Чтение онлайн

Женщины окружили актера, наперебой пытаясь завязать с ним разговор, но Сандра, отстранив их, заявила:

– Нет, нет, дорогие, на сегодня мистер Крэйг ангажирован только мною!
– И добавила уже другим, интимным тоном, заглядывая ему в глаза: - Не правда ли, милый?

– Да-да, дорогая, конечно, но... не сейчас. У меня важный деловой разговор.
– С этими словами он снова взял под руку Энджи, все еще стоявшую рядом.

Сандра вспыхнула, и, увидев в отдалении бывшего мужа, бросилась к нему:

– Ронни, подожди! Может, хотя бы поцелуешь меня на прощанье?

– Не сейчас, дорогая. Дела не ждут. Мне нужно срочно подготовить проект контракта с Энджелиной.

– Что?

Оглянувшись, Сандра увидела, как Дэниэл Крэйгласково обнимает Энджи за талию и что-то шепчет ей на ухо.

Только вовремя подставленный локоть кстати подошедшего официанта помог Сандре Редстоун не грохнуться в обморок прямо в саду у фонтана, на виду у десятков гостей.

3.

Дождь... Сколько дней подряд уже с неба сыплется этот противный мелкий дождь? И когда это все, наконец, кончится?

Фёргас остановился напротив паба под названием "Дикая лошадь", отряхнул влагу со своих реденьких рыжеватых волос и вошел в заведение, стараясь расправить сутулые узкие плечи, и вообще выглядеть поувереннее. Он лишь недавно приехал из Ирландии и пока имел смутное представление о том, как следует себя вести в подобных кабачках этой английской провинции.

– Виски!
– сказал он бармену, стараясь придать решительность голосу.

– Сколько?

Фёргас заколебался, и его неуверенность не осталась незамеченной для пристроившегося у стойки завсегдатая, здорового молодого мужчины, который не преминул громко фыркнуть, оторвавшись от своего стакана.

– Так сколько вам виски? И какого?
– терпеливо спросил бармен.

– Налей-ка ты ему водички, Дин. Горло промочит, может, вспомнит, - постоянный клиент у стойки уже откровенно веселился.

Поскольку Фёргас так и не нашелся, что ответить, бармен, и правда, довольно небрежно швырнул ему стакан с минералкой. Фёргас, судорожно зажав его в руке, попятился вглубь заведения, сел за столик, и уныло склонился над стаканом.

Тем временем вышедшая из туалетной кабинки черноволосая девушка подошла к его столику и растерянно остановилась. Фёргас поднял голову.

– Простите, - улыбнулась девушка.
– Не могли бы вы встать?

– А в чем, собственно, дело? Что вам нужно?
– неожиданно для себя он закричал слишком громко, но сорвался на фальцет, от чего его голос прозвучал не гневно, а пискляво и жалко. Завсегдатай с барменом одновременно разразились коротким смешком.

– Да ничего, - смутилась девушка.
– Просто вы сели на мои перчатки.

Фёргас покраснел и поспешно вскочил со стула. Перчатки прилипли сзади к брюкам, и когда он встал, упали на пол, но Фёргас сделал вид, что этого не заметил. Девушка слегка замешкалась, но потом наклонилась и потянулась рукой под стул, чтобы поднять перчатки. Завсегдатай отставил в сторону недопитый стакан и направился к их столику.

– Эй, приятель, и тебе не стыдно?
– здоровяк был выше и значительно крепче Фёргаса, и тот сразу ощутил страх под ложечкой.

– А ч-что такое?
– выдавил он из себя.

Но мужчина уже повелительным жестом указывал на дверь, и Фёргас не осмелился не подчиниться. Но едва он оказался на улице, как тут же получил пару сокрушительных ударов под дых и в лицо. Победительно потирая костяшки пальцев, ударивший его здоровяк скрылся внутри заведения.

Трогая разбитый нос - не сломан ли?
– и пытаясь остановить кровотечение, Фёргас почувствовал, как кто-то коснулся его плеча, и услышал нежный голос:

– Давайте я вам помогу...
– Рядом с ним стояла все та же черноволосая девушка, на чьи перчатки он так неудачно сел.
– Вы же из-за меня пострадали. Где вы живете?

Фёргас молчал, борясь с брезгливостью к самому себе, но все же позволил девушке себя поддержать, и даже оперся на ее плечо.

– А я вас знаю, - продолжала девушка, - я была на лекциях по ирландской литературе, которые вы читаете у нас в университете.

Это было уже слишком. Фёргас стиснул зубы от стыда. А потом проскрипел сквозь зубы:

– И вы хотите сказать, что хоть раз досидели до конца лекции?

– Ну что вы, это было очень интересно...

– Послушайте, леди!
– Фёргас почувствовал, что больше не в силах выносить эту пытку, и грубо оттолкнул девушку.
– Если вам охота шляться по ночам и вешаться на мужчин, то вы ошиблись кандидатурой!

Девушка потрясенно взглянула на него, обиженно тряхнула головой и пошла прочь. Потом обернулась и бросила через плечо:

– Да кому ты нужен, задохлик!

Держась за стены, Фёргас побрел к дому. На площади о чем-то весело беседовала компания парней и девушек. Подойдя ближе, он разглядел среди них все ту же черноволосую незнакомку. Ее обнимал высокий крепкий парень. Фёргас увидел, как, перекинувшись еще парой слов с приятелями, парень усадил девушку в роскошный "Ламборджини". Наверное, единственный в этом городке. Круто развернувшись, машина пролетела мимо Фёргаса, окатив его с головы до ног из придорожной лужи.

"Неудачник! Дерьмо! Дрянь распоследняя! Ничтожество! Слизняк!" - скрипя зубами, Фёргас отряхивал запачканные брюки и клеймил себя последними словами. Если бы он только мог, он бы сам разбил себе в кровь свою отвратительную ирландскую морду...

Добравшись, наконец, до дома, он швырнул в угол отяжелевшую от дождя куртку и начал сбрасывать мокрую одежду. Забыть, поскорее забыть этот отвратительный денек, этот мерзкий городишко, и все, что с ним связано. Не позднее, чем завтра, он бросит все к черту и уедет отсюда. Решено. А сейчас - скорее все забыть.

Кое-как смыв с разбитого лица остатки запекшейся крови, он выдвинул верхний ящик полурассохшегося комода - его доходы только и позволяли снимать этот старый полуразвалившийся домишко с такой же разваливающейся мебелью, - и ворча и чертыхаясь, начал открывать одну за другой многочисленные коробочки, выбрасывать какие-то бумаги, и, наконец, нашел завалявшуюся упаковку снотворного. Выпив сразу две таблетки, он уже собирался прилечь, когда где-то над его головой раздался негромкий хлопок и что-то звякнуло, словно разбилось стекло. "Чердак, - подумал он, увидев в потолке люк. За все время, что он живет в доме, он ни разу туда не поднимался.
– Интересно, что там могло звенеть? Надо проверить на всякий случай". Знал бы Фёргас, как было спланировано это его гарантированное привлечение внимания к чердаку - уже получил бы сюжетную линию для рассказа. А знал бы, кем - для целой серии романов. Но он ничего этого не знал. И тем не менее, привлеченный донесшимся сверху звуком, полез, наконец, на чердак.