Заманчивая мишень
Шрифт:
– Спасибо, - ответил Чиун и подошел к Римо со словами: - Мы попали не туда.
– По-моему, эта женщина тебя не поняла...
– заговорил ученик.
– Прекрасно поняла. Я спросил ее об императоре, и она направила меня в другое здание, также именуемое Смитсоновским.
Римо прикусил язык и последовал за мастером Синанджу наружу. Времени на исправление ошибки было достаточно, поскольку Чиун обнаружил ее сам.
Они вошли в современное белое здание, напоминающее коробку от бумажных салфеток. Вывеска на фасаде гласила: "Национальный музей американской истории". На одной из колонн было написано, что он входит в объединение смитсоновских музеев.
Войдя, они увидели маятник, высотой с двухэтажный дом, методично сбивающий колышки, расставленные широким крутом в соответствии с амплитудой его колебаний. Большинство колышков уже лежало на полу.
Римо, ведя Чиуна за собой, подошел к стеклянному барьеру, возле которого толпился народ, и прочел на табличке, что это маятник Фуко.
– Тут сказано, что перемена направлений движений маятника доказывает вращение Земли, - объяснил он.
– Это доказывает, - фыркнул кореец, - что разум белого человека, отравленный языческими праздниками, занят пустяками.
И обратившись к стоявшему поблизости охраннику, попросил:
– Мы ищем императора. Укажи нам путь, страж замка Смита.
Охранник задумался лишь на миг.
– В западном крыле, возле эскалатора.
– И указал в глубь коридора.
Уильямс, недоумевая, двинулся по коридору вслед за Чиуном.
Они подошли к громадной мраморной статуе сидящего мужчины в спавшей до талии тоге. Мужчина, высоко воздев одну руку, другой сжимал меч в ножнах.
– Римо, что это за император?
– спросил Чиун.
Ученик поднял взгляд. Лицо статуи походило на лицо древнего греческого или римского правителя, только волосы были не короткими, а длинными, вьющимися.
– Понятия не имею. В древней истории я не силен.
– Это не император из древности, - выпалил кореец.
– Очевидно, он один из первых правителей этой страны.
– У нас только президенты, - сухо произнес Римо, высматривая среди посетителей кислое лицо Смита.
– А разве британский король никогда не правил этой страной?
– Правил вроде бы, - неуверенно ответил Уильямс.
– Меня интересуют только президенты. И то не всегда.
– Я давно предполагал, что другие императоры этой страны таились в укромных местах, - подхватил Чиун.
– И теперь уверился в этом.
– Ничего подобного.
Чиун отступил назад, чтобы получше рассмотреть лицо статуи своими птичьими глазами. Оно было властным, с крупным носом и высоким лбом. Мастер Синанджу вертел головой из стороны в сторону потом взгляд его упал на широкое основание трона.
– Ха! Смотри, Римо, вот подтверждение того, о чем я твержу много лет.
Ученик повернулся и посмотрел в ту сторону, куда указывал палец Чиуна.
На основании статуи стояла только фамилия: "Вашингтон".
– Теперь мне все ясно!
– воскликнул кореец.
– Эту страну основал император Вашингтон.
– Он был президентом.
– Еще один подлог для обмана доверчивого населения.
– И кто только взял на себя труд ваять двадцатитонную статую Джорджа Вашингтона, притом одевать его как Калигулу, сидящего в жаркой бане? удивился вслух Римо.
За спинами учителя и ученика послышался кислый голос:
– Этого человека звали Пэрацио Гриноу, а эта статуя - знаменитая никчемность, убранная из Капитолия в девятьсот восьмом году.
Они повернулись и увидели Харолда В. Смита в привычном сером костюме, который он носил, словно личный мундир.
– Делайте вид, будто любуетесь статуей!
– приказал вполголоса Смит.
– Я не столь уж хороший актер, - пробормотал Римо.
Чиун низко поклонился.
– Приветствую тебя, Смит, кровный потомок Вашингтона Первого.
Шеф КЮРЕ побледнел, но смолчал. В руке он держал старый кожаный портфель.
– Приехав на такси, я увидел, что вы выходите из Смитсоновского замка. Как же вы сюда попали?
Римо указал на статую Вашингтона.
– Чиун перепутал всех императоров.
– За вами кто-нибудь следовал?
– спросил Смит.
– Да, - ответил кореец.
– За мной следовал Римо.
– Я имел в виду посторонних.
– За мной никто следовать не мог.
– Конечно, - согласился Уильямс.
– Чиун всего лишь разболтал о нашей организации Пепси Доббинс.
Глаза Смита за стеклами без очков расширились. Он зашатался.
– Я просто-напросто просветил невежественную женщину, - объяснил мастер Синанджу.
– Не волнуйся, Смитти. Говорят, ее уволили за необдуманное сообщение о смерти Президента.
Смит расправил свой зеленый дартмутский галстук и, казалось, этим движением привел себя в равновесие.
– Мне надо поговорить с Президентом лично, - сказал он, глядя на редеющую толпу вечерних посетителей так пристально, что те невольно устремляли на него ответный взгляд.
– Можем провести тебя в Белый дом, если хочешь, - сказал Уильямс.
– Да, - поддержал его Чиун.
– Никакой дворцовый страж не сравнится с нами в ловкости и хитрости. Если хочешь пробраться тихо, мы с Римо это устроим. Если хочешь, чтобы мы взяли Белый дом штурмом, - это тоже выполнимо.
Ученик поглядел на учителя.
– Выполнимо?
– Слово, очень распространенное в этой провинции, - вкрадчиво сказал Чиун.
– А нам сейчас нельзя выделяться из общей массы.
Оглядев белое кимоно Чиуна с золотым шитьем, ученик заметил:
– Ты не будешь выделяться только на каком-нибудь ритуальном жертвоприношении.
Кореец молча сморщил нос.
– Поблизости меня ждет взятая напрокат машина, - кивнул Смит, направляясь к выходу.
Смит сел за руль, Римо и Чиун по его строгому настоянию - на заднее сиденье, чтобы "не светиться". Шеф КЮРЕ повел машину по Конститьюшн-авеню со всей поспешностью учителя воскресной школы, а когда забрезжило белое сияние Белого дома, свернул на Пятнадцатую улицу и остановился у здания министерства финансов.