Чтение онлайн

Даэвы тут же обернулись. На крышу поднялся легионер с донесением от Квасира. – Вот, это Вам, – он передал записку асмодианину и поспешил удалиться.

Белатрисс отошла от мужчины и внимательно смотрела, как тот читает содержимое.

– Ну что там? – наконец, спросила она.

– В полночь… – пробормотал северянин, разорвал записку на несколько частей и бросил прочь. – Нужно сообщить легатам.

Трисс потупила взгляд и снова шагнула к Териану.

– Тебе нужно отвлечься и… расслабиться.

Мужчина удивлённо посмотрел на волшебницу.

– Что ты имеешь в виду?

– Я знаю, что идёт война, но с тех пор, как ты побывал в плену у балауров, что-то изменилось в тебе. Сначала я думала, что ты стал более человечен, но по последним дням… Ладно… Это подождёт… – не поднимая глаз, промолвила она и медленно направилась к лестнице вниз. – В общем… иди за мной, я покажу кое-что.

Мужчина недоверчиво покосился, но всё же последовал за голубоглазой бессмертной.

***

Все эти дни Эви держали в укреплённом подземелье крепости Белуслана. Её истезали, били, целыми сутками не давали ни еды, ни воды. Говорят, к пыткам быстро привыкаешь. Чушь. Особенно, если ты хрупкая слабая девушка, которая всю жизнь прожила в роскоши и комфорте. Девушка сначала кричала, рыдала, умоляла, чтобы всё прекратилось, но, видимо, асмодиан это только заводило. По истечению нескольких дней страданий Эви перестала плакать и просить о пощаде. Это было бесполезно. Оставалось только терпеть.

Безмолвные знали, что девушке нечего рассказать им полезного, поэтому она была им по сути без надобности. Но по личному приказу Слутгельмира Эви должна была жить, ибо у него были на неё планы. Хотя он как-то намекнул, что даже мёртвой от девчонки будет прок. Аканы, видимо, поняли это слишком буквально.

Стражники и надсмотрщики – жестокие люди, особенно когда видят перед собой заведомо слабую жертву. Они тут же превращаются в неистовых собак, жаждущих добычи. Но подобно хищникам, чувствуя своё превосходство, они сначала решают поиграться с невольницей, дабы растянуть её мучения, а затем снисходительно сжалиться и позволить ей умереть. Так и планировалось в этот раз. И, судя по всему, терпеть оставалось недолго.

Но в этот день всё было иначе. Вместо побоев и пыток двое стражников отвели Эви в верхнюю часть подземелья, отмыли её, обработали раны, перевязали, одели в приличную одежду и повели обратно в камеру. Там её ждало несколько асмодиан. Все, кроме одного, были облачены в привычные доспехи с пауком на груди, а последний был в чёрной тунике без брони и шлема. В темницу принесли масляный фонарь и поставили около входа. Девушку затолкали внутрь. Она, как всегда, забилась в свой угол, ожидая новых пыток. Но всё пошло иначе. Выделяющаяся фигура махнула рукой, и остальные аканы покинули камеру, заперев их с гостем внутри. Тогда мужчина вышел на свет, и Эви разглядела на его лице знакомую ухмылку.

– Это Вы! – воскликнула она так громко, как могла.

Гость потёр когтистые лапы и подошёл ближе.

– Не бойся, – высоким голосом промолвил он. – Я не причиню тебе боли.

Ему показалось, что элийка хихикнула. Ему! Верховному Судье и практически правителю Асмодеи! С лица мужчины в тот же миг исчезло добродушие, уступив место ярости и негодованию.

– Ты, глупая девчонка! – зарычал он. – Смейся больше. Но ты даже не представляешь, что я могу с тобой сделать, если захочу.

– Я уже третий раз в плену у асмодиан… Болью и лишениями меня не удивить.

– О, ты ошибаешься… – в свете лампы засияли блестящие клыки Слутгельмира. – Всегда можно придумать что-то более изощрённое.

– Зачем Вам пытать меня? Я бесполезна для Вас. Лучше убейте меня поскорее, чем…

– Ну почему бесполезна? – мужчина зашагал по камере, сложив руки за спиной. – От тебя в любом случае есть толк. Как-то я написал про тебя Териану Лекасу, и он вскоре явился. Да ещё с армией! О-хо-хо, какие страсти. Прямо сюжет для романа наклёвывается… А убить я тебя всегда успею, уж поверь на слово.

– Значит, я наживка? – тихо промолвила Эви, устремив взгляд в шершавый пол её темницы.

– Да, и пока ты замечательно играешь свою роль… – асмодианин подошёл к пленнице и провёл когтем по щеке. – Вот только ссадины и гематомы пускай пройдут, а то я не очень-то хочу видеть оскал твоего зеленоглазого дружка.

Слутгельмир ухмыльнулся и вновь стал важно расхаживать туда-сюда.

– Я что-то забыл, зачем пришёл… Ах, да! – вдруг воскликнул он. – Мне от тебя нужно узнать всего одну вещь… Сколько всего жизней осталось у Териана Лекаса?

Эви округлила взгляд. Конечно, она знала ответ, но говорить его злейшему врагу своего возлюбленного не собиралась и под страхом смерти.

– Ну же, не стесняйся… Или мне попросить по-другому?

Девушка лишь бросила на асмодианина презрительный взгляд.

– Три? Две? – не унимался Судья. – Или последняя?

На этом слове Эви невольно спрятала взгляд и тут же закрыла лицо руками. Она поняла, что только что выдала тайну. Слутгельмир звонко засмеялся.

– Значит, всего одна… – ухмыльнулся асмодианин. – Ну и умничка! А ты не хотела говорить… Кстати, мои чудесные разведчики сообщили, что сегодня нам предстоит вновь обороняться от этих бездарей… Ведь у вас, элийцев, так говорят? Ну, неважно. Представь, что крепость – это театр. А это, – Судья постучал ногой по полу. – Сцена. И мы все здесь актёры. Даже они, – он махнул головой в сторону стражников, безмолвно ожидающих за решёткой. – В общем, тянуть не буду, Эви… Сегодня ночью наш с тобой сольный выход…

От ехидной ухмылки Слутгельмира элийке стало не по себе.

«Что опять задумал этот безумец?» – пролетело у неё в мыслях, но ответ она вряд ли получит до того момента, как начнётся первый акт…

***

Несколько часов спустя.

– Бежим! Быстрее! – факелоносцы элийцев выстроились по правому флангу.

Вскоре такое же море огней приблизилось с противоположной стороны. Незнакомый говор донёсся из рядов асмодиан. Наверное, это было знаком к началу построения.

С двух сторон, дружно стуча металлическими сапогами, сбегались воины Элиоса и Асмодеи. Между ними было всего несколько метров. Одна оплошность, одно словцо или неаккуратный жест, и начнётся потасовка. Но офицеры строго-настрого запретили смотреть в сторону иноземных соседей. Не хватало только стачки в самый ответственный момент.

Десять минут ушло на построение. Ещё десять на проверку боеготовности и дачу последних указаний. На укреплённой крыше одного из ближайших зданий города стояли четверо: Квасир, Кенсаи, Териан и Белатрисс.

– Безмолвные знают о штурме, – промолвил по-асмодиански Квасир. – Я казнил двух их диверсантов. Уверен, что среди нас есть ещё информаторы.

– Не сомневаюсь… – буркнул Териан.

– Где элийка? – спросил легат первого легиона Пандемониума. – Та смертная, что командовала вами.

– Она болеет и находится у себя в покоях, – ответил зеленоглазый Даэв. – Её обязанности с этих пор исполняем мы вдвоём: я и Белатрисс.

Девушка встрепенулась, разобрав среди непонятного наречия своё имя.

Кенсаи шагнула к Териану и внимательно посмотрела ему в глаза.

– Наверное, удобно управлять элийцами, правда? – с издёвкой в голосе спросила она. – Никакой ответсвенности, но и чувство такое приятное, да? Когда враги подчиняются твоим приказам…

– Кенсаи! – прикрикнул на неё Квасир, и женщина тут же замолчала. – Териан Лекас, пусть мне и неприятно говорить с тобой, но раз это приказ господина Видара… План не изменился: снаряды, штурмовые отряды – на стены, а затем тяжёлая пехота расчищает путь. Внутри крепости ваша задача – взять под контроль все сооружения с юга. На мне – всё остальное. Даэвы вступают в бой, как только будет опустошён боекомплект. Вопросы есть?