Чтение онлайн

При Эви мохнатики разговаривали только на элийском – знак вежливости. Конечно, без своих «нян-нян» и «кярун» не обходилось, но через пару часов девушка привыкла к этим словам-паразитам. Что они значили, девушка так и не смогла выяснить – было как-то неудобно спросить: «А почему вы через слово нян-нянкаете?»

Рассказы шиго были бесконечно забавными и интересными. Сколько запоминающихся историй Эви услышала за сутки – не сосчитать. Время пролетело незаметно. Когда пришёл вечер, элийка устроилась в своей комнатке и мирно уснула.

Наутро лучи солнца, пробивающиеся в маленькое окошко, разбудили её.

Выйдя во двор и постараясь не удариться головой о дверь, девушка смогла потянуться – свобода. Хотелось кушать, она пошагала к деревенской столовой. Там стояли длинные низкие столы, накрытые скатертями, повсюду шумели вилки и тарелки – шиго рано завтракают. Зверьки дружно и громко галдели, улепётывая булочки и фрукты с больших сияющих подносов. Казалось, они вообще не замолкают – болтают день и ночь. Эви подошла к свободному месту за столиком и «приземлилась». Причём, в прямом смысле. Скамейки находились так низко над землёй, что легче было сесть прямо на землю, чем на шиговский стул. Девушка взяла со стола булочку и несколько яблок – другой еды не было. Её внимание привлекло маленькое чёрное пятно вдалеке. Оно медленно росло, пока его очертания не стали напоминать знакомую фигуру. Элийка положила недоеденный завтрак обратно и вскочила, чуть не опрокинув скамейку вместе со столом – глазки шиго уставились на неё, но девушка сделала вид, что ничего не заметила. Она помогла подняться соседнему зверьку, смешно упавшему со своего места на спину, и побежала к пятну.

Это был тот самый асмодианин. Он шёл медленно, еле передвигая ноги и тяжело и часто дыша, словно его силы были на исходе. Даэв волочил когтистые лапы по земле, вдруг споткнулся и упал на колени в десяти метрах от девушки. Он опёрся на руки, попытался встать, но не вышло. Эви подбежала к нему. Было видно, что мужчине больно. Он изобразил вымученную улыбку и пробормотал:

– Вот сейчас перевязка бы мне не помешала…

Даэв усмехнулся и тут же пожалел об этом – спина стрельнула, да так больно, что он чуть не взвыл. Эви побежала обратно к домику. Она видела на столике бинты, когда проходила мимо. К асмодианину подошли заинтересованные зверьки. Они уставились на него своими чёрными пуговками, но не подходили близко. Териан сидел на коленях и молча ждал возвращения элийки. Буквально через минуту она появилась со склянкой воды и плотными бинтами в руках. Даэв взглядом показал на спину и, корчась, подвигал плечами.

Эви второпях стала осматривать броню асмодианина.

– Сначала пояс… – промолвил он.

Девушка нащупала спереди застёжку на ремне Даэва и щелчком расстегнула её. Связки тяжёлых ножен со звоном рухнули на землю. Затем Териан с трудом, но сам снял с себя большие наплечники и бросил их прочь.

– По бокам… замки…

Эви придвинулась к Даэву ближе. На уровне рёбер она увидела похожие застёжки. Чтобы разжать хват брони, нужно было потянуть на себя и вытащить язычок из замочка. Элийка старалась сделать всё быстро, она взялась за застёжку и резко дёрнула. Асмодианин скорчил лицо и завыл. Она испугалась и убрала руку.

– Аккуратней… Лучше не торопись… – на тяжёлом выдохе произнёс Даэв.

– Хорошо, – шепнула Эви и попыталась расстегнуть дублет осторожней, чтобы не причинять боли Териану Лекасу.

Щелчок – с одним замком справились. Вот ещё один. Снова щелчок.

– Теперь с другой стороны…

Девушка посмотрела – на другом боку тоже были два замка. Несколько мгновений – и нагрудник, распавшись на две половинки, словно скорлупа, падает на землю. Эви встала и обошла тело асмодианина, чтобы подойти со спины. Но то, что она увидела, вызвало лёгкий шок. Из её рук выпали бинты. Она закрыла рукой рот и медленно опустилась на колени.

Из глубоких резаных ран торчали две кости. Элийка подумала, что это лопатки, но, когда она присмотрелась, поняла, что нет. Края костей были грубо обрублены, словно по ним ударили топором.

– …Это от… крыльев? – прошептала она.

Даэв кивнул. Такого, определённо, раньше не было. Эви дотронулась до кончика кости, отчего асмодианин дёрнулся и зашипел.

– Не стоит…

– Поняла…

Она ещё раз осмотрела спину Териана. Из ран медленно сочилась алая кровь. Струйки стекали вниз, словно вода по стеклу. Корка из запёкшейся крови была похожа на кору дерева – Даэв ранен уже давно.

– Что мне с этим делать?.. – дрожащим голосом спросила элийка.

– Эфир и аделла… Принеси аделлу… Раствор один к трём… – задыхаясь, молвил асмодианин.

– Минуту, – сказала девушка и побежала к домикам. У кого-то из шиго должна найтись настойка аделлы.

Эви не было дольше минуты, это уж точно. Териан ещё раз попытался подняться. Зверьки, собравшиеся вокруг Даэва, робко попятились назад. Асмодианин не кричал, вся боль, которую он испытывал, читалась по лицу. Мужчина смог встать на дрожащие ноги. Мышцы напряглись. Он опёрся на столик и сделал первый шаг. Девушка уже бежала к нему, неся в руках баночку с настойкой и какую-то тряпку. Кажется, последние силы покинули Даэва. Его ноги обмякли, и он снова стал падать. Элийка успела подхватить его под плечи, чуть не выронив банку из ручонок. Асмодианин закрыл глаза и больше не двигался. Девушка подумала, что он потерял сознание. Она нащупала пульс на шее – сердце билось медленно, но ровно.

«Боец… Держится…» – подумала она и уложила Териана набок.

– Помогите кто-нибудь! – Эви не знала, что делать с настойкой. Она посмотрела жалобными глазами на зверьков. Те скромно подались вперёд. – Здесь есть лекари?

Один шиго растолкал толпу и выбежал перед девушкой.

– Я врач, кярун.

Он подошёл к Даэву и наклонился к нему.

– Дело плохо, нян-нян. Надо отвести его в дом, кярун.

Существо подозвало к себе несколько собратьев. Они кивнули и заковыляли к асмодианину. Зверьки встали вокруг Териана и своими маленькими ручонками схватились за его тело. Издавая жалобные высокие звуки наподобие стонов, десятку шиго удалось поднять тяжёлого человека над головой. Спотыкаясь и кряхтя, они понесли его к шатру. Эви последовала за ними. «Врач» сказал уложить Даэва на кровать и вошёл в комнату. Девушка хотела присоединиться, но зверёк суровым видом остановил её.

– Вам не стоит здесь находиться, нян-нян, – он выхватил склянку с настойкой у элийки и захлопнул дверь изнутри.

Эви осталась слушать, что происходит в комнате. Сначала было тихо. Через несколько минут тишины девушка вздрогнула от громкого мужского крика. Послышались ещё голоса, то были шиго.

– Их нужно убрать… Ломай… Ломай! – кричал кто-то.

– Осторожней, хватай осторожней, нян-нян… – доносилось прямо из-за двери. – Тяни!

Снова истошный крик, похожий на звериный рык. Девушка поняла, что не может больше находиться здесь, и убежала прочь из шатра. Через час кучка шиго во главе с доктором с важным видом покинули дом.

– Что с ним? – Эви подбежала к зверьку и спросила, взяв его за пушистые плечи.

– Жив, нян-нян. Мы удалили остатки крыльев, кярун, и перевязали. Но за ним нужен уход, нян-нян. Проще было бы отправить бравого Даэва на кибелиск, кярун, чтобы он возродился, как новенький, нян-нян. Но, если я прав, лучше этого не делать, кярун.

– Почему? – девушка не отпускала зверька и пристально смотрела на него. Он прятал глаза и говорил, опустив голову.

– Я полагаю, что Ваш Даэв болен, кярун. Его отравили жрецы, нян-нян.

– Какие жрецы? О чём Вы говорите?

– Жрецы Асмодеи, конечно же, кярун.

– От этого можно вылечиться?

– Не думаю, нян-нян…

– Можно к нему зайти?

Существо кивнуло и шагнуло в сторону. Эви вынуждена была его отпустить. Она робко подошла к двери и осторожно нажала на ручку. Пригнувшись, чтобы не удариться, девушка вошла внутрь. На маленькой кровати лежал укутанный в несколько одеял асмодианин. Его ноги свисали вниз – места для них просто не было. Мужчина тяжело дышал, его глаза были закрыты.