! И ты ее никогда не получишь.

Вийар пристально и очень внимательно посмотрел на него, и хотя он улыбался, глаза его оставались холодными, а выражение лица почти бесстрастным. Постукивая кончиками пальцев по креслу, он смотрел на Князя, не отводя глаз, выжидая, провоцируя, сдержанно. А потом вдруг клятвенно заверил:

– Мы еще вернемся к этому разговору.

Штефан нахмурился.

– Мой ответ не изменится.

Чувственные губы кареглазого дьявола дрогнули.

– Посмотрим.

Штефан с силой втянул в себя воздух. Несмотря на их отношения и взаимную неприязнь, оба знали, что ссориться было опасно и неразумно, тем более, ссориться из-за какой-то девчонки, из-за рабыни! Но сейчас Штефану отчаянно хотелось врезать по его смазливой физиономии, чтобы тому не повадно было лапать то, что ему не принадлежит! И Вийар знал, на что давить.

Они никогда не были друзьями, скорее противниками. Сошлись они лишь однажды, в одном вопросе. Во всем остальном оставаясь противоборствующими сторонами, тягаясь друг с другом и говоря: «А ты так можешь?!». Слишком сильные, гордые, волевые, не терпящие неповиновения и отказа.

Слишком похожие друг на друга не друзья, и не враги.

– Зачем ты приехал? – сдержанно спросил Князь Четвертого клана. – Ты разве не знал, что я в Лондоне?

Карим равнодушно скривился.

– Не знал, я как-то не слежу за твоими передвижениями, - усмехнувшись, он покосился на хозяина замка и поспешил его поддеть: - Мне нужно было приехать раньше, тогда сладкая конфетка сама смогла бы сделать выбор, с кем ей оставаться.

– Забудь! – рвано рыкнул Штефан, вновь начиная загораться. – Что тебе от меня надо?

– Хм, - покачал тот головой, - очень грубо, Штефан. Вообще-то, - проговорил он, выделяя каждое слово, - это что-то нужно тебе, а не мне.

– О чем ты? – серо-голубые глаза подозрительно сузились.

– До меня дошли слухи, - закинув ногу на ногу, скучающим тоном заявил Карим, - будто бы твои люди нарушают первое правило. И о том, что мы существуем, знает уже не один смертный, и даже не два.

Штефан мгновенно помрачнел, лоб протаранили складки, брови сошлись на переносице.

– Этого не может быть! – отчеканил он уверенно и твердо.

– Может, Штефан, - коротко возразил Вийар.
– Я сам слышал, когда был в Варшаве. О нас уже болтают, - Карим увидел, как изменилось, исказившись гневом, смуглое лицо Князя. – Конечно, круг осведомленных слишком мал, даже ничтожен, в него входят лишь избранные, и все же... – вскинув подбородок, Карим выстрелил в Кэйвано колкостью взгляда. – Ты понимаешь, чем это может тебе грозить? Это нарушение?

Штефан попытался невозмутимо нахмуриться, выражая крайнюю степень уверенности в себе.

– Круг осведомленных всегда был, есть и, очевидно, будет, - спокойно выговорил Князь. – И никогда это не было проблемой.

– До сегодняшнего дня, - подтвердил Карим. – Этот круг не должен расти, ты знаешь, иначе ситуация выйдет из-под контроля. Новое восстание нам ни к чему.

Кэйвано, сам от себя не ожидая, решительно стукнул кулаком по столу. Щека его дернулась.

– Мои люди не могли этого сделать, - упрямо возразил Штефан, нависнув над столом. – Никто из них. Их дважды, трижды проверяют те, кто служит мне давно.

– А если их подкупили? – выразил предположение Карим.
– Как сильно ты доверяешь тем, кто служит тебе? Так сильно, что можешь быть уверенным в том, что им не могли дать больше?

– Кто? – выдавил Князь сквозь зубы.

Губы Вийара сжались.

– Тот же, кто распускает слухи.

И Штефан уже знал ответ.

– Исаак...

Карим кивнул.

– Он не успокоится, пока не станет Королем, - сказал он. – Пока ты не умрешь, или пока не отправишься в колонию.

– С**а! – зло выдохнул Штефан. – Я не отдам ему Багровый Мыс! – прошипел он сквозь зубы. – Никогда не отдам, и он это знает. Я Князь по праву, по рождению. Я, а не он! Так решил Совет десятилетия назад!..

Вийар откинулся на спинку, равнодушно и, казалось, безразлично постукивая пальцами по креслу.