Чтение онлайн

– Это та девушка, о которой вы говорили?

– Да, – кивнул головой Никитин и протянул мне ладонь, помогая подняться на дрожащие ноги.

– Здравствуйте, – пролепетала, понимая, что снова начинаю отчаянно трусить.

– Добрый вечер. – располагающе улыбнулся гипнолог. – Варвара, если я не ошибаюсь?

Я растерянно кивнула.

– Меня зовут Валентин Петрович. Проходите в кабинет, Варвара. Иван Сергеевич?

– Я буду за дверью. – блондин едва заметно сжал мои пальцы в знак поддержки и отпустил, подталкивая в сторону открытой двери. – Если что, сразу зовите меня.

Доктор понимающе кивнул и первым двинулся в кабинет. А я собрала последние остатки воли, сжала кулаки и двинулась следом за ним, понимая, что пути назад теперь точно не осталось.

Стандартные вежливые фразы профессора располагали к себе, но нервничать я начинала все сильнее. Доктор максимально простыми фразами пытался объяснить мне, как будет проходить сеанс, и что мне нужно делать. Я понимала, что он говорит очень важные вещи, но не могла сосредоточиться на голосе профессора. Краем глаза косилась на высокое почти полностью разложенное кресло-кушетку с крупным валиком под голову.

– Что ж, – улыбнулся наконец Валентин Петрович. – Я вижу, оно притягивает ваш взгляд, Варвара. Разувайтесь и ложитесь, пожалуй, нам стоит перейти от скучной теории к практике.

В голове раз за разом крутились слова Ивана о контроле. Они обнадежили меня там в коридоре, но теперь в душу закрались подгоняемые страхом сомнения. Он бы не стал мне врать, верно?

Успокойся, Варя. Просто ложись. Чем дольше ты с этим тянешь, тем тебе же сложнее.

Кушетка оказалось удобной не только на вид. Лежать на ней было так же комфортно, но я все еще не могла расслабиться.

– Варвара, – баритон профессора успокаивающим потоком лился в уши: – Прежде, чем начнем, я хочу напомнить вам: в любой момент вы сможете остановить сеанс. Для этого вам стоит приложить лишь минимальное усилие воли. Ваша осознанность никуда не исчезнет, контроль ситуации находится полностью в ваших руках. Я лишь собака-поводырь, которая попробует указать вам дорогу, но хозяйка все еще вы. Понимаете.

Я кивнула и закрыла глаза.

Я снова здесь. Снова чувствую теплый песок под босыми ногами, снова вдыхаю прелый запах и слышу шум ветра в крепких ветвях. Только теперь все не так, как было раньше. Я сама сюда пришла, добровольно. Я больше не чувствую, что не могу подчинить себе тело. А еще, я отчетливо слышу голос профессора, который принадлежит иному миру, и именно за ним я иду.

– Иди вперед, не бойся. – его мягкий баритон теряется в ветренном шепоте зеленой листвы. Эти два звука сплелись так сильно, что как только я пытаюсь сконцентрировать внимание на голосе, тут же начинает казаться, что я не слышу его, а чувствую кожей, которую греет теплый ветер. Он повсюду. Я в его коконе. Я защищена.

От этого становится легче. Я смело сжимаю кулаки и шагаю вперед по знакомой тропинке. Снова слышу все тот же заливистый смех, но на этот раз никто не держит меня за руку, а ноги подчинены мне. Захочу – пойду дальше. Захочу – остановлюсь.

– Иди вперед. Ты должна прожить все, что позволяет память. – продолжает литься голос доктора: – Смотри вокруг внимательно. Ты можешь заметить вещи, которые не замечала раньше. Дыши. Сделай еще один глубокий вдох. Еще раз.

Я послушно набираю полную грудь воздуха. Это очень странно, я знаю, что не нахожусь здесь на самом деле, но все равно чувствую запах леса и влаги.

– Не бросайся в подсознание с головой. Ты должна быть готова пересечь эту грань. Сначала просто дойди до черты. До последнего момента, который ты помнишь.

Слух снова улавливает щелканье метронома, которое давно потерялось. Я насчитала десять ударов, после чего звук снова пропал, а картинка вокруг стала ощутимо ярче. Мысленно удивляясь собственной смелости, я снова шагаю вперед.

Смех становится громче, а я вдруг понимаю, что еще так сильно отличается: каждый раз в своем сне я маленькая девочка, а сейчас настоящая, взрослая. А та малышка плещется у берега и звонко хохочет прямо передо мной, будто другой человек. Странно, кажется, что она совсем рядом – стоит только протянуть руку, и я смогу дотронуться до влажных кудрей, но почему-то её образ расплывается будто желе, хотя все остальное вокруг по-прежнему четко и ярко.

Я ступаю ей след в след и вот уже щиколотки ласкает теплая вода, а между пальцев ног забивается скользкий ил.

– Где ты?

– Я дошла. Еще чуть-чуть.

Я точно знаю, что говорю вслух. Я открываю рот, но не раздается никаких звуков. Их нет в этом мире, но в том доктор меня слышит и спешит предупредить:

– Подожди немного. Вдохни. Выдохни. Еще глубже. Постарайся дышать так глубоко, чтобы в груди стало больно.

Я послушно выполняю все приказы, но все равно чувствую приближение страха. Словно повторяя бурю внутри меня, вокруг поднялся ветер. Смех стих. Я даже не поняла, как оказалась на середине озера, всего в шаге от спины маленькой испуганной девочки. Я стою позади, а за нами из знакомой черной бездны наблюдают все те же глаза. Секунды и раздается такой знакомый булькающий голос:

– Спаси… Спаси меня…

Все начинает идти не так, как раньше. Я специально делаю это: девочка с визгом бросается к берегу, а я, умирая от страха, кидаюсь вперед. Я хочу нырнуть в чертов омут, хочу схватиться за тонкое запястье, что тянется ко мне, но лоб врезается в невидимую стену.

Мне не больно, но накрывает чувство безысходности и отчаяния. Я не могу ничего сделать и кричу.

– Варя, на раз, два, три, ты выдохнешь и медленно откроешь глаза. – голос доктора становится тверже, но его едва слышно в разбушевавшемся ветре: – Слышишь меня?

– Нет! – мотаю головой. – Нет, подождите!

Снова бросаюсь вперед, но чертова стена стоит посреди озера и не желает меня пропускать. Будь я в реальном мире, то наверняка уже содрала бы в кровь кожу с кулаков и лба, так сильно я бьюсь в нее.

– Пожалуйста, я хочу вспомнить! – кричу, насколько хватает силы.

– Варя, я начинаю отсчет.

– Нет! – я не понимаю, что говорю. Пряди болезненно бьют по щекам, а сердце отчаянно колотится в висках.

– Четыре.

– Нет, пожалуйста!

– Три.

Мир вокруг пошел рябью. Краски побледнели, а вода будто превратилась в переваренный холодный кисель. Я падаю, а потом снова вскакиваю на ноги, но меня засасывает. Стена будто бы становится все толще и теперь ее можно даже увидеть.

– Два. Варвара, я скажу «раз», и вы возвращаетесь в реальность.

– Нет!

– Раз.

Все пропало. Я распахнула глаза и, тяжело дыша, подскочила на кушетке. Тело трясло, щеки жгли слезы, а мышцы сводило болезненное напряжение.

– Варвара, выпейте, – Валентин Петрович протянул стакан воды, но я с силой оттолкнула его руку, слабо соображая, что творю.