Чтение онлайн

— Вы так и не ответили на мой вопрос, — негромко произнес он.

— О да, вопрос, занимающий умы всех незнакомцев. Почему, скажите на милость, мисс Триклбэнк не исполнит свой долг и не выйдет замуж? — Она пригубила вина, не сводя глаз с принца. — Вы будете невероятно шокированы.

— Так шокируйте меня, — бросил он ей вызов. — Расскажите мне все. Неужели правда настолько ужасна?

Она засмеялась.

— С моей стороны не очень-то приятно говорить об этом. Боже, поверить не могу, что собираюсь вам это рассказать! — Она обмахнула рукой лицо. — Холлис всегда говорит, что далеко не все можно выносить за пределы нашей гостиной! Но что я теряю, если скажу правду? От правды мое положение не ухудшится. Ну что, Себастьян, держитесь. Мы с вами похожи настолько, что вы даже представить не можете. Мы оба ограничены ожиданиями и правилами. Что касается моей истории… однажды у меня был один джентльмен.

— Джентльмен — уже хорошее начало.

— По крайней мере, он таковым казался, — уточнила она.

— Интригующе, продолжайте, — подстегнул принц.

— Вы же знаете, что мой отец судья. Отец того джентльмена тоже был судьей. Мы несколько раз встретились, и после этих встреч он изъявил желание жениться на мне.

Себастьян ощутил жгучую неприязнь к этому мужчине.

— А вы ответили отказом?

Элиза прыснула.

— Как я жалею, что не отказала! По правде говоря, я была такой наивной. В действительности официально он не просил моей руки, понимаете? Но обещал, что обязательно это сделает. Я заверила его, что, когда придет время, он может рассчитывать на восторженный прием и положительный ответ.

— Вот как. — Себастьян отложил вилку. Он не имел права спрашивать, но испытывал необходимость это знать. — Вы его любили? — Он сжал пальцы в кулак и положил руки на стол. — Примите мои извинения. Крайне неучтиво с моей стороны. — Как странно, что он извиняется перед ней уже во второй раз.

— Вопрос по существу. Да, я любила его. Сильно любила, признаюсь. Я думала, что вскоре вокруг меня будет бегать десяток маленьких принцев, — улыбнулась она печально.

Удивительно, но, слушая эту историю, он чувствовал себя очень неловко. Неужели его тошнило от собственного негодования? Или это простая зависть?

— Тогда почему же вы не вышли за него замуж?

— А вот тут самое интересное. Он кормил меня обещаниями, заверяя, что это всего лишь вопрос времени. Он в полной мере воспользовался тем, как высоко я его ценила, — сказала она, и девичьи ресницы затрепетали. — Можете себе представить? Когда время пришло, он сделал предложение другой.

Себастьян недоуменно смотрел на Элизу.

Щеки ее порозовели, Элиза горько усмехнулась.

— Той, у которой было двадцать тысяч фунтов в год. У меня же был слепой отец и более скромное приданое. Прошу заметить, вполне приличное, но его даже сравнивать нельзя с приданым той леди. Подозреваю, что она решила его финансовые проблемы.

Себастьян не мог даже представить такого.

— Он держал меня за дуру. И никогда не думал жениться. Он постоянно лгал мне, хотел только соблазнить и — не стану вас обманывать — преуспел в этом. А потом оказалось, что я последняя в Лондоне, кто не знал о его помолвке. — Элиза вновь засмеялась, на сей раз глядя в потолок. — Правда раскрылась на одном из званых ужинов, когда хозяин дома встал и произнес тост за недавнюю помолвку. И я… — Она вздохнула и посмотрела на принца. — Достаточно сказать, что я отреагировала совсем неподобающе.

— Део! — воскликнул он. — Боже! Элиза, мне так…

— Прошу вас, — взмолилась она, перебивая его. — Это случилось десять лет назад. Уже все перегорело. — Она еще пригубила вина.

Разве возможно, чтобы мужчина столь отвратительно обошелся с женщиной? В особенности с Элизой? Он понимал, что двигало тем мужчиной, ведь Элиза была красавицей. Но почему так жестоко? А как же моральные ценности?

— Это неслыханно! — Себастьян опустил взгляд в тарелку. — И второго шанса не случилось?

— Не совсем так… Мистер Норрис был довольно настойчив, но он искал себе служанку, а не жену. Не знаю, как у вас в Алусии, но здесь, в Лондоне, когда женщина… — она запнулась и постучала пальцем по губам, как будто подбирая правильное слово, — пользуется дурной славой… да, пользуется дурной славой… И если за ней тянется шлейф дурной славы, то перспективы ее туманны. А когда она становится старше, как, например, я, за ней уже не стоит очередь поклонников. Перестают приходить приглашения. На нее навешивают ярлык старой девы, и, когда она идет по улице, никто ее не замечает. Она становится невидимкой. Она помогает отцу с законами, и никто не обращает на нее внимания. Она становится его тенью. — В ее улыбке сквозила грусть. — Ирония судьбы? Мне кажется, что правила, которые ограничивают меня, такие же непоколебимые, как и те, что ограничивают вас. С одной только разницей: вы у всех на виду и для всех желанны.

Себастьян ужаснулся. В Алусии для того, чтобы сделать хорошую партию, требовались молодость, энергичность и богатство. Но Элиза была такой живой и красивой. Другой такой не найти, и он предполагал, что разумные мужчины должны оббивать пороги ее дома каждый день, наперебой домагаясь ее внимания.

Уж он-то точно его добивался.

— Вы только посмотрите, я вас напугала! Не стоит бояться, в особенности из-за меня! — весело произнесла она. — Жизнь сама все расставит по своим местам. Я нужна своему отцу. Помогаю ему в работе, и так уж случилось, что я довольно неплохо разбираюсь в законах. И в часах.

Она улыбнулась, а Себастьян подался вперед, накрыл ее руку своей ладонью.

— И вы довольны своей жизнью, Элиза? И большего не желаете?

Казалось, вопрос смутил ее.

— Я не… нет. Нет, я большего не хочу. Зачем мечтать о большем? Жизнь моя не изменится. И я ни с того ни с сего не стану матерью десятка маленьких принцев. Единственное мое желание — чтобы отцу было спокойно и уютно. — На мгновение она отвела взгляд. — И, быть может, немного мир посмотреть. Хотя бы выехать из Лондона.

Себастьян откинулся на спинку кресла, его рука соскользнула с ее ладони. Он хотел для нее большего. Он хотел все бросить к ее ногам. Она заслужила иметь все.

— Ну как, вы не слишком шокированы? — поинтересовалась она.

— Ничуть, — негромко ответил он. — И вы для меня не пустое место. Я хорошо понимаю вас.

Она радостно улыбнулась.

— Отлично! Мне нравится быть вашим другом. — Сказав это, Элиза продолжила трапезу.

А вот Себастьян потерял всякий аппетит. Он продолжал размышлять над ее словами о том, что они оба находятся в одинаковых условиях. Получается, обстоятельства его рождения и ее любовная трагедия сделали их совершенно беззащитными, когда пришло время выбирать спутника жизни. О да, он понимал, что многие на всем земном шаре позавидовали бы его положению. Те, кто был бы рад целым флотилиям красавиц, которые изо дня в день проплывали перед принцем, пытаясь привлечь его внимание. Но Себастьян к ним относился настороженно. Их было столько, что все красавицы казались ему на одно лицо.

Он хотел от своей спутницы жизни того же, чего жаждала и Элиза, — покоя и уюта. И счастливой семьи с десятком маленьких принцев.

— Вы расскажете мне, наконец, о своем разговоре с господином Хитом?

Ну вот опять! Он взял вилку, попытался отмахнуться от образа Матуса, неожиданно возникшего у него перед глазами.

— Разговор не слишком помог. Он сказал только одно: мой секретарь интересовался, связывался ли Хит с французским банкиром. Как он понял, кто-то, располагающий внушительной суммой денег, хотел через английский банк перевести эту сумму в банк французский.