Чтение онлайн

– Я так счастлив, что ты приехала, – сказал он, истолковав ее присутствие как знак согласия, и лучезарно улыбнулся ей.

– Макер, я… Ты получил мое письмо?

– Твое письмо? Какое письмо?

Она пристально посмотрела ему в глаза, пытаясь понять, прикидывается он или нет.

– Ты отправила мне открытку? – засмеялся он, радуясь встрече. – Зачем писать, когда мы можем поговорить друг с другом. Знаешь, здесь нет женщины прекраснее тебя, Анастасия.

– Спасибо, – глухо проговорила она.

– Ты обещаешь мне первый танец?

Она просто кивнула в ответ.

– Ладно, нам пора, – сказал Макер, – сейчас все начнется.

Он подвел ее к эстраде, пробираясь сквозь плотную толпу – тут все жаждали быть в первых рядах.

Наступила тишина, и из невидимой двери на сцену вышли члены совета банка во главе с Абелем Эвезнером.

Лев выполз наконец из номера Петры, где провел целый день.

– Давай быстрей, – нежно поторопила его она, стоя у лифта, – а то мы все пропустим.

Она улыбнулась ему. Он не отреагировал. Выглядел он подавленным и явно был не в своей тарелке. Она объясняла его состояние неимоверным количеством спиртного, которое они выпили за ночь. Что им, впрочем, не помешало заниматься любовью.

– Все в порядке? – спросила она его уже в лифте. – У тебя какой-то несчастный вид.

– Все в порядке, – заверил ее Лев.

Она снова улыбнулась и поцеловала его. Дверцы лифта открылись на втором этаже. Они пошли рука об руку в сторону бального зала.

Абель только что закончил свою первую торжественную речь на посту президента. Затем он пригласил на сцену нового вице-президента. Услышав свое имя, Макер почувствовал, как его захлестывает бесконечная гордость. Настал величайший момент его жизни. Макер поднялся к отцу, и тот возвел его на трон, вручив по традиции свои акции на предъявителя. Абель представил сотрудникам банка их нового вице-президента, и Макеру долго аплодировали.

Он был героем вечера. Окрыленный успехом, он спустился с эстрады, подошел к Анастасии, стоявшей в первом ряду, и, собравшись с духом, схватил ее в объятия, притянул к себе и поцеловал.

Она тут же высвободилась, ужасно смутившись. Оглянувшись, она увидела Льва. Он бросил на нее уничтожающий взгляд и, наклонившись к Петре, слился с ней в долгом поцелуе. Анастасия пришла в ужас, и Лев поцеловал Петру снова, довольный произведенным эффектом. Он обрадовался, что сумел задеть ее. Что хоть немного отомстил за ту боль, что она причинила ему.

До Макера, разумеется, не дошло, что происходит. Испугавшись собственной дерзости, он силился сообразить, оценила ли Анастасия его поцелуй (она не поцеловала его в ответ, но и не сбежала). Зато он испытал невероятное облегчение, увидев Льва в объятиях Петры.

– Видишь, – заметил он Анастасии, – я ж говорил, что у них роман.

Анастасия стояла ни жива ни мертва. Она еле сдерживалась, чтобы не расплакаться на глазах у всех. Пройдя сквозь толпу гостей, она бросилась прочь из бального зала. Рыдания захлестнули ее, и она поспешила подняться к себе. Она его потеряла.

Они потеряли друг друга.

Макер застыл на месте, пораженный реакцией Анастасии. Он стал совладельцем одного из крупнейших частных банков Швейцарии, но, честно говоря, ему от этого было ни горячо ни холодно. Он хотел только одного – чтобы Анастасия полюбила его. И решил подняться к ней.

Макер с трудом протиснулся к выходу. Все наперебой окликали его, поздравляли, поднимали бокалы шампанского за его здоровье. Он бы с радостью послал их всех подальше, но, будучи рабом своего хорошего воспитания, он выбрался из зала только минут через пятнадцать. Он помчался вверх по лестнице и тут как раз и столкнулся с Синиором Тарноголом, который, наоборот, спускался в бальный зал. Макер, не узнав его, вежливо поздоровался:

– Добрый вечер, месье.

Тарногол остановился и внимательно посмотрел на него:

– Вы чем-то огорчены, мой юный друг?

– Любовные напасти, – ответил Макер, обрадовавшись, что хоть кто-то понял, что ему плохо.

– Бывает, – сказал Тарногол.

Макер уставился на своего собеседника.

– Мы знакомы? – спросил он.

– Нет, не думаю, – ответил Тарногол.

– Ну как же, – вдруг осенило Макера, – вы приходили в Эвезнер-банк несколько недель назад!

– Вы бываете в этом банке? – полюбопытствовал Тарногол.

– Бываю ли я там? – переспросил Макер, которого позабавил этот вопрос. – Меня зовут Макер Эвезнер, – представился он, протягивая руку Тарноголу. – Я новый вице-президент банка.

Они тепло пожали друг другу руки.

– Меня зовут Синиор Тарногол. Очень рад с вами познакомиться. Как досадно, что такой красивый молодой человек пребывает в расстроенных чувствах. Могу ли я что-нибудь для вас сделать?

Макер вздохнул:

– Ну, если вы можете заставить женщину, которую я люблю, ответить мне взаимностью, то да. Ее зовут Анастасия, и я бы отдал все, чтобы мы были вместе.

В полседьмого утра “Палас Вербье” был погружен во тьму. Снаружи еще не рассвело и валом валил снег.

На шестом этаже открылись дверцы служебного лифта. Оттуда вышел официант с завтраком на подносе и направился к люксу 622.

Подойдя, он заметил, что дверь приоткрыта. Сквозь щелку просачивался свет. Официант объявил о своем приходе, но никто не отозвался. В конце концов он решил войти, предполагая, что дверь открыли специально для него. Заглянув внутрь, он вскрикнул от ужаса. И тут же убежал – поднять тревогу и позвать на помощь.

По мере того как страшная новость распространялась по “Паласу”, на всех этажах зажигался свет.

В номере 622 на ковре лежал труп.

В первый вторник апреля, в 12.30, Макер вошел в кабинет доктора Казана. Его окна выходили на площадь Клапареда, засаженную высокими деревьями, на которых уже неторопливо пробивались листочки. Скоро Женева оживет и зазеленеет. Весна.