За тридевять времён
Шрифт:
На полянке возник большой, выше человеческого роста, шар с электрическими огнями на боках.
Хорошо, что девочка не видела шара – впечатлений в эту ночь ей и так выпало многовато. Ей хотелось только найти место посуше и уснуть.
Её руки нащупали что-то большое, шершавое и твёрдое.
– Какой-то камень… Мокро везде. О! Кажется, пещера!
Она забралась внутрь, пошарила вокруг – маленький пустой грот, как раз для неё – и мгновенно уснула.
«Человек», – подумал Дракон и повысил температуру левой передней лапы, под которую забралась девочка.
Макошь ласково потрепала Перуна по курчавой голове:
– Утомился, вояка? Полежи, отдохни, – Она погладила кончиками пальцев лиловую шишку на его лбу. Шишка посветлела и рассосалась.
Перун продолжал гневно сверкать глазами и сжимать кулаки:
– Мы ещё посмотрим, кто кого! Я ему это дерево ещё припомню!
18 ИЮНЯ
Знакомство
(d2)
Дракон боялся пошевелиться, хотя с восходом солнца сил у него несколько прибавилось..
«Не буду её будить, – решил он. – Пусть проснётся сама. Интересно звучит: «буду будить». Это однокоренные слова? Тут есть о чём пока подумать».
Девочка безмятежно спала, пригревшись на подстилке из сухой листвы, которую Дракон осторожно пододвигал под неё всю ночь кончиком хвоста.
Сквозь крону дерева глянул Хорс. Он залюбовался девочкой в простенькой детской рубахе4, с алой шёлковой ленточкой, вплетённой в длинную русую косу, и другой лентой, льняной, обернувшей голову. Протянув одну из своих золотых спиц, он поставил несколько конопушек, отметин солнечного счастья, на её маленький носик и румяные щёки, нечаянно задев длинные пушистые ресницы.
Было тепло и уютно. Девочке снилась мама, весёлая и ласковая. Затем её сон стал совсем уж розовым – сквозь веки пробивался свет. Она открыла глаза, улыбнулась Солнцу и потянулась. Девочке показалось, что рядом кто-то вздохнул, она испугалась:
– Кто здесь?
– Здравствуй, девочка! – голос был очень низкий, густой и звучал, казалось, со всех сторон сразу. Но он был совсем не злой.
– Кто ты?
– Меня зовут Дракон. Ты сейчас находишься подо мной. Я отойду, но ты, пожалуйста, не убегай. От меня почему-то все убегают.
Даже местные мальчишки считали её смелой девочкой. Особенно после того, как она достала любимую ленточку старейшиновой внучки (ленточку унёс шалун Погода и повязал для красоты на самую верхушку большой серебристой ели). Знали бы они, как ей тогда было страшно, а она не подала виду!
Но тут, если бы девочка и захотела убежать, ничего бы не получилось: ноги перестали слушаться. Её ночное укрытие вдруг зашевелилось, ушло в сторону и оказалось колоссальным чудовищем с тремя головами на длинных шеях, огромным хвостом и двойным зубчатым гребнем на спине.
Девочка оцепенела, она не могла даже двинуть рукой. В голове пронеслись обрывки разных мыслей, самая связная из которых была примерно такая:
«Чтобы я… когда-нибудь… сначала руки с неба… потом чудища… да ни за что!… больше никогда…»
С огромным трудом ей удалось заставить тело выпрямиться и переставить ногу немного назад, к дереву. Чудовище не двигалось.
– Как тебя зовут? – спросило оно.
Девочка уже карабкалась от ветки к ветке. Наконец она решила, что уже достаточно высоко, и посмотрела вниз.
Дракон лежал на траве и смотрел на неё грустными глазами.
– Ну вот, и ты убежала, трусишка, – он сложил крайние головы крест-накрест, как люди складывают руки на груди, и стал похож на мальчишку, задремавшего за столом.
Попробовал бы кто-нибудь в посёлке так её обозвать! Но сейчас она подумала, что, может быть, зверь и прав. «Но нет, это не трусость, а разумная предосторожность!» – сказал бы папа. Девочке показалось, что он действительно это сказал. Она решилась заговорить:
– Ты – с неба?
– Да нет, я, пожалуй, наоборот – из земли.
Это было странно. Девочка думала, что огромная рука и это чудище как-то связаны. Она отважилась на следующий вопрос:
– А… А что ты обычно кушаешь на завтрак?
Зверя, похоже, осенило:
– Они думают, что я хочу их съесть! Ну как же я сразу не догадался! Дурьи мои башки!
Он вдруг разразился громовыми раскатами – видимо, это был смех – и повалился на спину, болтая ногами в воздухе. И сразу стал совсем не страшным.
Отсмеявшись, Дракон улёгся, заняв прежнюю позу:
– Нет, девочка, я не ем людей. И вообще никаких живых существ. А завтракаю я приблизительно так же, как дерево, на котором ты сидишь. Так как же всё-таки тебя зовут?
– Алёнка.
– Алёнка, – повторил Дракон. – Алёна. Красивое имя. От слова «алый», да? Как аленький цветочек. А меня иногда называли Дракоша.
На его средней морде проявилось подобие улыбки.
– Алёнка, я ничего не понимаю. Наверное, меня очень сильно стукнуло тогда, очень-очень давно… Я плохо помню… Было землетрясение. Со всех сторон падали камни, меня придавило к земле. Я не мог пошевелиться. Только лежал и смотрел вперёд, на узкую полоску света… Потом её постепенно занесло пылью и листвой, и стало темно… Так было очень долго… Сотни лет или тысячи. А сегодня ко мне просочились вода и свежий воздух, я вновь смог двигаться… Судя по всему, прошло ужасно много времени. Здесь у вас, видимо, драконы не водятся. И ни одного знакомого человека. А тут ещё с головами что-то: многие вещи не понимаю, многие не помню. Все ко мне относятся так, будто я страшный зверь какой-то. Ты случайно не знаешь кого-нибудь, кто бы мне помог?
Голос у чудовища был очень грустным.
Пока он говорил, Алёнка понемногу успокаивалась. Вид у зверя был ужасный, а пасти такие, что он спокойно мог бы перекусить её пополам. И очень странно было слышать из средней пасти человеческую речь. Но вёл себя Дракон так, как человек разговаривал бы с человеком.
«Если бы он хотел меня сожрать, то сделал бы это ещё ночью, – вдруг подумала девочка. – А ведь ему здесь очень одиноко».
Она почти ничего не поняла из рассказа Дракона, кроме главного – ему нужна помощь.
…И не заметила сама, как спустилась на землю. Зверь лежал так близко, что заслонял собой весь Лес. Алёнка протянула руку и потрогала его жёсткий бок, покрытый крупной серо-зелёной чешуёй. Ничего страшного не случилось.
– Кажется, я знаю, что тебе нужно, – сказала она. – Говорят, где-то на севере живёт баба Яга. Она злая, люди её боятся. Но она очень много знает. И звери её слушаются. Я думаю, она сможет…
В этот момент из леса донёсся крик:
– Где ты прячешься, Змей проклятый?! Выходи на битву!