Чтение онлайн

– Значит, вам нужен стабилизатор-поглотитель магического резонанса? – выдавил он.

– Понятия не имею, как это называется, – честно ответил Себастьян. – Мне сказали, что нужна заглушка.

Юноша вытащил из-под стойки большую шкатулку красного дерева и принялся в ней рыться. Положив на стол несколько странных вещичек, похожих на причудливые плетения из тонкой серебристой проволоки, он задумчиво осмотрел их, выбирая, затем протянул клиенту один из предметов.

– Восемнадцать таллов, – сказал он. – Это нужно прикрепить сзади к… м… портрету. Рядом с вами стоит пузырек с клеем, будет держаться крепко.

– А может, вы сами прикрепите, а то я не знаю… – начал было Себастьян, но продавец решительно покачал головой.

– «Этвеш» не имеет дела с темной магией, а ваш артефакт ею пропитан. Крепите сами и забирайте портрет. Должен предупредить, что я обязан буду сообщить об артефакте.

– Не стоит труда, – перебил его Себастьян, – я уже имел беседу с представителями закона и сейчас как раз направляюсь в отдел магозащиты.

Он обмакнул кисточку в пузырек с клеем и мазнул по обратной стороне портрета. Потом приложил серебристую плетенку и слегка прижал. Прозрачный клей мгновенно схватился. Через секунду оторвать амулет от портрета можно будет только вырвав «с мясом» кусок холста.

– Ну, дядюшка, – осторожно спросил Себастьян, – как ты себя чувствуешь с этой заглушкой? Появились какие-то новые ощущения?

– Никаких! – отрезал господин Биллингем.

– Магические поглотители «Этвеш» абсолютно нейтральны! – гордо заявил продавец, по-прежнему держась на расстоянии.

Хрустальные пирамидки прекратили светиться и мигать, и он вздохнул с явным облегчением. Себастьян полез в кошелек и принялся отсчитывать деньги.

– А вы не знаете, – как бы между прочим спросил он, – к кому стоит обратиться по такому поводу?

Юноша покачал головой.

– Я могу сказать точно, что наша фирма за это не возьмется: мы дорожим своей репутацией. Обратитесь в лавки на улице Симона. Вот ваша сдача, – добавил он, пододвигая несколько монет и прямоугольный кусок белого картона с серебряным обрезом, – и сертификат о покупке. Желаю вам успеха в поисках.

Себастьян покинул магазин и направился через площадь, уверенный, что юноша наблюдает за ним через окно.

Отдел магозащиты располагался в отдельно стоящем здании, необычно воздушном и элегантном. Оно больше подошло бы музею изящных искусств, а не цитадели, защищающей обывателей от магов.

На входе Себастьяна вежливо попросили сообщить цель визита, Себастьян ткнул пальцем в портрет и пояснил – «регистрация артефакта». Охранник понимающе кивнул головой и назвал номер кабинета.

Оказавшись внутри, молодой человек задумался: стоит ли сразу регистрировать портрет, или лучше сначала заявить о магическом нападении на Асти? В итоге, он решил сначала разобраться с формальностями – пять лет общения с бюрократами всех уровней в Ареццо приучили подходить к решению серьезных вопросов только имея на руках все необходимые бумаги – должным образом заверенные и как минимум в трех экземплярах.

Кабинет под номером двести два, где, как ему пояснили на входе, проводили регистрацию, оказался заперт: под табличкой с именем «Сержант Биндер» к двери был пришпилен кусочек картона с надписью «Обеденный перерыв с 12-00 до 13-00». Молодой человек в очередной раз помянул добрым словом свое потрясающее везение, но, поскольку с несправедливостью судьбы все равно не поспоришь, устроился на подоконнике и приготовился ждать еще двадцать минут.

Скуку скрашивало брюзжание дядюшки Ипполита, который решил воспользоваться моментом и провести воспитательную работу с племянником, в который раз указав на его неорганизованность и безответственность. Господин Биллингем никогда не позволял себе планировать визиты в серьезные учреждения, не узнав часы их работы заранее! Себастьян кивал, всем своим видом показывая абсолютное согласие со словами старшего родственника и полное признание своей вины. В конце концов, для Ипполита Биллингема наличие реакции аудитории всегда было условием желательным, но не обязательным.

Наконец на лестнице послышались шаги, и в дальнем конце коридора нарисовалась невысокая фигура спасителя – возвращающегося с обеденного перерыва хозяина кабинета двести два. Сержант Биндер шел неторопливо, что-то насвистывая под нос, а в руке нес объемистый пакет с пирожками, пахнущими так, что даже у плотно позавтракавшего Себастьяна засосало под ложечкой.

– Вы ко мне? – спросил Биндер.

Получив ответное «да», сержант отпер кабинет и впустил посетителя. Кабинет был маленьким, на столе, подоконнике, стульях стояли и лежали разнообразнейшие предметы, назначение большинства из которых Себастьяну было неизвестно. Ко всем предметам были привязаны картонные либо металлические бирки с инвентарным номером.

Пока Себастьян устраивался на стуле и обдумывал, с чего бы начать, хозяин достал из ящика стола пять кип бумаги разного цвета и разложил перед ним. Потом невозмутимо открыл сейф в углу, положил туда пакет с пирожками и запер, не забыв набрать шифр.

– Заполняйте, – указал господин Биндер на формуляры.

– Всё? – на всякий случай уточнил Себастьян, прикидывая, что дело грозит затянуться до вечера.

– Только верхние листы, – утешил его сержант. – Записи оттуда копируются магически. Очень удобно, когда нужно несколько экземпляров документа.

Себастьян криво усмехнулся и про себя пожалел, что у него не было таких волшебных тетрадок в Ареццо, чтобы подсунуть их Талю Дженро, отличнику курса. Таль не жадничал и всегда делился конспектами лекций, но переписывание занимало столько времени!..

– Простите, – прервал он заполнение форм, – а что значит «тип артефакта»?

– То и значит, – пожал плечами Биндер. – Назначение артефакта: следящий, охранный, декоративный… Что он делает?

– Вообще-то, ничего, – осторожно сказал молодой человек. – Разговаривает только.

– Тогда ставьте галочку напротив «декоративного».

Молодой человек скосил глаз на дядюшку, ожидая его реакции на такое определение. Насколько он знал любимого родственника, тот подобное оскорбление ни в коем случае не оставит без внимания. Однако нарисованный господин Биллингем молчал, переваривая услышанное.

Заполнив все формуляры, Себастьян пододвинул их к сержанту. Тот извлек из другого ящика уже знакомый юноше жезл со светящимся кристаллом, провел над портретом и хмыкнул под нос: «Ого, восьмой уровень!». Затем поставил в формулярах непонятные закорючки и расписался внизу, а Себастьяну отдал копию каждого, заверив личной печатью. Последним штрихом в процессе регистрации стала еще одна печать: Биндер чуть ли не с благоговением извлек ее из резной шкатулочки, капнул на обратную сторону портрета тягучей темно-золотистой жидкости, которая сразу же принялась застывать, и поставил на ней аккуратный оттиск.

– Теперь все, – сказал он. – Всего доброго.

Вот так просто, почему-то разочарованно подумал Себастьян, заполнил несколько бумажек, расписался, поставили печать – и свободен. Странная какая-то магия. Бюрократическая.

– Скажите, – спросил он, задержавшись у двери, – а к кому мне обратиться по поводу магического нападения?

– Первый этаж, конторка у лестницы, – ответил сержант.

В коридоре Себастьян чуть не столкнулся с внушительной дамой, живо вызвавшей в памяти прослушанный курс о воинственных варварских племенах и их культе Великой Воительницы. Во всяком случае, швабру в руке она несла с такой же опасной уверенностью, как Великая Воительница – свое копье, а уже на лестнице до него донесся голос дамы, требующей у сержанта Биндера немедленно покинуть кабинет для проведения влажной уборки и нейтрализации излишков магии.