Чтение онлайн

Я промолчала. В груди что-то откликалось на её слова, заставляя вернуться к рассмотрению решений вопроса с меткой.

Я открыла дверь, чтобы выпустить Хлою в коридор, позабыв про Дизеля: пёс устремился в каюту, налетел на кошку, получил от неё по морде и, взвизгнув, предпринял попытку сбежать куда-то по коридору. Но вспомнив про долг стражника, он развернулся и стремительно побежал обратно. Хлоя уже вышла в коридор. Ей пришлось подпрыгнуть высоко в воздух, чтобы уйти от повторного столкновения с собачьей тушкой, которая на всех парах влетела в мои покои.

– Дизель! Сидеть!
– попыталась приструнить пса, едва сдерживая улыбку на устроенное им представление.

Бульдог встал посреди каюты и огляделся, тяжело дыша.

– Простите, - пропыхтел он и с виноватой мордой плюхнулся на пол.

– Ур-р, собаки, - прорычала брезгливо Хлоя, после успешного приземления на все четыре лапы.

Я захлопнула дверь, чтобы пресечь новый этап собаче-кошачьей разборки.

– Простите, - повторил Дизель, пытаясь собрать лапы, чтобы сесть.
– Мне не всегда удаётся контролировать свои эмоции и реакции.

– Не стоит извинений, - отмахнулась я, отойдя от двери.
– Давай ты лучше скажешь, как тебе будет удобно: выдвинуть нижний ящик комода или полностью вытащить?
– взялась я за решение более простого вопроса по устройству пса на ночь.

В пятом часу утра один из матросов прошёлся по каютам и предупредил пассажиров о посадке.

– Леди Глория, вот вы где!
– в главную каюту зашла Бетти с распростёртыми руками, словно намереваясь кого-то обнять.

Первые рассветные лучи озаряли помещение через круглые окошки. Дирижабль коснулся земли, встряхнув всё содержимое в себе. Гномиха сдавленно вскрикнула и морской звездой растянулась в проходе, вцепившись в дверной косяк всеми конечностями.

– Полегче, не мешки с зерном везёте!
– выкрикнула она и, убедившись, что дирижабль замер, нерешительно отлипла от спасительного проёма.

– Доброе утро, леди Бетти, - услышала я голос Марселя и обернулась, чтобы увидеть его.

– Леди в королевском дворе остались, - пробурчала та, насупившись.

– Все?
– Конь поднял уши торчком. Он определённо издевался над низкорослой, ширококостной женщиной с всклокоченной бородой.

– Почти, - бросила Бетти, подойдя к моему креслу.
– Одна вот отбилась от общей стаи, -указала она на меня рукой.

– Доброе утро, Глория, - обратился ко мне Марсель.

– Доброе утро.

– Простите, леди Глория, - сделав акцент на слове "леди", исправился он и подошёл поближе.
– Чудесно выглядите.

– Да уж, ну и видок, как у куртизанки всю ночь принимавшей гостей в своём будуаре. Хоть бы платье пожалели и не спали в нём, - пожурила Бетти.

– Особо не спалось, вот и не стала переодеваться, - отмахнулась я от неё.

– Всё хорошо?
– забеспокоился Марсель.

– Опять мысли не давали покоя, - поморщилась я.

– О, эти невидимые негодники — хуже прилипчивых кавалеров! Давайте, я вас хотя бы причешу, - предложила Бетти, выудив из кармана платья гребень, которым первым делом прошлась по собственной бороде.

– Вы уже здесь?
– удивился папа, когда вошёл в комнату.
– Всем доброго утра!
– возгласил он.
– Глория, ты спала?

– Да, где-то между «у... у... у...» и «хр-р-р», - ответила я.

– Я был готов спать в коридоре, но леди Глория не позволила, -обиженно просопел Дизель.

Матросы принялись переносить багаж отца, точнее, Жаннет, с чем справились быстро без контроля хозяйки дорожного сундука.

Никто не отказался от возможности выйти и подышать свежим воздухом, ощутить твёрдую землю под ногами. Бетти бухнулась на колени и несколько минут гладила пыльную землю площадки, где стояли дирижабли, что-то бубня в бороду. Второй летательный аппарат был меньше размером и из-за заплаток на шаре не внушал доверия. Жаннет предприняла попытку устроить скандал и даже пустила в ход слёзы и жалобные причитания «я не хочу умирать, я так молода для этого». Папе пришлось отвести её за локоток в сторонку и провести беседу, в которой Жаннет лишь всхлипывала и кивала, соглашаясь с приведёнными доводами.

– Что ты ей сказал?
– полюбопытствовала я, когда Жаннет, утирая глаза платочком, пошла осматривать внутренности дирижабля, а папа вернулся к нам с Марселем.

– Сказал, что если этот дирижабль рухнет, будет жуткий скандал на всю страну, а король такого не допустил бы.

– Скандала?
– вздёрнула я брови.

– Да. И сказал, что ты заставишь его пожалеть, если это всё же случиться. И напомнил о её мечте — умереть в один день с любимым.

– Ты же понимаешь, что на месте любимого может быть кто угодно?
– не щадя чувства отца, уточнила я.

– Но сейчас это я, - гордо выпятив грудь, парировал он.

– Я надеюсь, что Жаннет успокоилась до конца полёта и после не будет припоминать тебе, как ты вынудил полететь её на крылатом гробе.

– Хочу заметить, - вмещался Марсель, - на дирижаблях малого класса есть защита на непредвиденный случай: отказ двигателя, отсутствие топлива в баке, встреча с косяком гусей, после которого могут появиться дыры в шаре и в баке с топливом.

– Звучит обнадёживающе и пугающе, - прокомментировала я, задумавшись: а как часто такое случается в небе — встреча с косяком гусей?

– Наложенное заклинание активируется при резком снижении летательного аппарата, создавая на дирижабле пространство без притяжения, чтобы минимизировать травмы, и опускает его на ближайшую твёрдую поверхность, - договорил Марсель.

– Замечательно! Пойду расскажу Жаннет. Будем прощаться?
– Папа посмотрел на меня.

– Да. Удачно долететь. И чтобы комары не жужжали.

Папа усмехнулся из вежливости, а вот Бетти хихикнула в бороду, поняв, о каком жужжании речь.

– Рад был повидаться с вами, сэр Марсель, - адресовал отец коню.
– Присмотрите за Глорией.

– Смотрю в оба глаза, - заверил Марсель, покрутив головой, чтобы взглянуть на папу каждым глазом по очереди.

Отвесив друг другу почтительные поклоны, разошлись по своим дирижаблям и продолжили путь.

– А куда мы летим?
– очень вовремя решила я узнать пункт назначения.

– В Бранстерн, - ответил Марсель.

– Что? В лес нимф?!

– Я представитель жителей Бранстерна и чаще всего меня посылают с командировками именно туда, - спокойно разъяснил он вполне очевидное.
– Если боишься, я могу договориться, чтобы тебя доставили во дворец, - предложил он, заметив, как я побледнела.