За гранью вечности
Шрифт:
– Уже час ночи. Мы на смену.
Легионеры переглядываются.
– Ещё час погуляйте, – грозно молвит начальник караула, стоящий ближе всех к шпионам, и махает головой, мол, проваливайте.
Вдруг изнутри выходят два воина. Они хлопают по плечу стражникам, бросая им:
– Мы на улицу подышать.
Патрульные свободно выпускают их. Легионеры, глубоко вдохнув прохладный ночной воздух, направляются в обход дома. Начальник караула снова подзывает незадачливую троицу.
– Эй, вы! Смените их.
Диверсанты вежливо кивают и друг за другом входят внутрь. Они медленно и непринуждённо идут глубже, зная, где находится лестница. По пути в холл воины встречают ещё несколько десятков аканов, но те не обращают на них внимания, ведь на шпионах – форма легиона.
Внутри дома действительно много охраны, намного больше, чем во дворе. Троице необходимо подняться на второй этаж, но в большом зале рядом с лестницей их ждёт неприятный сюрприз в виде легата. Он всё ещё сидит на стуле и вглядывается в окно.
Шпионы понимают, что просто так подняться вверх не получится, Квасир их тут же остановит. А если они ответят ему, то, скорее всего, он по голосу поймёт, что они никакие не легионеры. Надо снова что-то придумать. Одному приходит в голову отчаянная идея. Он жестом даёт знак напарникам медленно двигаться к лестнице, а сам более быстрым шагом проходит мимо легата к арке, ведущей в просторную столовую. Там дежурят два акана. Сбоку от асмодианина у самой стены стоит антикварная тумба. С краю на круглой фарфоровой подставке покоится большая расписная ваза. Воин проходит мимо тумбы и как бы случайно задевает её нарукавником. Ваза тут же слетает с постамента и с грохотом разбивается о блестящий пол. Шпион делает испуганный вид, отходит на шаг и прислоняет руки к шлему, устремив взгляд на груду осколков. Половина дома слышит звон и сбегается в холл. С места дёргается и Квасир. Он обходит легионеров и, грозно ворча, спрашивает:
– Кто это сделал?
Двое диверсантов, понимая, что это тот самый момент, тихо забираются по лестнице на второй этаж. Оказавшись наверху, они проходят по коридору, зная, что скоро окажутся у покоев военачальника.
Третий диверсант делает шаг к легату и робко поднимает руку. Он чувствует, что, если Квасир спросит имя, это будет конец. Его товарищам надо поторопиться. Но шпионам снова везёт. Выругавшись, командир вскрикивает в адрес растяпы:
– Рукожопая куча металла! Небось, военачальника разбудил, кретин… – тон легата становится мягче. Он понимает, что своим ором тоже может прервать сон главе Пандемониума. – Смотреть надо, куда прёшь, а не по сторонам глазеть. Убери это всё. И долой с глаз моих… – мужчина разворачивается и занимает прежнее место.
Собравшиеся возле тумбы легионеры всё ещё смотрят на то, что осталось от весьма драгоценного экспоната, тихо перешёптываясь. Квасир устало поворачивается к ним лицом и рявкает:
– Чего уставились? А ну по местам!
Толпа экипированных бойцов быстро рассасывается. Диверсант принимается, не наводя шума, собирать в латную перчатку осколки вазы.
В это время его напарники уже подобрались к двери спальни Видара. Там их ждало четверо аканов с секирами. За спинами шпионом были лишь мечи, поэтому врать про «мы вас сменить» было бессмысленно. Но тут им на руку сыграло нечто другое. Снизу доносится громкий крик:
– Тревога! Все сюда! Во дворе два трупа!
Это прозвучало неожиданно. Те четверо переглядываются и берутся за оружие. Один из лжелегионеров догадывается, что теперь этих стражей с места не сдвинешь. Времени на раздумья – секунда. Он резко поднимает вверх меч и громко кричит:
– Все вниз!
Он хватает напарника, и парочка выбегает к лестнице. Стража покоев почему-то уходит с поста и бросается на помощь. Шпион на это и уповал. Он пропускает тех четверых и руками подгоняет их:
– Давай, давай!
Подождав, пока они окажутся внизу, асмодианин даёт знак другу, мол, путь открыт. Двое чужаков в доспехах первого легиона Пандемониума бегут к спальне военачальника. Один из них с разбега ударяет ногой по двери и выбивает тем самым замок. Дверь с грохотом распахивается. Парочка влетает внутрь.
В просторной комнате горят свечи. Видар сидит на кровати, опустив ноги на пол. Видимо, его разбудили звуки внизу. Он резко оборачивается, услышав удар о дверь и видит приближающуюся к нему стражу. Мужчина поднимается, не понимая, что происходит. Но через мгновение до него доходит, что сейчас случится. Воины вынимают мечи из ножен и, подходя к правителю, замахиваются для удара. Видар хоть и был в годах, но навыки и реакцию не потерял. Он прыгает на кровать, уклоняясь от лезвий легионеров. Вытянутой рукой он дотягивается до меча, покоящегося около прикроватной тумбы и с размаху разрезает воздух перед собой. Клинки схлёстываются. Военачальнику удаётся перекатиться по постели и подняться с противоположной стороны. Он мельком смотрит на распахнутую дверь – дорога свободна. Мужчина срывается с места и бежит к двери, диверсанты – за ним. Убийцы настигают его у самой лестницы. Он успевает крикнуть:
– Стража!
Один из шпионов хватает Видара и наваливается на него. Мужчины падают, глава Пандемониума роняет меч, тот, звеня, скатывается по ступеням. В это время на знакомый зов быстро реагируют легионеры, бегущие в сторону выходов из дворца. Квасир же действует не просто быстро, а моментально. Со скоростью Даэва он вбегает в холл, в три прыжка забирается на второй этаж и влетает в одного из лжеаканов, замахивающегося своим мечом над грудью лежащего военачальника. Парочка падает. Легат отталкивает противника, а сам бросается ко второму убийце, нависшему над Видаром. Жертва хватает голыми руками лезвие вражеского меча и, дрожа, сдерживает его, словно штангу над своей шеей. Диверсант наваливается всей массой на военачальника. У Видара не остаётся сил, чтобы сопротивляться. Лезвие почти насквозь прорезало ладони, но он, что есть мочи, терпит. Клинок всё ближе и ближе поступает к горлу мужчины. Когда до кожи шеи остаются считанные миллиметры, убийцу сбивает Квасир. Лжевоин отлетает на несколько метров и кубарем падает с лестницы. Внизу на него наваливается целая орава легионеров, скручивая подонка. В этот момент поднимается на ноги второй диверсант. Он хватает меч и набрасывается на легата, заслонившего собой лежащего на полу Видара. Начинается схватка. Наверх вбегает с десяток стражников и нападает на убийцу. У него не остаётся шансов. Он бросает меч в сторону и поднимает руки вверх, пятясь назад. Квасир даёт знак легионерам схватить противника. Его заламывают и тащат вниз ко второму.
Даэв подходит к военачальнику и помогает ему встать.
– Вы в порядке?
– Почти… – отвечает мужчина, искривив лицо и рассматривая изрезанные ладони.
– Это заживёт. Главное – Вы живы.
Квасир и Видар спускаются вниз, где в окружении нескольких десятков легионеров на коленях стоят лжестражники.
– Снимите с них шлемы, – грозно командует легат.
Два Клыка Фенрира подходят к убийцам и небрежно стягивают с них украденные шлемы. Аканы за волосы поднимают головы пленникам, чтобы те показали лица. Квасир в гневе скалится, а глаза военачальника хмурятся.
– Ах, вы, твари… – шипит легат и металлической перчаткой бьёт по лицу одному из них.
– Стой! – останавливает его Видар и обращается к диверсантам. – Вы Безмолвные, ведь так?
Они прячут взгляд и не отвечают.
– Конечно, Безмолвные! – скрипя зубами, говорит Квасир. – Я их знаю. Это приспешники одного из Судей.
Глава Пандемониума подходит к пленным и, искривив лицо, плюёт одному из них в лицо, а затем командует:
– В карцер их! Развяжите им язык…
Легионеры молча хватают несостоявшихся убийц и начинают вести их к выходу.
– Стойте! – кричит Квасир. Они останавливаются и оборачиваются.
Легат обращается к тому, кто поднял тревогу:
– Сколько там тел?
– Два, – отвечает акан.
– Хм… – бормочет Даэв. – Так! Всем снять шлемы! Немедленно! Снять шлемы, живо!
Третий шпион всё ещё находился в зале. Покинуть дворец незамеченным он не мог – со всех сторон легионеры, а расталкивать их было бы равносильно тому, что сдаться. Он стоял прямо в гуще толпы. Все вокруг начинают снимать свои шлемы. Убийца понимает, что это конец, поэтому поступает так же, как и все.