Чтение онлайн

– Вот видите, - адресовала коню, - это даже не больно. Предлагаю закончить тут и отправляться в путь. Или вы никуда не опаздываете?

Марсель задумчиво посмотрел на моего отца, на священника, бросил взгляд на статуи богов.

– Однажды мне сказали, что в некоторых ситуациях нельзя сомневаться и говорить «нет», потому что именно в этот момент жизнь может раз и навсегда измениться, а надо сделать шаг вперёд и сказать «да» тому неизвестному, что тебя ждёт. Пожените уже нас, святой отец, - сказал Марсель и занял место рядом со мной справа.

Священник попросил нас протянуть руки тыльной стороной вверх. С женихом вышла заминка: рук у него не было, а использовать руки слуги в этой церемонии не представлялось возможным. Марсель поднял переднюю ногу как можно выше. Я наклонилась вперёд, соединив свою ладонь с пястью* коня. Священник приложил пергамент к нашим конечностям. Узор на бумаге засветился мягким золотистым светом. Кожу неприятно кольнуло, я дёрнулась. Пергамент упал на пол — рисунок с него исчез, оставив отпечаток на моей коже. Я посмотрела на ногу Марселя — ничего: белая шёрстка прятала кожу и свадебный рисунок. Удобно ему. Мне же придётся полюбить перчатки до тех пор, пока не придумаю, что отвечать на вопрос «О, а кто же этот счастливчик, которому досталась такая прекрасная женщина?»

Махнув рукой вместо пожелания счастья молодым, священник отправил нас по домам. На улице дожидалось несколько экипажей: две кареты и одна крытая повозка, в которую погрузили мой дорожный сундук с приданым.

Марсель держал путь на заставу, расположившуюся в нескольких часах езды от Остловки. Оттуда можно было уехать в столицу на поезде, что было куда быстрее и удобнее дилижансов. Мой новоиспечённый супруг, не без помощи слуги, забрался в повозку. Приберёг силы и не стал скакать на своих четверых. Всё же он не какой-то там конь, а государственный помощник при дворе! Что для разумного животного было неслыханным карьерным успехом.

– Как доедешь — напиши, - велел папа.
– Не забудь указать обратный адрес, чтобы я мог выслать денег.

– Не пропаду, не переживай, - отмахнулась я от него.

– Глория смышлёная девочка, - поддакнула Жаннет, уже не помню в какой раз попытавшись всучить мне букет. Я её осадила холодным взглядом.

– Дай обниму на дорожку, - не сдержал своих чувств папа и заключил меня в свои крепкие объятия.

– Дорогой, - отвлекла его Жаннет и потянулась ко мне, якобы поцеловать в щёку на прощание, и шепнула: - Не переживай, я за ним присмотрю.

Я отпрянула, пронзив мачеху недобрым взглядом.

– Обязательно напиши, - напомнил папа, - я отправлю Бетти. Если она будет с тобой, мне будет спокойней.

Жаннет скривилась и дёрнула папу за руку, пытаясь завершить наши долгие прощания.

– Если Бетти ещё не ушла. Я ей сказала, что в доме достаточно горничных.

Папа устремил на неё суровый взгляд.

– Я думаю о расходах, и горничная метрового роста по цене обычной нам точно не нужна, - заявила она, надув губы.

– Леди Глория Миллер, мы готовы, - обратился ко мне один из кучеров на старый лад, то ли не заметив мерцающей метки на моей правой ладони, то ли по привычке.

– Ну всё. Может быть ещё увидимся, - попрощалась я с папой и полезла в карету.

Экипаж тронулся. Я смотрела в окно.

– Напиши, как приедешь!
– крикнул отец.

Я отвернулась. На сердце было тяжело. Неизвестность пугала. Не могла думать о том, что же делать дальше. Оставив все размышления на потом, я попыталась устроиться поудобней и вздремнуть.

– Когда уже железную дорогу до Остловки сделают?
– пробурчала я, выбравшись из кареты.

– Не скоро, - огорчил меня Марсель, переступая с ноги на ногу. Это у него выходило так грациозно, что невольно в моей голове заиграл любимый менуэт.

Убедившись в отсутствии свидетелей, поддалась настроению коня: переступила с ноги на ногу, слегка присела и выпрямилась, вытянув руки в стороны.

Марсель замер, уставившись на меня одним глазом.

– У меня всё тело затекло, - объяснила я, расправив плечи и гордо задрав голову.

– Я уж подумал, ты меня обнять хочешь.

– С какой стати мне тебя обнимать? Ты, конечно, милашка, но далеко не котик, чтобы испытывать желание потискать тебя, - огорчила я Марселя, и тот повесил голову.
– Это случайно не наш поезд?
– сменила я тему.

– Наш, - подтвердил Марсель.
– Ты поедешь со мной или велеть Гасу купить тебе билет в пассажирский вагон?

– Два вопроса: «С тобой — это в вагоне для животных?» и «Кто такой Гас?», - спросила, бросив взгляд на кучеров и слугу Марселя, которые выгружали багаж из повозки.

– Гас - мой слуга. И да, я приглашаю вас в вагон для животных.

Я пробежалась взглядом по длинному поезду: вагоны впереди имели окна и милые занавесочки на них, а у вагонов в конце не наблюдалось ни того, ни другого. Попыталась представить, каково это ехать в вагоне без окон и сидений, но в компании животных и непередаваемого амбре, которое долго будет преследовать меня и менять окружающих людей в лицах.

– Нет, спасибо. Я лучше в обычном вагоне поеду.

– Как хочешь, - обронил Марсель и подозвал слугу.

После завершения войны с нашим соседом Вангрией застава разрослась и обзавелась железнодорожной станцией. Помню, как отец разозлился, когда из столицы пришёл отказ в дополнительном финансировании на восстановление города, а затем закипело строительство в опасной близости к полям, которые должны были накормить Остловку. Но это, конечно, после того как в столицу будет отправлена требуемая норма зерна. И никак наоборот, потому что голова, то есть все живущие в столице должны быть накормлены в первую очередь. Сейчас, слава богам, земля даёт небывалые урожаи, и грех жаловаться на то, что было. Теперь это всё в прошлом, словно памятные засечки на дереве.

***

Желающих уехать подальше от границы с Вангрией оказалось много, поэтому Гас отдал мне свой билет. Он помог с багажом и ушёл к Марселю. Не позавидовала парню, но работа у него такая — угождать хозяину, а теперь и новой хозяйке.

Устроившись на мягком диванчике, задумалась об отношениях Марселя с Гасом, ведь не каждый будет покупать для своего слуги место в купе.

– Ух, народу столько, будто Вангрия уже объявила о нападении, - ворвалась в купе дородная дама, распространяя приторно-сладкий аромат духов.
– Доброе утро, - просияла она, заметив меня.

– Доброе, - выдавила я вежливую улыбку в ответ, не зная куда деться и откуда взять глоток свежего воздуха.

– Поставьте багаж сюда, - указала женщина на свободную полку, расположенную под потолком, и плюхнулась на сидение рядом со мной, освобождая проход для служащего станции. Сухопарый мужчина в синей форме без видимого труда закинул чемоданы и, получив серебряный, откланялся и ушёл, прикрыв за собой дверь в купе — за что я его прокляла мысленно.

– Давайте знакомиться, - предложила дама, пересев на противоположный диванчик.