Чтение онлайн

Марина подняла глаза на Ацитометля и ответила:

— Вся Чолула пострадает из-за твоей выходки. Исчезновение переводчицы могут истолковать, как злой заговор против чужеземцев. Это приведет к началу войны. Неужели ты обречешь родной город на гибель из-за страсти?

Она тут же увидела, как мгновенно поникли плечи молодого касика. Он, в слепом порыве своего чувства, даже не подумал о том, какую цену придется заплатить Чолуле, если он похитит Марину.

— Я не просто рабыня, сопровождающая войско. Я уста и уши Малинче. Он никогда не согласится уступить меня тебе.

На том их разговор и закончился. Впрочем, упрямый Ацитометль не собирался отказываться от своей мечты.

Первые дни пребывания в Чолуле прошли великолепно. Кортес встречался с местными касиками, вельможами и жрецами, обсуждал вопросы мира и сотрудничества. Поговорили и о религии, но здесь его ждал вполне предсказуемый ответ — индейцы оставались верны своим богам. Чолула поражала богатством. В бесчисленных мастерских ткали ткань, создавали чудесного качества расписную керамику, изготавливали бумагу. Ювелирные украшения, сделанные здесь, ценились по всей империи ацтеков. В городе были сотни постоялых дворов, готовых принять толпы паломников. И, естественно, здесь велась самая широкая торговля.

Но всего радушия индейцев хватило ненадолго. Через несколько дней они прекратили поставки продовольствия. Кортес пригласил касиков для разговора и те, винясь и разводя руками, ответили, что весь маис в Чолуле временно закончился. В такое поверил бы лишь дурак. Огромный богатый торговый город не мог в одночасье так обеднеть, чтобы им нечем было кормить небольшой отряд конкистадоров и их союзников.

Вскоре прибыла еще одна делегация от Монтесумы. Поведение их разительно отличалась от того, к чему испанцы привыкли раньше. Без всякого почтения, надменно и вызывающе, ацтеки сказали, что император отказывается принять гостей у себя в столице. Их, мол, нечем кормить. Местные вожди тоже стали сторониться испанцев, да и вообще индейцы как будто забыли о существовании белолицых чужаков. Общая атмосфера отчуждения вызывала немалую тревогу. Кортесу было над чем подумать.

Он сидел в комнате, сцепив пальцы, и размышлял. Ситуация складывалась критическая. Генерал-капитан пытался понять, как действовать дальше. Попытаться взять вождей Чолулы в заложники? И что требовать? Поставок продовольствия? Свободного выхода из города? Или же приложить все силы к тому, чтобы переманить их на свою сторону? Но как убедиться в искренности их обещаний, если касики согласятся заключить союз с испанцами?

К нему в комнату несмело зашла Марина. Коротко поклонившись, они смиренно ждала, пока Кортес обратит на нее внимание. Он поднял взор на переводчицу.

— Эрнан, мать одного из вождей приглашает меня к себе в гости. Отпустишь ли ты меня? Я могла бы узнать у нее настроения местной знати и понять, чего нам ждать от правителей Чолулы.

Кортес внимательным взглядом окинул свою помощницу. За время похода она очень преобразилась. Когда испанцы только получили Марину в дар, она казалась красивой, хоть и испуганной девочкой. Не более чем любовницей для одного из капитанов. Постепенно она стала его правой рукой на переговорах, примерно как Альварадо в вопросах войны. Теперь Марина и выглядела соответствующе. Гордая осанка, богатая одежда, почтительное, но исполненное чувства собственного достоинства поведение.

Девушка давно перестала быть просто рабыней. У нее появились свои цели и интересы. И вот сейчас она хочет уйти из лагеря. Как раз тогда, когда испанцы, скорее всего, попали в ловушку. Обещает узнать, что же замышляют индейцы. Хорошо если так. А вдруг она нашла общий язык с местными вождями и они посоветовали ей уходить, чтобы не попасть в эпицентр военных действий? Отпустить? А ну как и в самом деле принесет какие-то важные вести? А если она наоборот поможет касикам Чолулы, рассказав обо всех слабостях конкистадоров? А может, уже и рассказала? В памяти всплыл пример индейца Мельчиора, который был при испанцах переводчиком, но сбежал при первом удобном случае. Марина слишком многое знала. Любое решение будет рискованным.

— Ступай с богом, — ответил Кортес. — Но вернись утром. Мы скоро покинем город.

Произнося эти слова, испанец хотел верить, что его отряду действительно удастся вскоре уйти.

Наступил вечер. Кортес пригласил к себе несколько ближайших соратников. Фернан, Себастьян, Альварадо, Веласкес де Леон, Сандоваль расположились за столом. Генерал-капитан некоторое время сидел, в задумчивости глядя на стену и полностью углубившись в свои мысли. Затем он поднял глаза на товарищей и с улыбкой сказал:

— Дела наши обретают все более интересный оборот. Можно лишь посочувствовать тем несчастным, которые оказались лишены возможности поучаствовать в этом удивительном приключении. Губернатор Веласкес спит и видит, что нас постигнет неудача. Тогда мы станем наглядным примером того, как плохо обходится судьба с бунтовщиками. Он, надо полагать, мечтает увидеть меня повешенным. А местные дикари — ну что с них взять! — изо всех сил стремятся сделать так, чтобы мечта его оказалась неосуществимой, пытаясь уморить нас голодом.

— Впечатление такое, что во всей империи ацтеков внезапно закончилась еда, — хмуро заметил Альварадо. — В Чолуле маиса нет, в Теночтитлане тоже.

— Монтесума крутит хвостом как лисица, — недовольно буркнул Кортес. — То его послы, не жалея красноречия, убеждают нас в том, что нам вовсе нечего соваться вглубь их земель, вместо этого предлагают остаться на побережье, а еще лучше вообще убраться домой. То вдруг настойчиво зовут посетить Чолулу, где нас сначала ожидает поистине королевский прием. А вот сегодня мне заявили, что продуктов для нас у них нет, так что поставок провианта больше не будет вообще.

— Похоже, что ловушка, которую мы ожидали в каждом из городов, захлопнется именно здесь, — сказал Альварадо. — Наши союзники, тотонаки и тлашкаланцы, говорят, что в Чолуле происходят тревожные изменения. Им на глаза несколько раз попадались глубокие рвы, пересекающие улицы, и неодолимые баррикады. То тут, то там на крышах домов виднеются кучи камней, местные солдаты запасаются стрелами и дротиками в совершенно немыслимых количествах. Против кого это они, хотелось бы знать, собираются воевать?

— Ну что же, Монтесума заманил нас достаточно далеко, — сказал Веласкес де Леон. — Вот и капкан. Нужно ударить первыми, пока этого никто не ждет.

— Не стоит спешить, — ответил рассудительный Сандоваль. — Тлашкала и Чолула издавна воюют. Кто знает, может быть, наши союзники просто хотят свести старые счеты с извечными неприятелями, причем нашими руками.

— Об этом думал и я, — признался Кортес.

Он не мог так рисковать, слепо доверяя во всем Марине. Следовало перестраховаться. Собственная разведка могла дать ответы на все вопросы, но шансы на успех казались ничтожными.