Чтение онлайн

Его зеленые глаза в тот момент сказали мне больше, чем любые слова. Он все прекрасно помнит, и он узнал меня. Хотя что это я - еще бы не узнал! Такое разве забудешь?!

Я сглотнула и застыла, рассматривая искорки в его глазах. Зеленые всполохи магии вокруг зрачков пугали и завораживали одновременно. Разве прилично сидеть так близко на подобном вечере? Но отстраниться или отвести взгляд сейчас - значило, проиграть. Во что? И что именно? Я не знаю. Просто чувствовала это всем своим существом.

Первым разорвал наш зрительный контакт именно де Фоссе, он обратился к одному из подавальщиков за нашими спинами:

– Можно нам чай?

– Чай, господин?..
– молодой человек был явно сбит с толку. Что сказать, я его прекрасно понимала.

– Да, черный чай.

– Погорячее, - добавила, и только потом задалась вопросом, зачем я вообще пошла на поводу и полезла в эту странную игру, затеянную неясно, для чего.

– Точно погорячее?
– уточнил де Фоссе, снова поворачиваясь ко мне.

– Я люблю горячий чай.

– Что ж, похоже, мне повезло.

Я никак не прокомментировала эту шпильку, в голове крутилась лишь одна мысль - а ведь выпить чая я бы, действительно, не отказалась.

Я сидела и чувствовала себя, как готовая вот-вот взорваться пороховая бочка. И моим огнивом был господин де Фоссе. Что он сделает? Что скажет?

Однако он превзошел все мои самые смелые ожидания, повернувшись к профессору де Грино, и, завладев вниманием того, спросил:

– Профессор, как вы относитесь к прелюбодеянию?

По лицу Де Грино можно было понять, что он крайне серьезно отнесся к этому вопросу - сидел с таким видом, будто бы его только что и поймали на этом прелюбодеяние. В его глазах так и читался немой вопрос, перемешанный со страхом: «Вы знаете что-то, чего не знаю я, господин де Фоссе?»

Ну конечно же, он знал! Он же глава Тайного сыска. Естественно, я не думала, что отдел, занимающийся охраной королевских учреждений, вопросами шпионажа и еще демоны знают сколькими проблемами, собирают подноготную на профессорский состав одного Ботанического общества, но, на самом деле, я бы не удивилась.

Де Грино не успел придумать достойный ответ, старательно морща лоб. Первым нашел, что сказать, Марк. Его смелость была подкреплена природным обаянием и вином.

– Сомнительное удовольствие. Столько проблем, знаете ли!

Веселый выпад Марка был встречена улыбкой де Фоссе и грозным взглядом Корбина. Второй возымел эффект посильнее. Марк кашлянул и исправился:

– Отрицательно отношусь?..
– скорее спрашивая, чем утверждая вымолвил Марк, глядя на профессора Корбина, и когда тот снисходительно кивнул, повторил более уверенно, - да, к прелюбодеянию я отношусь крайне отрицательно! Просто бич современного общества!

По взгляду Корбина стало понятно, что профессору не понравилось последнее замечание Марка.

Лоренс тоже никак не спасал медленно, но верно тонущую меня, поинтересовавшись:

– Господин де Фоссе, почему вы заговорили на такую щекотливую тему?

– Понимаете, этот вопрос имеет для меня особый интерес.

– Хотите сказать, что он касается вас лично?
– с сомнением спросил Лори.

Он смотрел на де Фоссе и не мог увидеть моих умоляющих прекратить этот разговор глаз. Не думаю, что их, вообще, кто-то заметил, ведь все дружно скрестили взгляды на личности поинтереснее, тем более, что эта личность делилась такими животрепещущими секретами.

– Совсем недавно меня обвинили в прелюбодеянии.

За столом повисла неловкая пауза. Первый ее прервал, как не трудно догадаться, Марк:

– Кто?

– Да не может такого быть! Какая злостная клевета!
– вознегодовал де Грино, словно он свечку держал и, действительно, знал, кто там прелюбодей, а кто - нет.

Профессор Корбин нахмурил седые брови и стал еще больше похож на лешего из дремучего леса. Подобные разговоры ему явно не импонировали. Лоренс был скорее удивлен, что господин де Фоссе делится подобным с людьми, которых видит впервые в жизни. Ну, как впервые… Мы то с ним уже виделись. Не скажу, что я безумно рада нашему странному знакомству, если это можно назвать знакомством, но что есть, то есть.

– Вы, верно, шутите, господин де Фоссе, - улыбнулся Лоренс, но встретив абсолютно серьезное выражения лица того, стушевался.

Господин глава Тайного сыска в свою очередь медленно повернул голову ко мне. Чего доброго, сейчас и меня подключит к разговору. Я не выдержала и вскочила со стула. Это уже был какой-то цирк. Чего он хочет от меня? Чтобы я слушала этот неимоверный бред?

– Извините, я покину вас ненадолго.

Улыбнулась всем присутствующим, кроме господина де Фоссе, на него смотреть не хотелось от слова совсем, и развернулась в сторону выхода. Правда «ненадолго»? Мне хотелось выйти и забыть, где вход.

Я решила дойти до балкона, выходящего во внутренней двор, и немного освежиться - щеки горели, как в лихорадке. Но добраться до свежего воздуха не вышло. В коридоре меня поймал Руперт. За ним, еле поспевая, семенила небольшая делегация адептов. Они крутили головами в разные стороны и походили на стаю рыбок.

– Селина! Вот вы где!

Знаете, это, наверное, была коронная фраза Руперта.

– Я уж думал, что мне придется искать вас на банкете.

Адепты Королевской Академии выстроились по струнке за спиной Руперта. Тот затравленно глянул на них через плечо, подошел ко мне ближе и заговорил, понижая голос:

– Мне нужна ваша помощь.

Я внимательно осмотрела молодых адептов на предмет травм, несовместимых с жизнью. Таковых не нашла, поэтому пришлось вопросительно поднять брови.

– В общем… я проводил экскурсию, мы дошли до Оранжерей и… и я … мы потеряли одну девушку.

– Что, простите?

Руперт помялся немного, но все-таки повторил:

– Потеряли одну адептку. Мы звали - не откликается. Я все обошел! Я не могу сказать об этом профессору…

Я прикрыла глаза. Как можно потерять человека? Взрослого человека? Он же не ключи какие.

– Руперт, просто обойдите Оранжерею еще раз. Может, девушка сама уже вышла и бродит где-то по коридорам, походите вместе с адептами, заодно покажите все этажи, - я устало махнула рукой в сторону главной лестницы.

Руперт согласно закивал и, еще сильнее наклонив голову к моему уху, добавил:

– Да-да, все верно, но я забыл перед экскурсией закрыть в теплице Химерсиду…

Последние слова он произнес едва слышно, но я все поняла. И ужаснулась. Химерсида была одним из научных экскрементов профессора Корбина. Плотоядный цветок - гибрид розы и барбариса -, выпускающий лианы на несколько метров вперед, имел приличные габариты и естественные потребности. Кроме того, что он ел каждый день мяса, как не в себя, так еще и созерцал прекрасное вокруг. Корбин обычно запирал его на ночь в теплице в окружении предметов искусств. Точнее, запирать метровый цветок должен был Руперт, как лаборант профессора. Корбин пытался заложить в Химерсиду способность мыслить и оценивать свои поступки. Пока безрезультатно.