Чтение онлайн

Но эксперимент был не совсем бесполезным. Он показал, что Радецкий либо незнаком с людьми из списка (как минимум с двумя), либо скрывает, что знаком. В обоих случаях вероятность того, что он знает этих людей и не видит в знакомстве с ними ничего особенного, исключается.

При очередном взгляде на Максима Ника окончательно усомнилась в своей страшноватой теории спектакля. Писателя развезло, что называется, в пух и прах, он едва ворочал языком.

– Ника! – мычал он, промахиваясь вилкой мимо салатной размазни. – Ты моя мечта! Предадимся же разврату, о Мессалина, среди гордых римских руин…

Эта сложная тирада отняла у него последние силы. Вилка выпала из пальцев, глаза остекленели.

– Максим, – сказала Ника, тоже не кристально трезвая. – Мне пора идти… Позвоните мне, когда захотите. Телефон мой сохранился у вас?

– Телефон? – повторил писатель голосом древнего фонографа. – Телефон… Ай гив ю олл май лав, зэтс олл ай ду…

Понимая, что внятного ответа ждать не приходится, Ника записала на салфетке номер, добавила под ним слово «СТЫДНО!» крупными буквами и дважды подчеркнула его.

На улице она с минуту раздумывала, рискнуть ли и сесть в «Эскорт» или поймать такси. Наконец она пришла к выводу, что, пожалуй, в состоянии провести полчаса за рулем и не попасть в аварию.

Домой она добралась без приключений.

22 мая 2001 года

Снова откладывать выездную съемку было невозможно – до каких пор, не до возвращения же Бориса Кедрова? Нике пришлось выехать с другим операто­ром. Работа шла плохо, Ника нервничала, все валилось из рук. Она вернулась в студию к семи вечера, сидела и курила, рявкала на всех подряд, потом бродила по коридорам в поисках свободного кабинета с интернетовским компьютером. Кабинет она нашла, но ни «Яндекс», ни «Рэмблер» не порадовали ее ссылками на таинственный Штернбург. Она собралась поискать сведения о людях из списка, но рука ее зависла над клавиатурой.

Ника не была специалистом по компьютерам, тем более в сетевом аспекте. Как знать, вдруг остаются какие-то следы, вдруг совсем нетрудно установить, какую информацию она запрашивала? А Щербаков, шеф СПКТ – в списке… Хватит на сегодня и Штернбурга, один только Штернбург еще можно объяснить тем, что кто-то где-то упомянул, стало любопытно, а дальше? «Два раза – совпадение, три раза…». Надо быть поосторожнее со служебными компьютерами, по крайней мере пока. Есть и другие компьютеры на свете… Там видно будет.

Домой Ника приехала в девятом часу, донельзя усталая, недовольная собой и всем миром. Повалившись в кресло с сигаретой, она нашарила пульт и включила телевизор. Вскоре начиналась программа городских новостей конкурирующего канала. Ника редко смотрела новости СПКТ – не оттого, что журналисты ее родной телекомпании хуже подавали информацию, просто в буднях Ники логотип СПКТ и так занимал слишком много места.

Зазвонил телефон. Ника подняла трубку.

– Алло, – безжизненно сказала она.

– Ника, это Максим Радецкий.

– Счастлива вас слышать. – Ника надеялась, что в ее голосе звучит достаточно сарказма.

– Я звонил вам весь день.

– А я была на выездной съемке.

– Простите меня, Ника! Я свинья, я все испортил… По правде говоря, отвык пить. Некогда, столько работы… Вот и не рассчитал.

Ника едва не выложила ему честно и откровенно мнение о его работе, но вместо того произнесла:

– Я на вас не сержусь. Бывает.

– Когда мы увидимся? То есть, я хотел сказать, мы еще увидимся?

– Может быть.

– Вы оставили телефон, и я подумал…

– Хорошо, что вы иногда думаете.

– Ника! – взмолился писатель. – Не добивайте меня! Я искуплю… Так когда?

– Не знаю, пока я очень занята. Я вам сама позвоню.

– Я буду ждать…

– Ждите ответа, – усмехнулась Ника и положила трубку. Новости уже начались, Ника прибавила звук с полуфразы ведущего Олега Баскина.

– … криминальной столицей. Печально, что наш город продолжает оправдывать этот далеко не почетный титул – сегодня произошло очередное заказное убийство. В восемь часов утра возле своего дома застрелен депутат городской думы тридцатидвухлетний Илья Незванов. По словам свидетелей, убийц было двое, и задержать их по горячим следам не удалось…

Олег еще что-то говорил об убийстве. Показывали место преступления, лужу крови – Ника не слышала, не видела. Только имя – Илья Незванов – билось в ее черепной коробке, как запертая птица. Имя из списка.

С трудом дождавшись конца передачи, Ника позвонила в студию, представилась, попросила соединить ее с Баскиным. Тот подошел к телефону.

– Здравствуй, Олег. Это Ника.

– А, салют конкурентам. Чем обязан?

– Олег, я не буду спрашивать, как жена и дети… Я звоню из-за этого убийства. Из-за депутата.

– Гм… А почему ты им интересуешься? Криминал вроде не твоя епархия.

– Тут не профессиональный, а частный интерес.

– Ты его знала?

– Незванова? Нет. Его знал мой друг.

– А, понятно. И чего же ты хочешь от меня? Я знаю об убийстве ровно столько, сколько рассказал в эфире.

– А о самом Незванове?

– Спроси своего друга.

– Я спрашиваю тебя.

– Ох… А ты не темнишь?

– В каком смысле?

– В профессиональном.

– Олег, я же не выпытываю у тебя служебную тайну. Я прошу рассказать о Незванове то, что могла бы узнать в думском пресс-центре. Меня… задело это убийство.

– Ника, да мне о Незванове немногое известно. Тридцать два года ему было… В думу он попал не совсем обычным образом…

– Как это?

– От его округа баллотировался другой человек. Незванов был помощником, доверенным лицом. И что-то там у них стряслось… В общем, тот первый погряз в жутком скандале, а главным обличителем выступил как раз Незванов, на чем и выехал как борец за правду. Говорят, он сам и раздобыл компромат на шефа.

– Темная история?

– Да, пожалуй. Неужели ты не слышала? Об этом много шумели.

– Меня тошнит от политики. – Ника решилась наудачу назвать другое имя из списка. – А фамилия Губарев тебе ни о чем не говорит?

– Какой Губарев, космонавт?

– Нет. Губарев Лев Дмитриевич.

– Ах, этот… Говорит, а как же. Ты и о нем ничего не знаешь? В каком мире ты живешь, Ника?

– Кто он?

– Знаменитый ученый. Недавно сделал сенсационное открытие – ну, в подробностях я не силен, что-то о происхождении Вселенной, большом взрыве или большом всплеске. Результат – в тридцать четыре года директор нашего филиала Астрофизического института РАН. Модный персонаж, плейбой. Ника, к чему все эти расспросы?