Чтение онлайн

Он расспрашивал меня о самом простом: что мне нравится, какой запах я люблю, какая еда вызывает у меня улыбку, где я чувствую себя в безопасности. А я, сначала немного смущённая, потом всё свободнее, рассказывала — и про книги, и про чай с корицей, и про то, как люблю, когда кто-то трёт носом о мою шею, хоть это и глупо. Он слушал внимательно, чуть улыбающийся, и даже не пытался перебивать, только кивал и запоминал.

Потом мы дошли до воды, и, разумеется, я не удержалась — брызнула в него. Он отплатил тем же, и в следующую секунду мы уже смеялись, как дети, играя в воде, забыв обо всём. Я была вся мокрая, платье прилипло к телу, волосы растрепались, но мне было всё равно — потому что рядом был он, и потому что мне было с ним хорошо.

Мы выбрались на берег, вытирая руки о траву, и пошли обратно к дому, босиком, не торопясь.

И тут на крыльце появилась Мариса.

Она заметила нас, и её взгляд сразу опустился вниз — на наши сцепленные руки. Я почувствовала, как Ис чуть сильнее сжал мою ладонь. Мы остановились, и она — тоже. Несколько секунд смотрела, молча, странно скривившись, будто что-то разрывалось внутри, а потом резко развернулась и убежала в дом.

Я нахмурилась и повернулась к Ису:

— Что с ней?

Он выдохнул, медленно, чуть опустив плечи:

— Ей непривычно видеть меня с кем-то. Он посмотрел в сторону, где исчезла Мариса. — И Томрин тоже последнее время не уделяет ей много внимания. Она привыкла, что с ней все носятся, что она «наша маленькая девочка». А я… я всё детство её оберегал. Понимаешь?

Я кивнула.

— Наверное, я немного перестарался, — продолжил он. — Она стала воспринимать это как должное. И теперь… ведёт себя не всегда хорошо.

— Ревнует?

— Возможно. Или просто… растерялась. Впервые в жизни она не в центре внимания. И не знает, что с этим делать.

Я сжала его руку чуть крепче.

— Поговоришь с ней?

Он кивнул, но глаза его всё ещё были устремлены туда, где скрылась Мариса.

— Поговорю. Только чуть позже. А сейчас… можно я просто побуду с тобой?

Я улыбнулась. — Конечно можно.

И мы пошли дальше — медленно, в тишине, и только ветер играл в наших переплетённых пальцах.

Мы шли обратно к дому неспешно, рука в руке. Ис всё ещё держал мою ладонь, иногда мягко поглаживая большим пальцем, будто не хотел отпускать. И, если честно, я не хотела, чтобы отпускал.

У двери он остановился, на секунду замешкался, потом чуть наклонился, как будто собирался что-то сказать, но передумал. Его взгляд скользнул по моим губам, и я почувствовала, как внутри всё сжалось от предвкушения.

— Можно?.. — пробормотал он, и в этом одном слове было столько неуверенности, что я улыбнулась уже только от этого.

Но он не стал ждать. Просто осторожно потянулся и поцеловал меня. Медленно, мягко, с таким вниманием, будто боялся меня спугнуть. Я не отстранилась. Мне было хорошо. Это действительно было похоже на настоящее свидание. Настоящее чувство.

Я едва успела открыть глаза, как за моей спиной послышался голос:

— Милота какая.

Я резко повернулась. В проёме стоял Томрин — руки скрещены на груди, выражение лица выдержанно-саркастичное.

— Но, боюсь, — сказал он, не отводя от меня взгляда, — свою жену я забираю.

Он кивнул Ису, улыбнувшись с наигранной вежливостью:

— Пока-пока. Увидитесь завтра.

Я рассмеялась, потому что невозможно было не рассмеяться. Это было… по-домашнему. Тепло. Ис слегка поклонился и тоже улыбнулся:

— Спокойной ночи.

Томрин проводил меня до спальни, закрыл за нами дверь и развернулся с видом человека, который только что выиграл войну.

— Сегодня моя очередь. Я всех растолкал. И это не подлежит обсуждению.

Он подошёл ближе, коснулся моего лица, и я почувствовала, как с меня сползают остатки напряжения, оставшиеся после всего пережитого. Мы легли в постель, и он сразу же обнял меня, уткнулся в волосы и тяжело выдохнул. Я закрыла глаза, прижавшись к его груди, и с этим ощущением — тепла, безопасности, нежности — заснула.

И уже на грани сна подумала, что, наверное, в моей жизни начался светлый период. Очень тихий. Очень тёплый. И что-то внутри меня впервые за долгое время позволило себе радоваться.

***

Прошло ещё несколько дней. Я всё больше чувствовала, как между мной и Исом что-то складывается.

Он подходил ближе, чем раньше. Обнимал сзади, легко касался плеча, задерживал руку на талии, когда я что-то говорила. Он уже не спрашивал, можно ли поцеловать меня — просто делал это. И я ему не мешала. Более того — я ждала каждый новый поцелуй.

Это было естественно. Мягко. Ласково. Как настоящие отношения. И не важно, что начались они с секса.

Я видела, как остальные это замечают. Кто-то подшучивал. Кто-то фыркал. Но никто не лез.

Прошло несколько дней, и я вдруг поймала себя на мысли, что мы сделали гораздо больше, чем могли мечтать.

Во-первых, мужчины наконец-то определили радиус, в котором открывается портал. Они часами возились с картой, чертили, замеряли, рисковали, закрывали дверь, снова открывали — и с каждым разом приближались к разгадке. Портал был нестабилен, но не хаотичен. Он открывался в пределах одной местности, просто каждый раз — чуть в другом месте. Это было важное открытие. Пусть не полное, но уже давшее нам свободу.

Во-вторых… моя метка.

Она оформилась почти полностью — на восемьдесят процентов, по словам Талмера. Ещё чуть-чуть тускловатая, не до конца насыщенная, но связь с мужчинами уже ощущалась ясно, пронзительно, глубоко. Я чувствовала их эмоции, как свои — и, кажется, они чувствовали моё сердце тоже.

Кайрен просто расцвёл. Он летал каждый день. Парил над лесом, взмывал к облакам, крутился в небе с радостным рыком, от которого дрожали стёкла. Пару раз он даже рискнул — просил закрыть за ним дверь, чтобы проверить, насколько далеко может быть точка выхода. Он оказывался в разных частях той же местности, но всегда возвращался, довольный и сильный. Он — дракон. Ему море по колено. Или небо — по чешую.

Ферма стала нашим временным убежищем. И, что особенно ценно, здесь никто не чувствовал себя рабом. Слуги держались на расстоянии. В доме были только мы. Мужчины вели себя иначе. Легче. Открытей. Смеялись чаще. Обнимали крепче. Смотрели… так, как будто я была не их хозяйкой, а их смыслом жизни.

Мы продолжали эксперименты с порталом, с артефактами, с магией. Но в промежутках — просто жили. Проводили вечера на веранде. Готовили еду. Спорили, кто из них умеет готовить лучше. Я смеялась до слёз, когда Томрин и Мэй устроили битву за сковородку. И всё это — рядом со мной. Для меня. Ради меня.