Чтение онлайн

Саша не хотел сейчас ничего понимать и анализировать. Он хотел вернуться в палату к Игорю. И, убедившись, что Руслану больше не нужна их помощь, туда и направился, перепрыгивая по две ступеньки на лестнице.

– Мы думали, надо восполнить отрицательное значение положительным... а он просто взял на себя... отрицательный потенциал!
– продолжал болтать Тим, следуя за ним.
– Но в кому не впал, а смог дойти и выплеснуть его в окружающую среду! То есть, он на это время стал как бы супервампиром, понимаешь? Как бездонная дыра, в которую хлещет энергия... поэтому и прикасаться не стоило...

Саша машинально отвечал «ага», думая только об одном. Ворвался в палату, не обращая внимания на вопли Феликса, чтобы все вышли и не мешали работать. И почувствовал, как тает ледяной ком возле сердца, потому что Игорь повернул голову, чтобы посмотреть на него, и слабо улыбнулся, поймав его взгляд.

– Не вертись, - с напускной суровостью сказал Феликс. В комнате были еще врачи, но они занимались приборами, тогда как он просто медленно водил руками над телом пациента, не касаясь его - у сенсов свои методы диагностики.
– А ты стой, где стоишь. Посещения - по графику! Знаю я вас, начнете мне тут прыгать...

Саша послушно замер в дверях, не отрывая взгляда от Игоря. Губы его дрогнули, складываясь в ответную робкую улыбку. И тут же пришла волна ужаса - а что, если Руслан ошибся, не рассчитал, что, если этот проклятый энергетический «маятник» утянет Рогозина обратно, во тьму? Но Феликс вовсе не выглядел встревоженным, напротив, он наконец-то расслабился, и говорил что-то Игорю шутливым тоном.

«Ничего, - думал Саша, с нежностью глядя на начальника.
– Вот вы все уйдете, и я с ним останусь. Никому не отдам, все, хватит, никого я больше не слушаю, мой, только мой...»

Кто-то толкнул его в плечо, и парень машинально сдвинулся в сторону. В палату шагнул Руслан, обдав его волной холодного воздуха с ароматом влажной земли и травы.

– Я же попросил, - начал было Феликс, но мужчина решительно отпихнул его, присел на край кровати, наклонившись над пациентом.

– Отвалите вы, он уже в порядке, - сказал он грубо, усмехнулся, заглянув в лицо Игоря. Тот что-то сказал, тихо, едва слышно, но твердо.

– Дурак ты, - ответил Руслан, и, наклонившись, поцеловал его, резким и властным движением. Игорь не шевельнулся, не отстранился - просто позволил ему. Саша прикусил губу, сам того не заметив. Смотреть на это не было сил. Тем более, что Рогозин нерешительно, сам в себе сомневаясь, поднял руку и коснулся плеча Руслана, притягивая его ближе...

Повернувшись, парень вышел в коридор, хлопнул за собой дверью. Скользнул взглядом по растерянным лицам коллег- «экспертов» Отдела.

– Саш...
– нерешительно начал было Тим. Парень жестом оборвал его.

– Можно подумать, вы увидели что-то новое, - сказал он, усмехнувшись. Усмешка вышла кривой - половина лица будто онемела. На нервной почве, не иначе...
– Все это было совершенно предсказуемо и очевидно. Вы на чем приехали, а? Где здесь вокзал?

– Ты домой?
– спросила Света. Кажется, это была первая ее фраза, обращенная к нему за долгое время.

– Да, - сказал Саша.
– Вижу, он уже в порядке. Позвоните мне, если будут новости.

Холод в груди сменился тоскливой пустотой. Словно внутри образовалась выжженная, сухая пустыня, вроде той, в которую превратилась клумба перед окнами клиники.

«Если один человек любит другого... должен ли он?..»

Тим позвонил на следующий день.

– Тут такое дело, - сказал он, замявшись.
– Руслан этот... увез, в общем, Игоря Семеныча...

– Куда увез?
– равнодушно спросил Саша.

– Не сказал, - вздохнул парень.
– Сказал, отвалите, у него отпуск, справляйтесь сами, сопляки...

– А шеф что сказал?

– Он, по-моему... был немного не в себе, - несколько виновато ответил Тимофей.

– Он по жизни не в себе, - сказал Саша со злой усмешкой.
– Отпуск так отпуск, черт с ним...

Опустив трубку, он прижался лбом к холодному балконному стеклу, борясь с искушением набрать номер мобильника Игоря. Был бы нужен - позвонил бы сам. Видимо, ему теперь есть, чем заняться...

Через пару дней его вызвали в офис отдела. В кресле Рогозина сидела Алиса, вольготно поджав под себя ноги.

– Внезапно, я тут теперь за главного, - объявила она.
– Пока не разберемся, куда свалил твой хренов духовный гуру. Все его ищут, никто не знает, и Руслан, мать его, исчез без следа... Ты, случаем, не в курсе?

Саша покачал головой.

– Думаю, он вернется не скоро, - сказал он, тщательно следя за тоном голоса - чтоб не дрогнул, выдавая чувства. Нет у него больше чувств.
– Думаю, у Игоря Семеновича наконец осуществилась мечта всей жизни. Нам остается только за него порадоваться и забыть.

– Значит, открылась-таки его персональная дверь в Шамбалу, думаешь?
– вздохнула женщина. Длинные серьги качнулись с мелодичным звоном - россыпь маленьких золотистых колокольчиков на ниточках, и как только уши выдерживают этакую конструкцию...

– Да, - сказал Саша.
– Руслан и есть его персональная дверь. Как бы пошло это ни звучало.

– Понимаешь, - снова вздохнула Алиса, задумчиво вертя в руках карандаш.
– Есть такая вероятность, что, если он не объявится, разгонят наш дурдом к чертовой матери... Ты же и сам, наверное, видишь - все эти наши игрушки мало имеют отношения к военной разведке. Штаб, почти целиком состоящий из гражданских экспертов, связи с милицией... Нигде ведь такого нет. Это был эксперимент Игоря, он давно носился с идеей создания гражданской, не военной организации - для работы с населением. Барабашек ловить по квартирам, например... Пока все в подвешенном состоянии, но если он не появится в ближайшее время, или Руслан, как обычно, перед начальством туману не напустит... пришлют сюда комиссию, и разгонят вас всех по домам, эксперты хреновы... Что делать-то будем?

– Работать, - сказал Саша.
– Работать будем, Алиса Геннадьевна, что нам еще остается ?

– М-да. Быстро же он сделал из тебя свою копию, - Алиса улыбнулась грустно, окинув его взглядом.

– Есть одно небольшое отличие, - ответил Саша.
– Я не собираюсь двадцать лет хранить на столе его фотографию.

Глава 17. Двадцать второй(Нулевой)Аркан - Шут (Дурак).

Плоскогорье, окаймленное скалистыми вершинами - будто чаша, пронзительно-синие, без единого облачка небеса над ним - будто чаша перевернутая, и меж этих двух гигантских сосудов слишком просто потеряться, позабыть собственное имя, растворившись в прозрачном и густом, будто настоянном на травах воздухе. И откуда только берется этот дивный букет запахов, если все, куда ни кинь взгляд, покрыто лишь красноватыми листьями брусники?..

Бесконечность впереди, бесконечность позади; здесь, вдали от вечной людской спешки, времени не существует. С удивлением смотрит великан-Алтай на суетливую песчинку на бескрайних своих ладонях. Куда несется крошечное двуногое, что за непомерные амбиции гонят его вперед? Будто смеясь, он обдувает забавное насекомое порывом ледяного ветра с вершин. Такова ранняя осень в этих краях - жгучее солнце и холодный ветер, багровый ковер брусничных листьев, крохотные лазурные озерца, в которых отражаются невидимые глазу облака, и тишина, боги, какая же здесь тишина!..