Чтение онлайн

— Боже мой! Так Мартина тоже похитили?

В словах священника прозвучала неподдельная печаль.

— Да. Вы не знаете почему?

Форнес, как истинный галисиец, помедлил с ответом. Он понимал, что, если скажет что-то лишнее, ему придется несладко.

— А вы? — пробурчал он. — А вы-то что думаете? Вы считаете, что ее похищение как-то связано с этим знаком?

— Или с ее работой в Портике Славы. Не знаю. Может, вы заметили что-нибудь подозрительное в последние дни. Какие-то необычные действия сеньоры Фабер во время работы. Все, что угодно. Ваша наблюдательность может нам помочь, — улыбнулся он. — По крайней мере, точно поможет Хулии.

Мужчины прошли дальше, чтобы укрыться в соборе. Форнес открыл одну из служебных дверей большим железным ключом, и они вступили в небольшой коридор. Их шаги по каменному полу отдавались гулким эхом. Старик мелко семенил впереди, открывая одну за другой старинные двери, украшенные изображением апостола Иакова.

— Что вы можете сказать мне, инспектор, о людях, увезших Хулию? Вы знаете, я так хорошо отношусь к этой девушке…

— Не много, честно говоря. Знаю только, что их ищет половина планеты.

— Ах вот как?

— Делом заинтересовались Соединенные Штаты.

— Логично… — проворчал Форнес, открывая последнюю дверь, на которой красовался Иаков — победитель мавров, раздающий направо и налево удары мечом в битве при Клавихо. — Ведь Мартин — американец.

Дон Бенигно нашарил выключатель, направился, шаркая ногами, к огромному дубовому столу и уселся за него.

— И это все? Вам больше нечего сказать об этих людях?

Фигейрас впервые за все это время ощутил тревогу. Настоятель положил руки на стол, словно ждал, что инспектор передаст ему некий предмет.

— На самом деле, есть, — уступил он. — Кажется, что они исчезли по вине каких-то камней. Это не драгоценности, но, по-видимому, для некоторых представляют большой интерес. Кроме того, они, так или иначе, связаны еще с одним символом.

— Еще одним символом, инспектор?

— Ну да! А поскольку вы эксперт в подобных делах, — продолжал Фигейрас, — может, вы взглянете и сможете подсказать мне, в каком направлении действовать.

— Я могу посмотреть?

— Естественно.

Фигейрас порылся в карманах плаща, стараясь что-то нащупать. Наконец из одного кармана он достал блокнот, раскрыл его на странице с рисунком, скопированным в доме ювелира Муньиса, и протянул его священнику. Это был какой-то иероглиф с рогами в виде месяца и лапами, похожими на перевернутую цифру три.

— Вы не в курсе, что это может означать?

Настоятель схватил блокнот и с величайшей серьезностью стал изучать каракули.

— Мм… Это похоже на каменный знак, — пробормотал он. Его глаза жадно впились в рисунок.

— Каменный знак, ясненько… — В голосе инспектора прозвучала нотка разочарования.

Форнес предпочел не придавать этому значения.

— Подобные знаки — это старинные клейма неясного происхождения, инспектор, — продолжал он. — Они, вне всякого сомнения, появились в доисторические времена и могут насчитывать от четырех до десяти тысяч лет. В Галисии их необычайно много. Возможно, больше, чем где-либо в Европе. Если они найдены на скалах в чистом поле, их называют петроглифами, а если обнаружены в церкви, как эти, то классифицируются как клейма каменщиков. Самые известные из них находятся в Нойе. Вам они знакомы?

— В Нойе?

От настоятеля не укрылось изумление Фигейраса.

— Там хранится самая крупная в мире коллекция средневековых надгробных плит с надписями. И на многих есть такие же знаки, как этот. Подойдите. Я вам покажу.

Форнес наклонился к книжным полкам, закрытым двумя деревянными створками. Сняв маленький ключ со связки на поясе, он открыл замок. Перед ним на стол лег огромный фолиант, украшенный старинными гравюрами.

— Хотя никто доподлинно не знает, являются ли эти рисунки буквами, идеограммами или схематическими изображениями каких-то предметов, весьма показательно то, что подобные знаки никогда не высекались на светских зданиях, — говорил он, листая том. — Это доказывает тот факт, что речь идет о неких священных символах, хотя найденные в церкви Санта-Мария в Нойе выходят за рамки всех канонов, уж поверьте мне. Смотрите.

В книге, выбранной настоятелем, фигурировал целый сонм странных картинок. Они казались каракулями, топорно составленными из крестиков и кружков. Точно так же, как и рисунок Джона Ди. Инспектор изучил их, пребывая в уверенности, что все это должно что-то значить, хотя он и не мог понять, что именно.

— А известно, для чего служили эти штуки? — пробормотал он рассеянно, перелистывая страницы, заполненные похожими рисунками.

— Нет. Никому до сих пор не удалось представить сколь-нибудь убедительную версию, инспектор. У каждого историка есть своя гипотеза, и у меня, само собой, тоже.

— Правда? И какая же?

— Эти сложные знаки, такие как круг с точкой в центре, неоднократно повторяющийся, связаны с историей родов. Они могли быть чем-то вроде примитивной геральдической символики. Своего рода клейма для маркировки скота, и их происхождение опять же возвращает нас в древнейшие времена.

— Ну, это слишком расплывчато.

— Вы правы. Но тут нечего добавить.

— А тот, который я вам показал? — вымолвил он. — Вы знаете, какому роду он мог принадлежать? Или хотя бы к какой эпохе? — Фигейрас с надеждой взглянул на священника, закрывая книгу.

— Полагаю, мне ясно, куда вы клоните своими вопросами, инспектор. Но боюсь, этот путь заведет вас в тупик.

— Но все-таки вы его узнали или нет? — настаивал тот.

— Столь заинтересовавший вас знак — это переработанная версия более древнего, который хранится в Нойе. Это уникальный раритет. И поэтому мы о нем почти ничего не знаем. Если вам это поможет, то там считают, что он изображает патриарха Ноя.

— Ноя?

Настоятель вновь прищурился, испытующе глядя на собеседника.

— А знаете, я теперь думаю: наверное, вы правы в том, почему чету Фабер увезли в Турцию.

— Я прав? В чем прав?

Отец Форнес совсем отчаялся. Инспектор был и вправду непроходимо глуп.

— Вас не учили в школе, что Ной пришвартовал свой знаменитый ковчег к самой высокой горе в Турции? Вы что, никогда не слышали о горе Арарат, инспектор?

— Мне никогда не нравились уроки Закона Божьего, падре.

Планы Даниэля Найта осуществлялись с неукоснительной точностью.

Как и предполагалось, он пришел будить нас незадолго до рассвета. Крайне любезно англичанин попросил надеть приготовленное им альпинистское снаряжение и сообщил, что через полчаса будет ждать нас за завтраком. Мы с Эллен подчинились без лишних пререканий. Все еще заспанные после долгих бесед в нашей импровизированной келье о религии «карго» и природе ангелов, мы облачились в плотные термокомбинезоны — с добавлением свинцового волокна, как гласила этикетка, — толстые шерстяные носки и тяжелые горные ботинки, а затем проследовали за ним.