Запах чёрной смородины
Шрифт:
питался падалью и гнилью.
Я умер, разложился весь,
сравнялся с уличною пылью.
Искал любви, но не нашёл
в чужой душе к себе участья.
Я не туда, видать, зашёл,
здесь места не было для счастья.
ФЕВРАЛЬ
Из-под чёрной шапки тучи
сквозь метели злой вуаль
смотрит яростный и жгучий
необузданный февраль,
рассыпает, как орехи,
то позёмку, то мороз,
то сосульку для потехи
тянет пальцами за нос.
То по лесу тихо бродит,
то кидается снежком.
Ох, не зря его в народе
называют дураком.
* * *
По Оби везёт туристов
старый теплоход.
Из-под пальцев гармониста
музыка плывёт.
Нас мелодия качает
словно на волне
От обиды стая чаек
плачет в стороне.
Задержались на минутку
в небе облака,
искурили самокрутку
злого табака.
Приподняв повыше кроны,
величавый бор
вышел музыкой пленённый
прям на косогор.
Мужики, подвыпив, хором
песню завели
про священное, про море
и про корабли.
А на палубе девчонки
отбивают дробь.
И бежит, как собачонка,
вслед за ними Обь.
* * *
В этой царственной гостиной,
где принцессы за столом,
где красивые мужчины
угощают их вином;
где заядлые кокотки
объявляют белый вальс,
ноги в импортных колготках,
выставляя напоказ;
где летают лёгким пухом
немудрёные слова,
где из них плетутся слухи,
как из ниток кружева;
где седые кавалеры,
позабыв вино и дам,
предаются полной мерой
нестареющим страстям;
где курится в чаше ладан
и где вьётся серный дым,
где герои хит-парадов
лезут в души к молодым;
где врождённые эстеты
мрут от всякой чепухи,
а безумные поэты
пишут умные стихи;
в этой царственной гостиной
на сегодняшнем балу,
как паук на паутине,
притаился я в углу;
притаился, ожидая
в сети прочные улов.
Может, кто-то потеряет
ожерелье умных слов.
Я возьму их на примету,
уберу подальше с глаз,
деревенскому поэту
всё сгодится про запас.
ОМАР ХАЙЯМ
Читаю Омара Хайяма.
Стихи его - сладкий шербет,
который в полуденных странах
дают мудрецам на обед.
Хайям беззаботно смеётся,
как будто ему всё равно
с кем нынешней ночью придётся
беседу делить и вино,
как будто ему безразличны
признание, слава, почёт.
Красавицы есть и отлично!
Пусть кравчий им чаши нальёт.
И рады мы все и довольны:
хозяин - мужик хоть куда,
такое устроил застолье,
что льётся вино как вода,