Чтение онлайн

Татьяна, заинтересовавшись, склонила голову набок:

— Неужели маленькая ведьма не знает?

Все о Яне — табу.

Некоторые вещи намеренно обходишь стороной, чтобы не увидеть то, к чему не готов — будь то плохое или хорошее. А потом и вовсе убеждаешь себя, что никаких способностей нет…

— А познакомиться с ним по всем правилам мы и правда не успели. Пока. Можешь напомнить, что ему придется, — продолжила Татьяна. — Ну, ближе к делу. Ты в каком году родилась?

Я думала, что ведьме ничем меня не удивить, и ошиблась. Ей удалось.

— Это еще для чего?

Татьяна вздохнула, покачала головой и разве что пальцем не погрозила, ругая за глупость.

— Ты хочешь, чтобы я помогла и деньги не зря взяла, или как? Хотя они, чую, и так не твои.

Поспорив с собой невозможно долгое мгновение и проиграв, я закрыла глаза на принципы и страхи и назвала год.

Татьяна повторила цифры вслух, вздохнула и, взяв стул, который до того попросила освободить, приставила к дальнему шкафу. Балансируя на краю акробатом дотянулась до верхней полки и не глядя вытащила одну из папок. Чихнула от пыли, осторожно спустилась и раскрыла ее передо мной.

— Так, посмотрим. Утверждение состава Методического совета, от кафедры заявлено два участника. Ну, фамилии нам ни к чему. Дальше. Голосованием единогласно избран последний, — Татьяна недовольно поджала губы и перелистнула страницу. — Будет у тебя любовь, сказочная и настоящая, но с другим. Десять голосов из десяти. Да у нас тут не парень, а сладкая девичья мечта! Считай, повезло. Девчонке из архивистов такого дурачка вытащила…

Мои брови удивленно поползли вверх.

— У вас гадание по книге, только с протоколами? Другой макулатуры не нашлось?

— Эта — лучшая, — обиделась Татьяна, но все равно продолжила. — Имеешь что-то против протоколов? Что за извращенный бумажный расизм?

— Не думаю, что такой термин вообще есть. Мне кажется…

— Если кажется — слушай дальше и запоминай.

— Я вообще-то не про любовь хотела спросить.

— Молча. Работа любит тишину.

Я устало потерла переносицу, мысленно прокляла Яна на плохое настроение и расстроенные свидания на веки вечные, и только потом кивнула.

— А тут у нас про пересдачи. Три, еще шесть и девять. Повторения, понятно. Есть что-то, от чего вы вместе очень хотите избавиться, но повторяете и повторяете, и никак не можете закончить.

— Уже теплее, — прервала я нетерпеливо. — Продолжай.

Несмотря на общую безуминку происходящего, сказанное ведьмой не казалось совсем уж бредом. Вопреки здравому смыслу, личному опыту и стойкой взаимной антипатии, я почти поверила, что Татьяна сможет направить нас по нужному пути. Даст зацепку, которая так необходима, чтобы выбраться, не увязнув в болоте времени до конца.

— Надеюсь, то, что вы не можете оставить — это не безответные чувства друг к другу? — не скрывая сарказма, уточнила Татьяна.

— Чувства друг к другу не могут быть безответными, — машинально поправила я. — Хотя никаких «особых чувств» у нас нет.

— Разумеется, — отмахнулась Татьяна, не желая спорить. — А это уже интересно, слушай: определить следующий порядок участия в открытом конкурсе по защите проекта. Да у вас не просто приключение, а настоящая проверка!

Заметив пропущенную в протоколе подпись, она, нахмурившись, уверенно доставила ее своей рукой. Получилось похоже.

— И что будет, если мы ее не пройдем? Какая еще проверка?

Татьяна надолго замолчала, тасуя листы протоколов между собой вместо карт. В ее молчании чувствовалось что-то гнетущее, обещающее новые проблемы. Много проблем.

— Извини, варианты без счастливого конца я не просматриваю, — произнесла Татьяна. — От них голова болит.

— Но что нам делать? Как закончить повторения?

— Тут есть про открытую лекцию и наставничество. Значит, простым способом лучше не пытаться, — Татьяна вчиталась в полустертый от времени текст, набранный еще на печатной машинке и переправленный вручную после. — Тогда просто: найдите того, кто сделает все за вас. Того, кто переживал подобное и знает о предмете исследования больше.

Я, громыхнув щербатым блюдцем, передвинула кружку с остывшим какао, к которому так и не притронулась.

Вот Ян посмеется, когда узнает, что ведьма посоветовала нам найти… Путешественника во времени? Ошеломительно дурацкий финал для не менее дурацкой истории. Другого не следовало и ждать.

А ведь я позволила себе поверить — Татьяне и тому, что она говорит. Чтобы что?

Более глупого и бесполезного совета мне не давали, пожалуй, никогда.

— Думаю, магия сама укажет путь. Только…

— Только что?

— Выберешь простое — только время потеряешь.

Я бросила на ведьму короткий встревоженный взгляд. Что, интересно, для нее простой способ?

— Желание можно исполнить? — догадалась я.

Такая мысль, видимо, была слишком очевидной и страшной, чтобы прийти мне в голову раньше. Но если не удалось перезагадать или отменить загаданное, это — самый правильный выход. Пусть и неприятный.

Но все лучше, чем несчастливый конец, который наобещала ведьма, или бесконечный скучный день до старости.

Вот Ян обрадуется.

— Хм… Спасибо, я, кажется, поняла, — я вздохнула и, мысленно смирившись с тем, что предстояло сделать, полезла в сумку за деньгами.

И почему я пожелала Яну влюбиться, а не, скажем, удачно сдать экзамен? Или выиграть в лотерею?

Столько прекрасных, безопасных вариантов.

Ведьма не стала принимать купюры из моих рук и попросила оставить их на краю стола рядом с пушистым брелком и ключами от машины. Я выполнила просьбу без препирательств, и уже собиралась уходить, когда Татьяна вдруг схватила меня за рукав:

— Погоди, вижу еще кое-что.

Стоило ожидать сюрпризов — которые никогда не были особенно приятными — но я все равно надеялась, что обойдется.

— И?

Ведьма жестом предложила вновь присесть и я, слишком заинтригованная, чтобы уйти, подчинилась.

— Позволишь? — спросила Татьяна и добавила еще что-то, но конец ее фразы утонул в звуке далекого автомобильного гудка, и я, решив, что речь о продолжении разговора, не решилась возражать.

— Хорошо.

Вид у нее вдруг стал еще более таинственный и мрачный.