Чтение онлайн

Он заколебался. Потом, вспомнив о своей легенде, ответил:

– Да.

– Из КЮРЕ?

Глаза Смита расширились.

– Не понимаю, о чем вы.

Первая леди, постукивая каблучками, приблизилась к кровати. Харолд В. Смит благопристойно натянул одеяло на подбородок.

– Кто вы?

– Мадам, это вас не касается.

– Муж говорит, вы из секретной службы.

– Собственно говоря, я в отставке, - отозвался Смит.

– А те двое, что стояли у дверей моей спальни, охраняя нас, тоже агенты секретной службы?

– Да.

Голубые глаза Первой леди сверкнули, как лазер.

– Если хоть кто-то из вас состоит там, то я Бесси Трумэн.

Смит промолчал.

– Знаете, что маленький человечек в кимоно сказал мне сегодня утром?

– Не знаю, - ответил Смит.

– Предложил убить каждого, кто встанет между мной и, как он выразился, орлиным троном в обмен на королевство Гавайи.

– Вы наверняка неправильно его поняли.

– Вас он называл императором Смитом, а Президента - марионеткой.

– Чепуха какая-то.

– Если он и марионетка, то моя. Понимаете?

– Да, - ответил Смит.
– Понимаю.

И Первая леди стремительно вышла.

Торопливо одевшись, Смит поспешил в западное крыло Белого дома, к Овальному кабинету. Странно, конечно, было шагать так вот запросто по этим светлым коридорам, но и времена настали странные.

Перед белой дверью в сером костюме и темных очках застыл Римо Уильямс.

– Черт побери, - проворчал он, увидев Смита.
– Я много лет не носил костюмов и теперь вспомнил почему.

– Почему же?

– Они вызывают зуд.

– Для этой миссии очень важно, чтобы ты походил на агента секретной службы. Я должен поговорить с Президентом. Он один?

– Нет. Чиун по своему обыкновению пытается его во что-то втянуть.

– Господи!
– вздохнул Смит и постучал в дверь.
– Мистер Президент, мне надо с вами поговорить.

Гнусавый голос ответил:

– Войдите.

Харолд В. Смит вошел в Овальный кабинет. Увидел, что интерьер его оформлен по-новому, и сморщил нос, недовольный нарушением традиций. Потом обратил внимание на письменный стол, сделанный из досок с британского военного корабля "Решительный", - тот самый, за которым сидел Кеннеди, когда Смит познакомился с ним более тридцати лет назад. Шеф КЮРЕ читал, что Линдон Джонсон убрал его из Белого дома. И теперь, много лет спустя, вид этого стола потряс Смита. Он отогнал нахлынувшие воспоминания и громко откашлялся.

Увидев его. Президент повеселел и приглашающе помахал рукой.

– Смит! Идите к нам.

Президент сидел у стола, посреди синего ковра на вышитой золотом большой президентской печати. Мастер Синанджу восседал напротив, блистая золотым шитьем на шелковом кимоно.

– Не лучше ли вам сесть за стол, мистер Президент?
– спросил Смит.

– Сидя на полу, он представляет собой не столь уязвимую мишень, ответил Чиун.

– К тому же так удобнее, - добавил глава государства.

Смит откашлялся.

– Мне только что нанесла визит Первая леди.

– Не обращайте на нее внимания. Она считает себя сопрезидентом. Не успели мы сюда въехать, как она захватила половину западного крыла.

– Она поинтересовалась, не Смит ли я.

– А что тут такого? Вы и есть Смит.

– Смит из КЮРЕ, - с нажимом продолжил Харолд В. Смит.
– Мистер Президент, я требую объяснений.

– А, ерунда. Не расстраивайтесь. Она знает только то, что вы человек, который иногда со мной созванивается.

– Даете слово, что не говорили ей об организации?

– Даже не заикался. Кстати, вы не пробовали делать дыхательные упражнения, которые показывает мне мой добрый друг Чиун?

– Нет, не пробовал.

– После них чувствуешь себя великолепно. Знаете, я даже не испытываю желания перекусить после завтрака.

– Прекрасно, мистер Президент, - сдержанно отозвался Смит.

– И у него есть идея, которая мне очень нравится.

– Какая?
– спросил шеф КЮРЕ с легкой озабоченностью.

– Чиун полагает, что секретная служба нам, в сущности, ни к чему.

– Когда в вашем распоряжении самые лучшие, - великодушно произнес кореец, - все остальные излишни.

Президент широко улыбнулся.

– Готов с этим согласиться.

– Я прошу только об одной милости, - вкрадчиво сказал Чиун.
– Это сущий пустяк.

– И какой же?

Смит подавил стон.

– Я много лет трудился для этой страны вместе со своим учеником Римо.

– Америка высоко ценит вашу преданность.

– Преданность до сих пор оплачивалась золотом.

– Понимаю.

– Золото - вещь хорошая. Но я старик, прожил больше восьмидесяти лет. И очень хочу получить символ уважения, которого ни одному мастеру - даже Великому Вангу - не давал ни один император.

– Так скажите же, что это за символ!

– Ни один фараон, ни один халиф, ни один эмир прошлых времен не предлагали этого мастерам Синанджу.

– Я слушаю.

Чиун поднял палец и заулыбался.

– Милость, о которой я прошу, - это всеобщее здравоохранение.

– Я сейчас работаю над этой проблемой. Года через два мы, видимо, попытаемся снова протолкнуть ее через Конгресс.

Чиун покачал старческой головой.

– До ваших конгрессов мне дела нет. Я только хочу, чтобы мы с учеником имели соответствующее медицинское обслуживание за нашу опасную службу.

– Смит, позаботьтесь об этом.

– Хорошо, мистер Президент, - ответил Смит довольный тем, что мастер Синанджу не попросил ничего невыполнимого, например, столицу какого-нибудь штата в личное пользование.

На столе неожиданно зазвонил телефон, и Президент снял трубку.

– Что такое?
– весело спросил он.

Слушал он внимательно. Веселое настроение вмиг улетучилось.

– Только этого мне не хватало, - произнес Президент упавшим голосом. Спасибо, Джордж.

И повернулся к Харолду В. Смиту.

– У нас и так полно неприятностей, а тут еще этот брюхан Трэш Лимбергер прилетел сыпать соль на раны!

– Скажите только слово, и его голова украсит ваш самый высокий флагшток!
– воскликнул Чиун.