Чтение онлайн

Испанец тут же наклонился, подхватил трофей, развернулся и двинулся к соратникам. Он испытывал лишь разочарование. Вместо эпической схватки ему подсунули черт знает что. А ведь так готовился. Нужно было уступить право на поединок какому-нибудь новобранцу. Да кто же знал, чем все обернется?!

Теперь еще предстояло вернуться. Фернан шагал по дамбе, внимательно глядя на красное знамя. Он не оборачивался, не желая, чтобы неприятели заподозрили его в робости. Но все же в голове крутилась мысль о том, что позади сотни индейцев, раздосадованных поражением их бойца. И у доброй половины в руках если не лук, то деревянная копьеметалка, благодаря которой дротик летит, как будто пущенный из арбалета. Но яркое как свежая кровь пятно знамени замерло над Риосом, лишь слегка развеваемое ветром. Однако опасность пришла с неожиданной стороны…

За спиной раздался оглушительный вопль, полный гнева и азарта. Фернан удивленно обернулся. Ацтек вовсе не желал признавать поражение. Не обращая внимания на рану, он вытащил левой рукой обсидиановый нож и пошел вперед. Крик остался не переведенным, но слова были и не нужны. Конкистадор и так все понял. Ему не пристало убегать. Гонсалес всадил оба меча в землю, выхватил из ножен кинжал и двинулся навстречу.

Индеец постепенно терял кровь и слабел, а потому спешил. Он напал первым, нанося быстрые секущие удары и постоянно меняя уровень атаки. То он целился в вытянутую руку испанца, то старался зацепить колено, то метил в голову. Половина выпадов оказывалась ложной и призвана была лишь раскачать Фернана, чтобы найти у него слабое место. Гонсалес не уступал своему противнику в ловкости. Он точно так же кружился вокруг ацтека, то делал шаг вперед и пытался его достать, то отскакивал, стараясь уберечься от чужого удара.

И постепенно преимущество индейца стало сказываться. Очевидно, бой на ножах был его любимым занятием. Гонсалес куда больше времени посвящал длинноклинковому оружию. К тому же ацтек сражался левой рукой и его атаки шли с непривычной стороны. Фернан же, разумеется, все больше имел дело с правшами. Рана индейца оказалась не столь значительна, чтобы он сильно ослаб от кровопотери. И он постепенно стал теснить испанца.

Гонсалес не успел отпрянуть и боль обожгла ребра справа. Он с шумом втянул воздух и зашипел. Совсем неглубокий порез, но тревожный знак. Фернан уже знал по опыту, что обсидиан подобен стеклу. Материал хрупок, но имеет невероятно острую режущую кромку. Даже самый легкий нажим позволит рассечь кожу и мясо.

Фернан отступал, тщетно пытаясь зацепить врага. Но тот оставался неуловимым. Нападал и отскакивал так быстро, что это казалось невероятным. И раз за разом старался поразить руку, держащую кинжал.

«Неужели хочет меня обезоружить, измотать и взять в плен?!» — подумал Фернан.

Перспектива попасть на алтарь его совершенно не устраивала. В душе шевельнулась тревога. Поединок складывался совсем не так, как планировал Гонсалес. Индеец не давал даже мгновения передышки, наседая все яростнее, скаля зубы в недоброй усмешке и внимательно глядя на противника. Видимо, тоже сообразил, что в бою на ножах у него есть все шансы на победу. Фернан едва успевал уходить от чужих атак. Дыхание давно сбилось и воздух с хрипом вылетал изо рта.

Уже дважды ацтек ударом ноги пытался достать противника, но Гонсалес отскакивал. А затем он и сам решил применить этот прием. Как только индеец в очередной раз двинулся вперед, испанец нанес хлесткий удар внешней стороны стопы в голень.

Это стало полной неожиданностью для ацтека. Тот пошатнулся и Фернан, качнувшись в сторону, ушел от мелькнувшего ножа. Он тут же вцепился левой ладонью в вооруженную руку индейца и дернул его на себя. Они оба упали, но все это уже не имело значения. Гонсалес сразу же всадил кинжал между ребер врагу, не разжимая хватку левой руки. Ацтек пытался трепыхаться, но получив еще два удара, делал это уже чисто рефлекторно. Вскоре он вытянулся и затих.

Фернан с трудом встал, весь испачканный своей и чужой кровью. Дышал он с трудом. Болел порез на ребрах, ныла ушибленная при падении нога. Он запрокинул голову вверх и разразился торжествующим криком, выплескивая радость и облегчение. Смертельная опасность миновала! После чего, пошатываясь, снова двинулся в сторону своих соратников, вытащив по пути из земли оба меча.

Голова слегка кружилась. То ли от кровопотери, то ли от чувства пережитой угрозы. А душу его переполняло ликование. Теперь это и в самом деле славная победа! И в то же время какая-то досада мешала полноценно наслаждаться триумфом. Слишком уж он возгордился! Подумал, что разберется с неприятелем играючи. Но когда дошло дело до ножей, то чуть не погиб. Смерть дышала в самый затылок, и лишь в последний момент передумала и забрала его противника. Никогда нельзя недооценивать врага!

Слишком измотанный и переполненный противоречивыми чувствами, он совершенно позабыл о знамени. Если бы сейчас Себастьян принялся им махать, то Фернан бы даже не сообразил, что это значит. Списал бы все на радость испанцев. Его и в самом деле приветствовали криками и потрясанием оружия, но красный флаг так и остался неподвижен. Гонсалес беспрепятственно добрался до отряда конкистадоров и тут же попал под настоящую лавину поздравлений.

Это поражение не обескуражило ацтеков. С того дня их лучшие воины неоднократно вызывали противников на поединок. Испанцы от схватки не уклонялись. Теперь каждый бился привычным оружием. И все же выучка и техника помогала конкистадорам одерживать верх. Фернан после первой победы еще дважды выходил на единоборство, но теперь действовал осмотрительно и спокойно. Поэтому победы давались ему куда легче. Принимали вызов и тлашкаланцы. Тут удача была переменчива, улыбаясь иногда им, иногда ацтекам.

Бригантины, курсирующие по озеру, приносили вести с других дамб. Там тоже часто происходили подобные дуэли. Альварадо, несмотря на свой статус командира, лично участвовал в поединках. Он объяснил это тем, что как военачальник и без того ежедневно рискует головой в битвах, так что еще несколько схваток не сыграют никакой роли. Педро трижды выходил на единоборство и вышел из них без единой царапины.

Но все это были лишь единичные случаи, призванные немного скрасить тяготы ежедневных боев. Борьба за дамбы велась ожесточенно. Испанцы то понемногу наступали, то вынуждены были отходить под натиском превосходящих сил врага. Захватив очередной ров и засыпав его, они оставались на ночлег прямо там же, посреди озера. Проснувшись утром, они обнаруживали, что впереди зияет еще один провал, выкопанный индейцами за ночь. И это происходило постоянно.

Воинам на бригантинах тоже приходилось нелегко. Ацтеки быстро учились. Они снабжали свои пироги высокими деревянными щитами, служившими хорошим укрытием от арбалетных болтов. Лодки эти кружили вокруг кораблей целыми стайками, не подходя слишком близко, и лишь лучники засыпали стрелами испанцев на палубах. Конкистадоры тоже прятались за щитами, отстреливались и использовали любой удачный порыв ветра, чтобы расправить паруса, набрать скорость и протаранить какую-нибудь пирогу. На каждой бригантине стояло по пушке, но не будешь же так бездумно тратить порох и ядра, чтобы выстрелом утопить в лучшем случае лишь одну вражескую лодку.

В один из дней испанцы снова шли в атаку. Сплоченный отряд теснил ацтеков, заставляя их отступать или же спрыгивать с дамбы, ища в воде спасения от стальных копий и мечей. Дважды уже кавалерия, разогнавшись, вклинивалась в войско индейцев. Вслед за ней в смешавшиеся ряды неприятеля врывалась и пехота. Дамба казалась широкой, но для полноценного нападения конницы места было все же маловато.

Фернан шел одним из первых. Пока что он не чувствовал усталости. Но Гонсалес знал, что ближе к обеду наступательный порыв конкистадоров угаснет. Отдав бою все силы, они вымотаются, ацтеки же заменят своих измученных бойцов свежими силами из столицы и перейдут в контратаку. А союзные индейцы все-таки не столь хорошие солдаты. Возможно, что сегодня отряд Сандоваля отбросят далеко назад.

Но пока что ацтеки отступали, причем поспешно. Многие просто бежали, побросав оружие. Испанцы шли вперед уверенно, но не без оглядки. Их солдаты старались держать строй. Рассеявшись, они оказались бы слишком уязвимы. К тому же никому не хотелось, вырвавшись вперед, попасть в плен и оказаться на алтаре.

Фернан попытался достать острием меча высокого воина в хлопковом панцире, но тот не стал испытывать судьбу — отскочил и прыгнул в воду. Справа и слева другие ацтеки тоже ныряли в озеро. А через мгновение Гонсалес почувствовал как земля уходит из-под ног и он проваливается в яму… Сверху на него стали падать другие конкистадоры.