Чтение онлайн

На столе, который я делила со своей коллегой по сменам, сиротливо стоял тот самый стаканчик с любимым рафом. Мне стало любопытно: позаботился ли Саша о том, чтобы напиток был свежий и горячий, ведь он прекрасно знал, когда именно я попала на работу, или… Маленький глоток отмел все сомнения. Плевать мой бывший хотел на такие детали, как мой комфорт. И только сейчас я начала осознавать, что у Саши все было именно так, для галочки. Ты хочешь, милая, цветы? Конечно, я тебе их подарю. Но совершенно не те, какие любишь ты. Ты хочешь посмотреть фильм дома? Без проблем. Но я хочу ужастик. Вышел новый! Закачаешься! Ему было безразлично, что такие фильмы я ненавидела всей душой. Ужасов мне хватало на работе. Да. Все было, как хотела я. Но с оговоркой на Сашины желания. Досадно, что дошло до меня слишком поздно.

Брезгливо проглотив холодный кофе, я прошла в уборную и без зазрения совести вылила в унитаз оставшуюся жижу. Сожалений по поводу напитка не было. А вот в отношении Саши эмоции были совершенно другие. Как же слепа я была.

Внезапно дверь в ординаторскую резко открылась, словно в нее врезался маленький ураган. На пороге, запыхавшись, стояла старшая медсестра. Лицо женщины было красным. Бежала она, что ли? На лбу выступили бисеринки пота. Господи, что могло случиться такого срочного, что она так неожиданно ворвалась в ординаторскую?

– Маруся!
– прокричала Станислава Степановна, глаза на лице, испещренном морщинами, взволнованно блестели.
– Машенька, детка! Выручай!

– Что случилось?
– сердце забилось, как сумасшедшее, что я невольно схватилась за грудь.

– У нас вызов срочный по скорой! Ехать надо! Там мужик какой-то важный! Главный рвет и мечет.

Поначалу на чистом адреналине я метнулась к своей сумке, схватила пальто и понеслась к двери, в которой маячила старшая. Однако совершенно неожиданная мысль вспыхнула в голове, подобно молнии.

А почему она пришла ко мне? Я была не первым сотрудником, который мог выехать по этому вызову. Да, допуск у меня имелся для работы на скорой помощи. Но до этого дня я ни разу не выезжала на вызовы. Так с чего старшая пришла именно ко мне?

– Станислава Степановна… - я резко остановилась, пробежав пару шагов.
– Вы уверены, что именно я должна ехать?

Женщина на мгновение растерялась. Она открывала и закрывала рот, пытаясь подобрать ответ. По какой-то причине внутри царапало сомнение. Что-то с этим вызовом было не так. Я нервно теребила ремешок сумки. Ненавидела ситуации, в которых не могла разобраться мгновенно. Эта была одна из таких. Но разобраться и проанализировать прямо сейчас возможности никто мне не дал.

– Маша! Да что ты думаешь?! Быстрее собирайся и спускайся в гараж! Ждут только тебя, - рявкнула она, «красиво» уходя от ответа. Я даже подскочила на месте. Где-то глубоко кольнуло чувство вины, что, и правда, трачу время попусту.
– А ну бегом в гараж! Там и фельдшер, и водитель уже пятую пачку сигарет скурили, пока тебя ждут!

– Да когда бы они успели, если вы ко мне только-только пришли?
– воскликнула я.

– Ну вот и не трать время попусту!
– едва не прокричала Станислава Степановна. В этот момент в моем кармане как раз начал вибрировать мобильный.

– Чего смотришь? Это фельдшер тебе названивает! Говорю же, ждут только тебя! Маша! Бегом!

И я сделала ровно то, что от меня требовали: рванула вниз изо всех сил на цокольный этаж, где стояли машины скорой. Старшая медсестра не обманула. Меня действительно ждали: водитель и фельдшер. Оба мужчины нервно ходили вокруг машины и единственное, что волосы на себе не рвали. Да что же это за вызов-то срочный?! Странности множились, как из рога изобилия.

– Мария Вадимовна, бляха-муха, мы вас заждались, - выкрикнул водитель, мужчина уже далеко за пятьдесят. Поседевшие волосы были безобразно всклокочены.
– Быстрее! По коням и на вызов! Еще одну минуту простоим и все вместе будем отдуваться на ковре у начальства… Если не похуже.

И только когда машина уже практически выезжала из гаража, а я восстановила дыхание после быстрого бега, в который раз за этот день задалась странным вопросом. Кто может быть хуже нашего шефа? Президент, если только. Хихикнула про себя. Ну уж к нему меня вряд ли бы направили.

– Что известно про пациента?
– пора было вникать в детали вызова.

– Вадим Аристархович Гронский.
– Кто-о-о? Брови взлетели вверх. Гронский? На кой черт один из значимых миллионеров Питера вызвал врачей обыкновенной городской скорой? Я не могла подобрать ни единой достойной причины. А больше всего меня волновал тот факт, что именно меня отправили к нему домой. Почему? Может ли это быть связано… с моим отцом? Хотя. Я не слышала про этого человека уже лет пятнадцать. Неужели у него хватило совести вспомнить о том, что у него есть дочь, когда он попал в неприятности? Во рту появилась горечь. Или это были фантомные ощущения. Ведь детская обида никогда не оставляет. Ребенок для любого родителя таким и остается всю жизнь. Я всегда пыталась понять: почему он бросил нас с мамой? Почему не посчитал меня настолько важной, чтобы хотя бы просто поддерживать отношения, интересоваться моей жизнью…

– Дальше, - скомандовала я, обрывая тягостные думы. Нужно было углубиться в задание. И я стала внимательнее слушать фельдшера, у которого были все детали по этому выезду.

– Жалобы: жжение за грудиной, сильная головная боль, заторможенность, нарушение координации, высокое давление, - в голове сложилась картинка диагноза. Только вот верилось мне в него с трудом. Ну да ладно, карета скорой уносила нас все дальше от Питера. Первое время водителю пришлось даже включить звуковой сигнал, поскольку утреннее время означало массовые пробки. Люди торопились кто куда.

Дом, куда мы должны были приехать, находился на закрытой территории фешенебельного поселка. Жили там весьма непростые персоны, имеющие значительную власть и силу. Поговаривали даже, что в основном контингент состоял из лиц, которые в лихие девяностые не чурались разными способами, чтобы разбогатеть. А теперь благополучно пользовались тем, что успели нажить, лишь с каждым годом приумножая это.

Стоит ли говорить о том, что на въезде в поселок охрана весьма скептично, если не сказать брезгливо осмотрела наш автомобиль. Мне так и хотелось воскликнуть: «Ребята, не поверите, я сама не понимаю, что забыла здесь. Но приказы не обсуждают, ведь так?» Связавшись с кем-то по рации, парни в военной форме неохотно все же пропустили нашу бригаду. Один из них даже соблаговолил сесть в навороченную темную «служебную» иномарку и проводить до нужной точки. Хотя особой необходимости в этом не было, поскольку точный адрес у нас был, а машина оснащена навигатором.

– Не хотел бы я тут жить, - неожиданно сказал Дима, мой фельдшер, пока мы из окна скорой рассматривали окрестности. А там было на что взглянуть. Дворики - один был ухоженнее другого. Дорогая брусчатка, галька на газон, аккуратно подстриженные кустарники и деревья: сколько же сил и денег уходило на уход за всем этим.

– Почему? Посмотри какое место. Ухоженные газоны. Чистые домики. Как будто сказочные. Говорят, у них тут и свои торговые центры, своя поликлиника, - я выделила это слово, заново удивляясь странному вызову, - парикмахерские. Ну, в общем-то все, что нужно для комфортной жизни.

– Это клетка, Мария Вадимовна, - умные серые глаза посмотрели на меня. Парень выплюнул эти слова.
– Не ведитесь на мишуру. У этих людей нет совершенно ничего человеческого в душе. Деньги, деньги, деньги. Им не нужны… Да ничего им не нужно кроме этого, - он махнул рукой. Я поняла, что здесь замешано что-то личное. Но с Димой мы хоть и были знакомы, но все же близкими друзьями не были. А поэтому мне показалось излишне лезть к нему в душу.

– Тут не вдохнешь полной грудью, - глядя в окно, глухо продолжил он. Я же мышкой сидела и не знала, как поступить: то ли напомнить парню о своем присутствии, то ли лучше не перебивать.
– Везде нужно быть начеку. Вот тебе улыбается сосед или соседка, а потом возникают проблемы в той или иной сфере жизни. Они все здесь искусственные, - в голосе Димы звучала затаенная грусть или… я бы даже сказала, обида. Что же у тебя случилось, мальчик? Он был гораздо младше меня. Работать фельдшером разрешалось студентам, начиная с четвертого курса медицинского университета. Такая вот подготовка ко «взрослой» жизни.