Захватить Англию!
Шрифт:
После боя Боскауэн отметил: «Все хорошо. Но могло быть и лучше».Часть английских капитанов в бою проявила трусость и некомпетентность (Боскауэн потом сделал суровый выговор капитанам пяти своих кораблей, которые в бою 18 августа навалились на «Сантор», а не пошли вперед для атаки остальных французских линкоров), но для победы и этого хватило с лихвой. Король наградил Боскауэна 500 фунтами стерлингов (на шпагу с бриллиантами).
Тулонская эскадра была разгромлена — два французских корабля смогли спастись, один пришел в Рошфор, второй — на Канарские острова. Ла Клю не смог оказать помощи ни Вест-Индии, ни готовящейся высадке в Англии. Корабли, укрывшиеся в Кадисе, были надежно там заблокированы вице-адмиралом Бродериком.
Киберон
Как мы уже упоминали, при первых же слухах об атаке Мартиники из Бреста срочно была выслана в Вест-Индию эскадра Бомпара (8 линкоров, 3 фрегата), и тем самым Флот Океана лишился трети своих кораблей. Теперь командующий Атлантической эскадрой Франции Конфлан имел только 20 кораблей, но их еще надо было вооружить. Меж тем деньги на приведение флота в боеготовое состояние не выделялись, что вызывает оторопь — ведь в планах высадки корабли имели чуть ли не главную роль!
Наверное, объяснить это можно только одним — в Германии разворачивалась решающая битва французов за Ганновер. Шуазель и Бель-Иль надеялись, что захват Ганновера поможет во время переговоров о мире стать этой наследной вотчине британских королей разменной монетой, как в Войну за австрийское наследство ею стала Фландрия. Тогда в обмен на вывод французских войск из Фландрии англичане вернули лягушатникамвсе захваченные у них колонии. Однако 1 августа 1759 года французский маршал Контад, имея 51 тысячу пехоты и 10 тысяч кавалерии, умудрился проиграть генеральное сражение англо-прусско-ганноверской армии принца Фердинанда Браунгшвейгского (34 тысячи пехоты, 7 тысяч кавалерии) у городка Минден. Французские потери составили более 7000 человек убитыми, ранеными или попавшими в плен (6642 солдата и 444 офицера, среди них 5 генералов), 26 тяжелых и с десяток легких орудий, 7 знамен, 10 штандартов. Французы откатились в Кассель и более не помышляли об активных действиях в Германии. План получить «разменную монету» для мирных переговоров не сработал [111] .
111
Однако Питт и здесь переиграл французов. Он выступил с проектом, что в случае падения Ганновера английскому королю выделяются отступные — 5 миллионов фунтов стерлингов, но колонии Франции в обмен на Ганновер не возвращаются. Среди всего прочего Питт сказал: «В прошлую войну мы потратили на субсидии континентальным союзникам 10 миллионов фунтов без всякого толка, следует все средства тратить на захват колоний». Хотя этот план не был принят, все же сама мысль премьер-министра Англии симптоматична — колонии ценились больше, чем земли в Европе.
Оставалась только высадка в Англии. А как же шли дела в этом направлении?
Вместо оснащения кораблей Берьер занялся борьбой с коррупцией и выискиванием лазеек, где деньги можно было бы сэкономить. Матросы разбегались, кордоны, выставленные вокруг Бреста, не помогали. В это время кабинетные горе-стратеги Шуазель и Бель-Иль все никак не могли определиться, как же использовать оставшиеся корабли.
К концу августа решили, что из Бреста должны выйти 5–6 линкоров под командованием капитана Морога, взять курс на Морбиан, где собрались войска д'Эгильона, и сопроводить их в Шотландию. Людовик XV лично одобрил этот план, но на королевском совете Берьер решил разрушить эту радостную картинку, задав простой вопрос: а что делать кораблям, если во время высадки войск их обнаружат английские корабли? Эти слова ввели Бель-Иля, Шуазеля и короля в легкий ступор, однако же порешили, что в этом случае Морог свезет на берег команды, которые вливаются в войска д'Эгильона, и сожжет корабли. Задача десанта — взять Эдинбург.
Начали готовить выход в море, Морог занялся сводом сигналов для конвоя и охранения, но тут неожиданно выяснилось, что все выходы перекрыты англичанами: Хок и Харди с 30 кораблями плотно заблокировали Брест, Бойз контролирует подходы к Дюнкерку, Родней следит за Сен-Мало и Шербуром, Дафф взял на себя Морбиан. Стало понятно, что планы Шуазеля и Бель-Иля по поводу сопровождения десанта 5–6 линкорами оказались фикцией. Но что интересно — это было ясно еще до разработки этих планов, ведь Хок еще в июле блокировал Брест, а Родней обстреливал Гавр. Это может говорить только об одном: кабинет Людовика XV все это время просто предавался фантазиям, не обращая внимания на реальную обстановку.
Тем временем в сентябре 1759-го французы практически ожидаемо потеряли Канаду. Пока Берьер высчитывал копейки, пока горе-стратеги разрабатывали планы высадок и захвата Ганновера, Франция лишилась своей самой старой колонии в Северной Америке. Канада без помощи извне была обречена и после падения Квебека просто перестала существовать.
Но вернемся к планам высадки.
Лишь к октябрю у короля и государственного совета наступило просветление. 14-го числа король пишет Конфлану: «Для сопровождения конвоя надо вывести в море все наличные корабли. Успех в ваших руках».Стало понятно, что без сражения с англичанами не обойтись. И лишь в середине октября средства на флот начали выделять, однако время было упущено.
Меж тем Хок, несмотря на начавшийся сезон штормов, продолжал блокировать Брест. 12 октября в результате ухудшившейся погоды у Хока осталось всего 12 линкоров, 90-пушечный «Ройял Энн» получил опасную течь и еле-еле доплелся до Спитхеда. Хок зашел в Плимут, загрузил провиант и уже 18-го опять крейсировал у Лизарда с 9 кораблями и 1 фрегатом. Видя бедственное положение блокирующей Брест эскадры, Боскауэн послал из Леванта Хоку 5 своих лучших кораблей.
7 ноября 1759 года Конфлан пишет Берьеру: «В Бресте нет ни леса, ни провианта, ни материалов, ни денег на закупки и зарплаты матросам».Корабли никак не могли укомплектовать экипажами, на 80-пушечном «Океане» из 750 человек команды не было и 30 опытных моряков. Но не было бы счастья, да несчастье помогло. Как раз 7 ноября начался большой шторм, Хок укрылся в Торбе, в этот момент Бомпар, шедший из Вест-Индии, счастливо проскользнул в Брест. Он сообщил Конфлану, что блокада снята англичанами. Конфлан срочно укомплектовал вест-индскими экипажами свои корабли, на просьбу Бомпара взять и его отряд с собой командующий Флотом Леванта ответил отказом (на Бомпара банально не хватало экипажей) и 14 ноября в 11.00 вышел в море.
Состав эскадры Конфлана приведен ниже [112] .
Всего 21 корабль и 5 фрегатов.
Крейсирующий у Бреста британский фрегат «Актеон» заметил французов и срочно послал куттер с донесением к Хоку в точку рандеву (к Уэссану). Меж тем Хок в этот же день только вышел из Торбэя к Бресту. 15-го Конфлана у Лориана заметил фрегат «Джюно», который срочно сообщил об этом «Актеону» и коммодору Даффу. Теперь стало понятно движение французов. Хок рвал и метал в нетерпении, 16-го он уже был у Уэссана, но у него из-за непрекращающихся штормов было много поврежденных кораблей. 18-го возвращающийся в Плимут «Джюно» встретил отряд адмирала Сондерса, идущий из Америки. Тот, узнав о критичности ситуации, срочно послал Хоку линкоры «Девоншир», «Вэнгард» и «Саммерсет», правда, они не успели к сражению. 19-го Хок двинулся на юг, уже обладая информацией, что Конфлан у Киберона.
112
Линия приведена по состоянию на 20 ноября 1759 года.
Состав английской эскадры был следующим:
Конфлан же шел к Морбиану и Ванну, где д'Эгильон собрал 20 тысяч солдат (26 батальонов пехоты и 4 эскадрона), а также 90 транспортов для высадки в Шотландии. В полдень 19 ноября следующий впереди фрегат «Мэйдстоун» под командованием Дадли Диггса заметил французские корабли в 70 милях к западу от острова Бель-Иль. Он сразу же сигнализировал об этом головному линкору англичан — 74-пушечному «Маньяниму», а тот — Хоку. Хок выстроил линию баталии и сразу же пошел в погоню. Как оказалось, вовремя.
Коммодор Дафф с 5 кораблями («Чичестер», «Чатэм», «Портленд», «Фолкленд» и «Рочестер») и несколькими фрегатами крейсировал в районе Лориана и утром 20 ноября, завидев незнакомые корабли, пошел с ними на сближение. Вскоре оказалось, что это Конфлан, и Дафф обратился в бегство. «Чичестер» начал отставать, его вскоре мог нагнать 74-пушечный француз, но тут на горизонте появились корабли Хока. Конфлан дал приказ прекратить погоню, собрал свои корабли и направил эскадру в Киберонскую бухту, надеясь, что англичане не решатся следовать за ним в незнакомой гавани [113] . Как раз в это время подул крепкий вест-норд-вест, который принес с собой жестокий шторм. Корабли и англичан, и французов мотало как щепки, но Хока шторм не остановил. Он был полон решимости догнать Конфлана и использовать его как проводника в незнакомых водах. Английский адмирал приказал 7 кораблям, шедшим впереди, преследовать французов и задержать их.
113
Из доклада Конфлана: «Дул очень сильный вест-норд-вест. Море было бурным. Из всего этого следовало, что погода будет очень плохой. Эти обстоятельства, в дополнение к тем задачам, которые вы поставили в своих письмах, а также превосходство противника заставили меня направиться в Морбиан. У меня не было оснований полагать, что, если я сначала построю двадцать один корабль в одну линию, неприятель осмелится преследовать меня. Чтобы показать курс, я выбрал порядок плавания колонной по одному. В этом порядке я возглавил головной отряд; а при формировании естественного порядка сражения, мне ничего не оставалось, как занять позицию в центре. Это я и собирался сделать, как только все корабли войдут в залив».
В 9.30 утра на «Ривендже» переломился фор-марса-рей (по приказу Хока корабли поставили все возможные паруса, и в шторм мачты у некоторых не выдержали), в полдень на «Маньяним» потеряли грот-брамса-рей. «Бурфорд», готовясь к бою, сбросил в море весь скот, чтобы не отставать. В 12.00 «Маньяним», «Торбэй», «Резолюшн» и «Уорспайт» нагнали шедший в авангарде фрегат «Мэйдстоун». Несмотря на шторм, Хок упрямо сигнализировал: «Кораблям поднять все возможные паруса!»и «Вступать в бой по способности!»Конфлан наивно полагал, что войдя в Киберонскую бухту, он будет в безопасности. К полудню «Солей Руаяль» был уже у скал Кардиналов, а Хок — к югу от Бель-Иля. В 14.00 замыкающий французов 80-пушечный «Формидабль» открыл огонь по нагоняющим его «Маньяним», «Дорсетшир», «Резолюшн», «Уорспайт», «Ривендж», «Монтегю» и «Дифайнс». Остальные корабли англичан следовали в двух лигах сзади. В 14.30–14.45 начался бой, в котором принимали участие с французской стороны «Формидабль», «Эро», «Тезей» и «Сюперб», а с английской — вышеперечисленные корабли. Надо сказать, что Конфлан ничего не знал об этом бое, ибо корабли французов также сильно растянулись.