Чтение онлайн

К счастью, обдумывать план, как завязать разговор, не пришлось: в столовой Чернов подошел ко мне сам. Со стаканчиком кофе в руках и серьезным выражением на прекрасном лице.

— Вот, — он протянул мне стаканчик и добавил, словно это должно что-то значить: — Латте.

Опешив от подобной щедрости, я безропотно приняла подарок из его рук. В нос ударил кисловатый запах молока, от которого меня замутило.

— Подержать? — рассеянно уточнила я, заметив, что другие студенты посматривают на нас с откровенным любопытством.

Вместо вчерашней толстовки на Чернове был изящный джемпер и начищенные до блеска туфли. Нелепые и неуместные посреди морозной московской зимы, да еще в университетских стенах, давно не знавших обновления и ремонта.

— Пей.

Я с сомнением посмотрела сначала на Чернова, потом на стаканчик в своих руках.

— Мы же еще не познакомились, — тем же серьезным тоном продолжил он. — Я Иван.

— Знаю, — кивнула я. — Тебя на перекличке называли. А я Лена. Елагина.

— Родители в честь реки назвали? — приподнял бровь он.

Если то была шутка, я явно не уловила ее соль. Обычное имя, ничем особенным не примечательное. Где смеяться?

— Нет, в честь бабушки по отцу.

«Ваня» к его острому профилю и фигуре древнего атлета совсем не подходило, и я решила, что буду звать Чернова только полным именем. Или по фамилии.

— Чувствую себя почти знаменитостью, — поморщившись, признался он вдруг, и я невольно дернулась, едва не выронив кофе. — С новенькими всегда так?

— Не знаю, до тебя у нас их не было. Или мы все были новенькими.

Он ловко подхватил стаканчик и вернул его мне.

— Спасибо, — поблагодарила я скомкано.

Кажется, я так редко общалась с новыми людьми, что почти разучилась это делать: чтобы слова не звучали, как отъявленная грубость или желание сразу отослать человека подальше.

Будь рядом Ян…

— Ты пей, пей, — попросил Иван. — Твой любимый кофе ведь?

Я посмотрела на него снизу-вверх и, подчиняясь внезапному порыву, отставила стаканчик на край ближайшего стола, так и не отпив.

Откуда он мог знать, что я люблю?

— Кофе с молоком не по мне, — честно призналась я. — Пью только черный, крепкий и сладкий.

Я внезапно натолкнулась взглядом на Яна, замершего у кассы и явно прислушивавшегося к разговору. Разъяренного и совсем ничего не понимающего.

— Правда? — Иван задумчиво потер затылок. — Хорошо, я учту.

— Зачем?

Будто не заметив мой вопрос, Чернов недовольно покосился на кофе, словно тот был виноват, что его план, каким бы он ни был, не удался.

— Не покажешь мне, где будет следующая лекция?

Его навязчивый интерес напрягал.

— Поднимаешься на второй этаж, от лестницы направо, кабинет двадцать пять. На двери табличка, так что не перепутаешь.

— У меня проблемы с ориентированием. Тебе не сложно будет дойти со мной прямо туда?

— Не то чтобы…

— Нога еще болит, — поспешно добавил он. — После перелома.

— Предлагаешь мне тебя понести? — вздохнула я.

— Всего лишь подставить дружеское плечо.

Наверное, момент, когда мы перешли в категорию «друзья», прошел мимо меня.

— В другой раз, — отказалась я, понимая, что упускаю единственную свою возможность узнать о нем больше.

Но ответить иначе не смогла, пока Ян продолжал смотрел на меня так.

— Ну, тогда увидимся на паре, — медленно проговорил Иван. — Знания — сила, да?

Мы сели рядом в аудитории по искусству.

Точнее, Иван ко мне подсел, а потом за всю лекцию не сказал ни слова, будто специально стараясь меня разозлить.

Я не понимала, чего он добивается, и от того лишь сильнее хотела раскрыть коварные планы разом: узнать, что задумал Чернов, спасти себя и Яна, исправить и вернуть все, как было.

За час рядом с Иваном — всерьез увлеченным рассказом преподавателя — я окончательно убедила себя, что он — тот, кого мы искали.

Слишком уж хорошо он смотрелся в роли путешественника во времени… Или злодея.

— У тебя сейчас перерыв? — спросил Иван, едва лекция закончилась, и Анна Ивановна, собрав ворох бумаг и распечаток, покинула аудиторию.

— У меня работа, — ответила я резко.

Такая навязчивость вызывала глухое раздражение и злость: когда очень хочешь сказать человеку все, что о нем думаешь — ни единого хорошего слова, если быть честной — но не можешь в силу обстоятельств сильней тебя.

— Отсюда далеко? — снова спросил Иван.

Я всегда сторонилась навязчивых парней, но этот играючи переплюнул любого, что встречался мне до сих пор. Официально мы познакомились несколько часов назад, но я уже терпеть его не могла.

А если нам придется работать вместе?

О таком и думать не хотелось.

И проверять тоже. Но надо было.

— Да я, может, сначала пообедать забегу, — ответила я уклончиво, уводя разговор подальше от незаданного им вопроса.

Я не хотела, чтобы Чернов увязался за мной, не хотела оставаться с ним наедине, пусть и на своей территории, без Яна на подстраховке. Вдруг одногруппник — враг, который желает нам зла? Татьяна ведь не ответила наверняка, на чьей он стороне…

Внешность бывает обманчива.

— Я бы тоже перекусил. Самая чистая и простая любовь — любовь к еде, да?

Я выругалась про себя и, когда Аника отвлекла внимание рассказами про порядки в группе, экзамены и вездесущий профсоюз, быстро сгребла тетради в сумку и бросилась бежать, благодаря вселенную за такую увлеченную и ответственную старосту.

Выиграв немного времени, я вышла из аудитории и сразу позвонила Яну. Он не взял трубку и даже на сообщение, отправленное следом — с кучей смайлов, восклицательных знаков и ошибок — не ответил.