Заигрались
Шрифт:
Где победу одержит лишь одна из нас…
Глава 14
Вика
Вечер, к которому я не была готова.
Даже если бы мне дали неделю, всё равно бы не подготовилась.
Я стояла у зеркала в своей комнате в общаге, нервно поправляя тонкие бретельки чёрного, атласного платья. Оно было простое, не вечернее, но сидело так, что я сама чувствовала себя слишком заметной. Волосы я собрала в низкий хвост, оставив несколько прядей, обрамляющих лицо. Помада — нейтральная, глаза подчеркнуты тонкой стрелкой.
И всё равно, глядя на своё отражение, я видела девчонку, которую бросили на арену со львами.
Светик ахнула, когда я вышла.
— Вика, ну ты просто пушка. Чернов офигеет.
Я закатила глаза.
— Это всего лишь юбилей факультета.
— Ага. Юбилей, где соберется, как минимум, половина универа. И твой «почти-бойфренд препод», — протянула Поли, едва сдерживая ухмылку.
Я не стала спорить. Всё равно от этих слов внутри всё сильно сжалось.
Зал университета, украшенный гирляндами и тканевыми драпировками, казался чужим. На сцене уже сидели преподаватели, кто-то говорил речи. В воздухе витал запах шампанского и духов.
Я вошла вместе с Артёмом. Его ладонь привычно легла на мою талию, уверенно, властно, так что любое сомнение в игре просто рассыпалось. Взоры обернулись на нас, разговоры стихли. Студенты перешёптывались, преподы сидели с такими лицами, словно им дали разжевать кислый лимон.
Артём как-то вскользь упоминал, что кафедра недовольна, дословно: «его новой интрижкой». Сразу приписали мне аморальное поведение.
Я шла рядом с ним, словно на показе. Шаг, дыхание, взгляд — всё было слишком громким.
— Расслабься, — тихо произнёс он, едва склонившись к моему уху.
— Никто не имеет права дотронуться до тебя, пока я рядом.
Но именно в этот момент кто-то сделал шаг навстречу.
— Вика! — знакомый голос прозвучал так громко, что я вздрогнула.
Дима, мой одногруппник. Высокий, спортивный, в строгой рубашке, он буквально перехватил мою руку. Его ладонь оказалась горячей, хватка решительной.
— Пошли, — сказал он резко.
— Ты не обязана участвовать в этом цирке, — они, что сговорились сегодня. Здесь не хватает полиции нравов…
Толпа замерла.
Чернов остановился. Его пальцы на моей талии чуть сжались, и от этого сжатия по коже побежали мурашки, похожие на табун травоядных, которых обратили в бегство, и они в панике сносят всё на своем пути.
— Отпусти, — сказал Чернов спокойно, но так, что тишина упала тяжелее любой музыки.
— А если нет? — Дима держал мою руку, будто я могла исчезнуть.
Я чувствовала себя куском окровавленного мяса, которое хотят порвать на части.
— Все же понимают, что это ненормально. Что это фарс. Сколько вы ещё будете играть с девочками, которые бояться вас? Вас, что это забав…
Он не успел договорить. Артём сделал шаг вперёд.
Не крик, не жесткость, просто сталь в голосе:
— Убери руки. Сейчас.
И в этот момент я впервые увидела в нём не преподавателя и не мужчину, который умеет быть нежным. Я увидела хищника, которому достаточно взгляда, чтобы любой отступил.
Дима дрогнул. Его пальцы ослабли. Я вырвала руку сама, чувствуя, как сердце колотится, будто я только что пробежала спринт.
Чернов снова демонстративно положил ладонь на мою талию, и повёл меня дальше, будто ничего не случилось.
— Ты в порядке? — спросил он негромко, не глядя в сторону.
— Я… да, — соврала, пытаясь унять своё, дико стучащее, сердце.
На самом деле у меня дрожали колени.
Фуршет. Столы с закусками, шампанское, смех студентов, преподаватели в стороне обсуждают что-то «для своих». Атмосфера постепенно расслаблялась, но я чувствовала себя всё равно под прицелом.
Шум в зале постепенно стихал, но для меня он был фоном, неважным и далеким. Всё внимание приковано к нему. Артём сидел рядом, и даже в полутьме я ощущала его присутствие слишком остро, дыхание, взгляд, тепло. Мы только что танцевали, и у меня всё ещё подрагивали пальцы от его прикосновений.
— Вика! — чей-то голос отвлёк. Я обернулась и увидела Алину. Вечная тень Артёма.
Её невозможно было не заметить. Красное платье, яркая улыбка, взгляд, полный яда под сахарной глазурью. Она подошла слишком близко, бокал в руке, голос настолько приторный, что у меня тут же свело челюсть.
— Какая встреча, — протянула она сладким голоском. — Не ожидала увидеть тебя здесь. — произнесла с довольной улыбочкой, возвышаясь за моей спиной.
Она странно сжимала бокал с прозрачным напитком. Я не сразу поняла, что происходит, пока холодный, обжигающий ледяной ком не скользнул за вырез моего платья.
Я вздрогнула, невольно вскрикнув. Лёд расплавлялся на коже, обжигая холодом, а вместе с ним на щеки поднимался жар.
— Ой! — Алина вскинула брови, наигранно прикрыв рот ладонью.
— Прости, рука дрогнула, бокал такой холодный… — кто вообще добавляет лёд в шампанское?!
Толпа вокруг засмеялась, кто-то откровенно пялился, почти показывая на меня пальцем. Я чувствовала взгляды, слышала ехидные смешки, но не могла сдвинуться с места, слишком униженно, слишком неловко.
Артём поднялся почти мгновенно. Его взгляд обжигал сильнее, чем лёд на моей коже.
— Что ты творишь? Хватит, Алина, — его голос прозвучал резко, без тени мягкости. — Игры закончились.
Она попыталась изобразить невинность, но он сделал шаг ближе, и в его осанке было столько холодной угрозы, что даже шум вокруг притих.
— Я сказал, хватит, — повторил он.
Алина смутилась, её губы дрогнули, и впервые за всё время она потеряла уверенность.
Пока он был сосредоточен на ней, меня схватили за запястье.
— Пошли отсюда, тебе не место в этом балагане, — голос прозвучал резче, чем я ожидала. Это был Дима. Он тянул меня на себя, будто хотел вырвать прямо из рук Чернова.
— Дима, мне больно, — выдавила я, пытаясь освободиться. Но он держал очень крепко.
Артём обернулся. И в этот момент я поняла, сейчас будет взрыв. Его глаза сверкнули сталью, шаги были быстрыми, решительными. Он встал между мной и Димой, а его рука легла на плечо парня, с силой, от которой в глазах промелькнул страх, всего на секунду…
— Последний раз говорю, — каждое слово прозвучало низко, опасно. — Отпусти её.
И Дима подчинился, отдёрнув руку.
Я стояла за спиной Артёма, сердце колотилось так сильно, что, казалось, его слышали все вокруг.