ЗАЧАРОВАННЫЕ
Шрифт:
Он настолько ужасен, что она бежит, бежит со всех ног… но ноги прилипли к полу. Она стоит на месте, не в силах двинуться, не в силах просто пошевелиться.
А за ее спиной звучат шаги. Неотвратимые, тихие, страшные шаги Того, Кто за Спиной…
– Сэм, ты проснулась?
Голос Томми Каннагана, брата Шерри, ворвался в сон Саманты, развеял мрак, и она села в кровати, вся дрожа и натягивая на обнаженную грудь одеяло.
Сон был настолько реален, что девушка невольно посмотрела на соседнюю подушку, словно ожидая увидеть там спящего Рональда Гранта.
– Вставай, соня!
– раздался голос из-за двери.
– Томми, что ж ты так голосишь! Еще рано…
– Вообще-то уже половина десятого, так что могу голосить с чистой совестью. Тебя к телефону.
– Кто?
– Высокий блондин, синие глаза, служил на Востоке, у него есть спаниель, хромающий на правую заднюю лапу…
– Томми-балаболка.
– Хорошо, хорошо. Просто незнакомец. Я его раньше не слышал. Подойдешь, или сказать, что ты спишь?
– Иду.
– Давай. Мама блинчики печет, так что не болтай долго.
Она завернулась в пушистый халат и побрела к телефону.
Голос Рональда Гранта окончательно разбудил Саманту, и она замерла у телефона, испытывая странное удовольствие, почти блаженство при звуках этого низкого голоса.
– Доброе утро, Саманта. Надеюсь, не разбудил?
– Нет. То есть да, но это неважно. Пора вставать. Что-то случилось?
– Я узнал о том, что произошло вчера ночью с вами и мисс Каннаган.
– В Бен Блейре новости расходятся со скоростью света. Вернее, звука.
– Особенно плохие новости. Вы в порядке?
– Я - в полном, но вот Шерри, боюсь, нет. Я еще не видела ее сегодня утром, но вчера она была в ужасном состоянии.
– Мне жаль слышать это.
– Вы позвонили только, чтобы узнать про вчерашнюю ночь?
– Не только. Мне нужно с вами увидеться.
– Я планировала приехать во второй половине дня, а то и завтра. Мне нужно сделать кое-какие расчеты…
– Я хотел бы встретиться с вами сегодня утром.
– Хорошо, во сколько?
– Когда вы будете готовы?
– Я еще даже не одевалась и не завтракала.
– Давайте позавтракаем вместе? Я пришлю Дика за вами.
И это отшельник, живущий во тьме? Позавтракать вместе? Чудны дела твои, Господи…
– Пожалуйста, Сэм, мне необходимо вас увидеть.
Его голос действовал на нее потрясающе. Большего Рон Грант не мог бы добиться, даже схватив Саманту обеими руками за шиворот.
– Я, пожалуй, могла бы…
– Отлично! Через сорок минут Дик будет у вас.
И повесил трубку, ведьмак несчастный. Саманта Джонс стояла у телефонного аппарата с блаженной улыбкой на лице. Что ей мнение всего Бен Блейра. Что ей предупреждение Джона Мейза. Она хочет увидеть Рональда Гранта немедленно. Собственно, она этого хочет со вчерашнего вечера.
– Что за типчик?
– А? Томми-балаболка, любопытство погубило кошку!
Вполне возможно, что эта поговорка относится и к ней самой, но Саманте очень не хотелось рассказывать Томми, кто этот таинственный незнакомец.
День и без того не блистал, в прямом смысле слова, но даже если бы солнце и пробилось сквозь тучи, в Замок-на-Холме ему было не прорваться. Тяжелые портьеры надежно преграждали путь солнцу.
Свет давали два канделябра, расположенные по углам комнаты.
Рон Грант метался по темной комнате, ломая руки и не замечая этого.
Он мог потерять ее навсегда! Из-за этого чудовища он мог никогда больше не увидеть лучистые зеленые глаза Саманты Джонс.
Ее тело могли найти мальчишки на велосипедах, изломанное, забросанное грязью и ветками, истерзанное тело женщины, которую он хочет…
И тогда он не смог бы никогда в жизни прикоснуться к ней, провести по шелковистой щеке пальцами, прижать ее к себе, ощутить трепет желания в прекрасном теле рыжеволосой красавицы…
Ты и так никогда его не ощутишь, чудовище. Урод, почти вдвое старше нее, псих и отшельник, ты никогда не будешь с ней.
Но я могу ее видеть. Могу слушать ее голос. Смех. Могу стоять рядом и вдыхать запах ее волос.
А когда не смогу больше выносить это… Что ж, тогда все и закончится.
И не будет больше Саманты Джонс.
– Эгей, есть кто дома?!
Звонкий голос прорезал тишину замка. Рон вздрогнул, едва не ринулся к дверям, но взял себя в руки.
Как она похожа на Белинду - и все-таки совсем другая.
Белинда была совсем девочкой - Саманта прекрасна настоящей женской красотой. Белинда была высокой и худенькой, у рыжей Саманты тело настоящей женщины…
Желание острой болью пронзило все его тело, и Рон замер у каминной полки, до боли сжав кулаки в карманах. Он будет спокоен. Как всегда.
– Доброе утро, Саманта. Добро пожаловать в Замок-на-Холме.
Она пыталась бороться со страхом, но это плохо получалось. Странно, сюда она ехала в прекрасном настроении, а вот сейчас боится.
В комнате было очень темно, неестественно темно, словно даже свечи боялись гореть по-настоящему. Огонь в камине слабо мерцал, а на черном ковре перед камином сидел Черный Человек, Рональд Грант, сидел и смотрел на пламя, упорно не поворачиваясь к Саманте правой стороной.
Смутно белел накрытый стол, от прикрытых крышками блюд доносился аппетитный запах, но Саманта расхотела есть еще несколько минут назад, когда Дик Мортон, проводивший ее до дверей, с поклоном удалился прочь и его шаги затихли вдали.
Одна наедине с доктором Грантом в самом сердце каменной крепости, к которой по доброй воле не приблизится ни один из обитателей Бен Блейра, будь он проклят, этот городишко, вымотавший ей все нервы…
– Надеюсь, вы голодны, Саманта?
– Не уверена, что смогу съесть хоть кусочек.
– Почему? Дик отлично готовит завтраки в отсутствие миссис Бленчли.
– Дело не в еде. Дело в вас. Вы опять в темноте. Здесь… я почти не вижу вас.
– Простите меня, мисс Джонс, но я так привык. Строго говоря, в этих комнатах даже электричество не проведено.